По словам Азриэль, простое подавление таким образом было бы точным, но привело бы к неудовлетворительному уроку.
Прямо перед тем, как эта массивная рука сжалась вокруг группы, Хонг Ли выступил вперёд сквозь течения Пустоты. Из его тела расцвёл незнакомый образ. Его волосы и кончики пальцев горели, когда он поднял руки и принял позу перед этой рукой. За его спиной вспыхнуло небольшое, но упрямое дерево, мистическое и квазирелигиозное существование — (Арбор).
Пустота вокруг них зажужжала в знак признания.
Воздух заволновался и исказился. Маленькое дерево размахивало ветвями, отказываясь уступить перед этой (Властью). Эта рука Пустоты преобразовалась в массивный корень, нависший над ними, как змея. Он замер на кратчайшую долю секунды, сдерживаемый столкновением Пустоты двух приёмов. Потому что внутри Хонг Ли во всей красе проявилась награда Пустоты за попадание в четвёрку лучших.
Для малейшей паузы этого было достаточно.
Резонанс и удар встряхнули Беатрис, пробудив её. Что было хорошо, потому что, как только она пришла в себя и её образ начал гудеть, лицо Хонг Ли исказилось. Большая часть огня его образа замерцала и погасла. Его грудь разлетелась вдребезги, словно его пнул невидимый осёл. Образ (Арбора) поник и начал угасать, но этот корень пронзил его и схватил.
— (Первое Откровение: Бесславное Наступление). Однако эта задержка оказалась достаточной. В ревущую Бурю Пустоты вокруг них ворвалась Алана, ярко-золотая и оранжевая. Её копьё было пылающим сердцем огненного шторма, отбрасывая постоянные потоки значимости вокруг них. Беатрис наконец удалось вдохнуть.
Её пылающий образ, хотя и был кратковременно эффективен, вскоре перестал расширяться в огромной, бушующей Буре Пустоты. Беатрис практически видела, как свёртывающиеся потоки скручиваются и сжимаются по-новому. Пузырь относительной безопасности, созданный образом Аланы, перестал расширяться, а затем начал резко сжиматься.
Дрейк прорубился вперёд мечом сверкающего белого света. Пустота снова попыталась обрушиться на их образы и погасить их импульс, но Дрейк пронзил её и проложил путь сквозь шторм. Прямо за ним последовал Паоло, переполненный уверенностью и постоянно тратящий свои силы, чтобы ещё больше раздвинуть разрезанный шторм.
Вместе они создали путь, по которому остальные последовали, устремляясь к Призрачному Псу.
Во время их сессий планирования Кимпап однажды спросила: — Если физическая мощь Призрачного Пса так ошеломляет, зачем вообще пытаться приблизиться к нему? Мы можем вывести его мощное тело из боя.
— К несчастью для нас, его (Характеристики Ментальной Поддержки) ещё более нелепы, — ответила Азриэль. Затем она пожала плечами: — Если вы хотите нанести ему эмоциональный удар, вам нужно подойти близко. Просто не ожидайте, что что-либо физическое хотя бы замедлит его. И будьте готовы сломать себе пару костей за то, что осмелились приблизиться к нему.
Пока группа неслась вперёд, а вокруг них выла теневая Буря Пустоты, Беатрис вспыхнула своим образом с большим диким отчаянием, чем когда-либо прежде. Её рёбра гудели на высокой частоте, когда она пыталась собрать как можно больше различных длин волн внутри себя. С Хонг Ли, разбитым о колонну и извергающим кровь изо рта, она была единственным оставшимся человеком, который должен был попытаться замедлить Призрачного Пса, когда тот двинется.
Ей не прибавило уверенности то, как быстро был подавлен Хонг Ли, который должен был взять на себя львиную долю ограничений.
Алана, всего в полуметре впереди Беатрис, слегка приподняла голову. Жемчужные крылья её (Судьбы) начали расправляться наружу. — Осторожно, он идёт.
Прежде чем кто-либо смог осознать эти слова, образы Призрачного Пса исказили горизонт.
(Иггдрасиль) привлекал наибольшее внимание, внезапно вырываясь из середины бушующей Бури Пустоты. Его кора была покрыта толстыми золотыми рунами, мерцающими и изменяющимися на глазах Беатрис. Он был не таким большим, как слышала Беатрис, напоминая массивную секвойю, а не мироподдерживающую силу природы из скандинавской мифологии, но каждая деталь блестела чистотой. Даже издалека, даже сражаясь против него, она почему-то чувствовала себя очищенной, глядя на него.
Если (Мировое Древо) излучало мягкое тепло, пронизывающее окрестности, то (Мертворожденный Феникс) вскрыл желудок Беатрис, выкачал из неё кровь и наполнил её вены ледяной водой. Он широко раскрылся прямо под самой толстой частью кроны дерева. Это был нечёткий чёрный глаз без век, злобно смотрящий на группу. Чем дольше он оставался там, тем больше, казалось, становился. Даже сквозь теневую завесу Бури Пустоты Беатрис чувствовала, как свет и эмоции начали убывать и становиться зернистыми вокруг его горизонта событий.
Среди всех этих напыщенных и бросающихся в глаза способностей Призрачного Пса цель группы даже не была видна. И всё же они все чувствовали это: клинок, занесённый над их позвоночником, готовящийся перерезать их хребты один за другим. (Серое Существо) кралось среди них, выжидая своего шанса.
Затем последовала следующая атака, всего лишь сверкающее мгновение после того, как его образы заполнили мир. У него даже хватило
наглости
объявить об этом громовым ментальным импульсом.
(Первое Древо Требует Только Верности). (Пронизывающий Взгляд Яйца). (Мстительная Химера Наносит Удар).
Внутри себя Беатрис не могла не поморщиться от вычурных названий его (Навыков). И всё же, когда само существование содрогалось вокруг его ментального импульса, трудно было не встревожиться. С точки зрения эффекта, нельзя было сказать, что названия хоть сколько-нибудь преувеличивали.
Буря Пустоты непосредственно вокруг группы сгустилась по краям, распадаясь на вьющиеся пряди силы. Затем эти пряди скрутились вместе в сотни острых шипов, которые устремились к ним, даже когда они ещё осознавали источник угрозы. Даже оказаться под его негативным вниманием имело высокую цену; Беатрис чувствовала, как её эмоции иссякают. Ей стало так, так холодно.
От объявления до исполнения прошла лишь доля секунды. Она даже не сделала полного шага. Но несмотря на это, Беатрис попыталась раскинуть свои чувства и уловить нужную частоту атак.
— Это моё, — прорычала Алана. Её копьё расплылось, и полсекунды спустя её тело последовало за ним. — (Второе Откровение: Бесконечная Борьба).
Снова она вспыхнула оранжевым огнём. Её тело разделилось на полдюжины клонов, которые прыгнули во все стороны, чтобы заблокировать ужасающего обратного ежа , в котором теперь оказалась группа. Кимпап взмахнула копьём, вызывая хмурящуюся и улыбающуюся тень в помощь. Обе вспыхнули своими образами в полную силу. Священная, неприкосновенная сила и превратности смерти работали вместе, чтобы сопротивляться атаке Призрачного Пса.
Их проявления столкнулись и были сокрушены. Смертоносные чёрные плетёные шипы рванулись к группе, замедленные, но не растратившиеся.
— (Героическое Усилие)! — взревел Паоло. Часть его накопленного импульса распространилась наружу и коснулась всей группы. Всплеск энергии наполнил конечности Беатрис, и она обнаружила, что ускоряется в своём спринте. Эффект был настолько мощным, что она не могла контролировать своё тело в течение нескольких секунд, просто кувыркаясь вперёд в крутящейся массе конечностей. Атака Призрачного Пса не попала никуда, кроме воздуха позади них.
Эти шипы глубоко впились в колонну, выплёвывая крошки камня.
Группа врезалась вперёд по открытому Дрейком пути, снова оказавшись в гуще Бури Пустоты, чтобы избежать досягаемости шипов. Как только Беатрис собиралась потерять равновесие, она почувствовала, как чьи-то руки подхватили её и поставили на ноги. Алана Донал, истекающая кровью из нескольких глубоких порезов на руках и плечах, стояла рядом с ней. — Твоя очередь, Б. Он не упустит этот шанс.
Взгляд Беатрис устремился вперёд. В соответствии с предсказанием Аланы, что-то начало мерцать из самой глубокой части Бури Пустоты. Затем Рендидли Призрачный Пёс предстал перед группой с поднятым оружием.
