И думаю:

— Да, кто-то решил, что они небожители и не надо работать. Вот им сейчас мозги и вправляют. А Лобановский это делать умеет, причем предельно корректно, сама интеллигентность, но так скажет, что и спорить не захочешь. Талант, одно слово талант—

И начинается решающий этап тренировки. На поле все ребята, приехавшие на сборы: вратари Дасаев, Чанов и Жидков. Защитники — Бессонов, Панчик. Кузнецов, Демьяненко, Морозов и Ларионов. Полузащитники — Рац, Яковенко, Михайличенко, Яремчук, Добровольский, Алейников, Литовченко, Ширинбеков и Хидиятуллин. И форварды Заваров, Беланов, Родионов, Протасов и Я.

— Да — Думаю я — Валерий Васильевич продолжает линию на точечную универсализацию команды. В стране есть в принципе неплохие центральные защитники, но он предпочитает в резерв взять пару опорников, которые умеют играть и на этой позиции — Ширинбекова и Хидиятуллина—

И тренировка продолжается. И начинается вечная отработка, казалось бы, уже наизусть знаем этот манёвр, но надо, раз за разом закреплять.

И наши центрхавы раз за разом пасуют на фланги, там наши крайние защитники все так же стабильно подхватываю мячи и пасуют их в переднюю линию, где уже форварды и остальные атакующие игроки стараются замкнуть, либо продлить эти передачи. И получается, и даже часто.

А вот приходит и моя очередь, и я сходу вылетаю на пас Бессонова и в касание перевожу мяч на дальнюю штангу, где передачу замыкает вездесущий Рац. И гол, Вася, как всегда, точен.

Вообще он очень редкий игрок по своим качествам, цепкий в обороне и надежный. Очень выносливый и работоспособный, высоко техничный и скоростной. Классический краек казалось бы? Но при всем этом, великолепно видит поле, играет в пас и обладает шикарным ударом. И еще, он основной исполнитель всех стандартов под левую ногу и, говорят, он владеет знаменитым Сухим Листом Лобановского. Напрягает вратарей соперника в каждом матче. Да, великолепный игрок, что ни говори.—

И мы продолжаем тренировку. Проходит отработку еще несколько комплексов атаки, но у ребят интерес катастрофически падает, устали, не столько физически, сколько психологически. Все-таки три дня в довольно жестком режиме на фон недавно отыгранных матчей, от этого устаешь, наелись футболом. Нужно разрядить обстановку.

И я вспоминаю, наше поселковое развлечение, и думаю:

— А почему бы и нет—

И подхожу к Валерию Васильевичу, а он почему-то меня слушает и даже прислушивается, хотя и делает по своему.

— Валерий Васильевич, а можно я немного по другому потренируюсь? А то все уже устали, толку нет — Откровенно говорю я и поясняю — Хочу точность ударов потренировать, на зримом примере—

Мэтр заинтересовался и переспрашивает:

— А это как, Дан?—

— А давайте консервные банки например подвесим в ворота, скажем семь штук. Две в девятках и между ними пять, как раз по банке на метр будет. Сколько собью с семи ударов с линии штрафной, столько очков и набрал. Хорошо снимает напряжение—

Мэтр задумывается и говорит:

— Хорошая мысль, нужно будет ввести такую практику, но не много по другому, в банку попасть тяжело, не все снайперы. Нужен подвесной квадрат полметра на полметра, металлический—

А потом еще немного подумав, спрашивает у помощника:

— Кажется, я такое видел в инвентаре?—

Тот кивает и умчался как метеор.

— Да, думаю я, у Мэтра народ реально выдрессирован, с полуслова все понимают—

Еще через десять минут алюминиевые квадраты подвешены на ворота и Лобановский озвучивает новое упражнение конкурс. И начинается. Вот уже стало весело, глаза сходу загорелись у всех. И, Валерий Васильевич, в своем ключе, великий дипломат. Озвучил, что бить будут все, даже вратари. А те и не против, хотя и не пришла еще эра вратарей пенальтистов, исполнителей штрафных и приходящих в чужую штрафную на угловые.

И начинается. Первыми бьют защитники и вратари, точность средняя, но ожидаемо есть лидер. Анатолий Демьяненко, недаром он по десятку мячей за сезон бывает, забивал. И тут попал три из семи.

Затем приходит время полузащитников, тут снайперов хватает и результат повыше. И в лидерах ожидаемо Литовченко с пятью попаданиями, Рац и Добровольский с четырьмя.

И наконец форварды, ну нам казалось бы сам бог велел и отстреливаемся в режиме чуть ли не пулемета. У меня и Беланова по пять попаданий, у Заварова, Протасова и Родионова по четыре.

Итого у нас тройка лидеров с одинаковым результатом — я, Литовченко и Беланов. И Мэтр, похоже сам увлекшийся. Объявляет дополнительный тур. Еще по семь ударов. Но теперь по очереди и до промаха. Кто последним попадет, тот и лучший снайпер сборной.

И начали, первым бьет Гена Литовченко, последним я, ну а Игорь Беланов, стало быть между нами.

Первые три серии отщелкали без промахов и на четвертом ударе промахивается Игорь. У него такое лицо, как будто важнейший пенальти не забил. Я попадаю и мы с Геной переходим к пятой серии. Не везет ему, пятый удар приходится в перекладину. И теперь мой выход, удар и мишень звенит. Мои одноклубники ликуют, а Метр неожиданно говорит:

— А что, Дан, добей до конца—

И я добиваю, видно фарт поймал и два оставшихся удара тоже точны. Народ поскучнел, ну как тут бороться, с такой-то точностью, так и читается у них на лицах.

Но Мэтр, Мэтр. Великий психолог, что ни говори.

— С Даном по моему тут бороться бесполезно, а упражнение нужное и оно будет на каждой тренировке, понемногу конечно, но будет. И потому результаты Дана учитываем только если у него меньше шести попаданий, а иначе он вне конкурса, но участвует. И победителем в следующие разы стало быть объявляется следующий по результативности — Выносит вердикт Лобановский.

— Схема сложная. Но в принципе рабочая, у народа сразу в глазах вновь проснулся азарт, тренироваться похоже теперь будут, и хорошо. Вот соперники будут удивлены точностью ударов по их многострадальным воротам — Думаю я и уже собираюсь уходить с поля, но Мэтр меня тормозит.

— У тебя светлая голова Дан, я тоже в детстве в такие игры играл, а вот применить их не догадался. Если еще есть какие мысли. Не тяни, говори, посмотрим — Говорит Лобановский мне и я отвечаю:

— На вскидку еще одна есть мысль, Валерий Васильевич. Можно сделать ростовые щиты, два метра на метр, нарисовать на них игроков. Прикрутить к стойкам, втыкаемым в поле, как у флажков и расставить по точкам. На бровках, в штрафной, вообще в тех зонах куда часто отдается мяч длинным и средним пасом. И тренировать два варианта, можно тоже как конкурс. Первый, попадаем мячом в ноги мишени с двадцати, тридцати, сорока метров. И второй вариант, попадаем мячом за спину мишени в зону, скажем пять на три метра, перебрасывая через мишень с такой же дистанции. Ну сеточки нужны будут, чтобы отгородить зону позади мишени. Тогда сразу будет видно попал или нет — Озвучиваю мысль я.

И прямо физически чувствую, что Лобановский ухватил смысл и зацепился за идею

— Визуальное подтверждение точности. Интересно — Произносит он и потом добавляет — Хорошо, Дан, спасибо. Иди отдыхать. Мы все сделаем—

И я ухожу с мыслью:

— Все-таки очень умный мужик—

09.10.86

Четверг

Москва, Измайлово

Привычно стою в Измайлово у метро, жду как порядочный человек свою девушку.

— А что? Имею право, во-первых, как говорили рыбаки у нас на поселке, обычно почему-то подергивая резинку безразмерных труселей на пляже, нас шеф отпустил, можно гулять. Вот и нас отпустили, можно и погулять, только я ничего подергивать не буду, все-таки интеллигент в третьем поколении и все больше учителя, да научные работники. Правда, справедливости ради надо признать, встречались среди моих предков и не совсем интеллигенты, но это если судить по профессии, а на самом деле, они еще многим профессионалам фору дадут. Встречались и слесаря высших разрядов, которых любой директор в лицо знает и первым здоровается, потому как штучные экземпляры. И еще встречались безопасники, но то совсем отдельная история. А я вот жду — И как раз на этой мысли вижу ту, по кому я просто соскучился, хотя вроде и виделись только вчера, и позавчера, и до этого тоже. И все равно соскучился.