— От меня несет, — сказал Ашер. — Прости.
— Ага, но вечером, когда тебя вывернуло наизнанку, запашок был хуже.
Ашер спрятал лицо в ладонях.
— Меня стошнило?
— Ага.
— Когда?
— Когда я практически дотащил твою задницу до дома.
— Я что, сблевал на тебя?
— Разумеется, нет. Я вовремя тебя отпихнул.
— Как по-джентльменски!
— Джентльмены не блюют на других джентльменов.
— Да откуда тебе знать, что положено делать джентльменам?
Морган одарил Ашера одной из редких кривоватых ухмылок.
— Да я могу лекции читать на эту тему.
Ашер упал на подушки и закрыл лицо руками, решив отправиться на вечный покой. Но не прошло и минуты, как он снова подскочил. Он с тревогой осмотрел себя на предмет следов рвоты.
Морган смущенно отвел взгляд.
— Не выдумывай лишнего. Я просто запер тебя в ванной с чистой одеждой и сказал, что не выпущу, пока не переоденешься. Каких-то сорок минут — и вуаля.
— А, ну... Спасибо.
Ашер уставился на свои темно-бордовые пижамные штаны.
— Ну хватит, пойдем. Я умираю от голода.
— Если встану, то тут же и умру.
— Не умрешь.
— Именно это и произойдет. То, что я разговариваю с тобой и держу глаза открытыми, свидетельствует о моей нечеловеческой стойкости.
— Ага, просто герой саги.
— Погоди. Ты приглашаешь меня на обед?
Морган вскочил и принялся с увлечением разглядывать закрытое жалюзи окно.
— Просто подумал, что если оставить тебя без присмотра, ты непременно попадешь под машину или что-нибудь вроде того.
— О, да ты волнуешься, чтобы меня не размазало по дороге, как ежика. О таком соседе можно только мечтать.
— Если с тобой что-то случится, первым делом начнут подозревать меня, а я не хочу, чтобы копы рылись в моих вещах.
Ашер свесил ноги с кровати и вскоре осознал, что это вторая самая большая ошибка в его жизни. Черт, голова просто раскалывалась. Хотя сердце уже развалилось на куски.
И как только Моргану удалось отвлечь Ашера от мыслей о разбитых частях тела?
— Как же мне паршиво.
Он медленно покачал головой, разгоняя злобных гномиков, топчущих его мозг.
— Такое случается, когда напиваешься в стельку, — Морган сурово рыкнул и скрестил на груди руки, нависая над Ашером. — Нельзя столько пить.
— Ладно, мамочка.
— Я серьезно. Ты был в зюзю. Хорошо, что я оказался рядом и смог дотащить тебя до дома, иначе...
Морган снова живо заинтересовался видом жалюзи на окнах.
— Сомневаюсь, что это повторится. Просто мне... было грустно. Нет, не было. Сейчас мне тоже грустно. Он... Мне нравился.
А потом, будто день оказался недостаточно странным для этой Вселенной, Морган опустился на колени перед Ашером и положил тяжеленую ладонь ему на плечо.
— Крис — гребаный идиот. Понимаешь?
Морган коснулся шеи Ашера подушечкой большого пальца.
Он касался шеи Ашера!
Единственное, о чем сейчас мог думать Ашер, это о большом пальце Моргана, который прижимался к тонкой коже.
Ашер просто кивнул, потеряв дар речи. Слова вместе с остатками клеток головного мозга бежали от него как от огня.
Большой палец Моргана прижи...
Морган отдернул руку и вскочил на ноги.
— А сейчас быстро в душ и переодеваться! Я умираю от голода, а от тебя несет блевотиной.
Миллион наггетсов
— Чего ты хочешь? — спросил Морган.
— Дэниела Хенни в смокинге на голое тело, чек на миллиард и сексуальную прическу.
— Ашер, — простонал Морган.
За ними тянулась очередь, и кассир смотрел на Ашера, как инквизитор на ведьму, но тому было все равно. Его сердце было разбито, тело мучило похмелье, и если хоть что-то могло заставить Ашера вновь почувствовать вкус к жизни, он просто обязан это озвучить.
— Еще я хочу собственную колонку в «Тайм», сиба-ину по кличке Шива, предложение руки и сердца, написанное на небе самолетом, за которым, ну знаете, такой разноцветный дым тянется.
— Он будет детское меню, — сказал Морган кассиру.
— Нет, постойте! — Как утопающий за соломинку, Ашер схватился за прилавок и отдался на милость кассиру. — Я буду куриные наггетсы. Они утешат мое больное сердечко.
— Сколько? — равнодушно уточнил кассир.
— Один миллион, пожалуйста.
Морган фыркнул.
— Надо было оставить тебя в том кусте, с которым ты обнимался.
— Так и быть. Двадцать. Пожалуйста и спасибо.
Морган выудил из кармана бумажник и протянул карточку.
— Эй, разве не ты платил в прошлый раз? — спросил Ашер. — Кажется, моя очередь.
Морган пожал плечами.
— Ну правда, — Ашер принялся отпихивать его руку.
Морган пожал плечами. Снова.
— Мне неудобно. Ты не должен платить.
Морган повернулся к Ашеру и прислонился к прилавку.
— Разве это не стало доброй традицией в наших отношениях? Ты ввергаешь себя в неприятности, а я тебя кормлю и недоумеваю, как вся еда помещается в твоем тельце.
— Номер пятьдесят два, — пробубнил кассир, протягивая Моргану чек.
Отношения?
Речь о дружбе, да?
Конечно, именно о ней. Дружба — это ведь тоже вид отношений.
У Ашера слишком сильное похмелье. Иначе он не потратил бы столько времени на обдумывание лексикона Моргана.
Они уселись в одной из кабинок друг напротив друга. На столешнице рядом с подставкой для салфеток было вырезано: «Сара + Ева = », — словно дремучий варвар оставил свое клеймо, чтобы остальные любители картошки-фри не могли оспорить его святое право на стол.
Ашер снял солнечные очки (вообще-то это были очки Моргана, просто Ашер их одолжил на время).
— Ну что, я похож на умирающего от похмелья?
Морган посмотрел на него и загоготал. Громогласно.
— Ненавижу тебя, — проворчал Ашер и натянул очки обратно.
— Ага, и поэтому ты вечно меня изводишь.
И после этих слов Моргану хватило наглости поиграть бровями!
— Я тебя не извожу, — просипел Ашер.
И Морган снова расхохотался.
— Вот это да... Так ты умеешь смеяться! — послышался голос рядом.
Ашер сразу узнал этого парня. Рыжеволосого парня. Того самого, который обжимался... с... Кристофером.
Морган мгновенно помрачнел.
— Привет, Кинг, — сказал парень. Они обменялись одним из тех рукопожатий, которые обычно подкрепляются братским похлопыванием по спине.
— Привет, Броуди. — Морган кивнул в сторону Ашера. — Это Ашер.
— Здорово, чувак. — Броуди расплылся в улыбке и кивнул Ашеру. А затем углубился в обсуждение футбольной тренировки, которая намечена на вторник.
Ашер не мог отвести взгляд от Моргана и перестать думать о том, что сказал Броуди. Разумеется, Моргана сложно назвать мистером Солнечный Лучик и Радужное Сияние (в отличие от Ашера), но он регулярно смеется. И если подумать, в последнее время даже чаще обычного.
Ашер удивился, что другие этого не замечают. Как это вообще можно не заметить? Когда лицо Моргана вдруг будто светлеет, и откуда-то изнутри вырывается один из тех глубоких, раскатистых смешков, которые вызывают всеобщее восхищение...
— Еще увидимся, — сказал Броуди Моргану. И Ашеру: — Приятно познакомиться.
Ашер помахал рукой, втайне желая этому проклятому, сексуальному, конопатому Броуди провалиться сквозь землю.
Кстати, о сексе...
— Ты видел на вечеринке Питера, Эрика и Гензеля?
Морган недвусмысленно проигнорировал вопрос.
— Они были вместе, — не унимался Ашер. — Все трое. Ты видел?
Морган делал вид, что не слышит вопроса. Изо всех сил.
— Они целовались взасос! — Кажется, Ашер вел себя как ребенок, которому подарили щенка. — Втроем! Все вместе!
— Так, стоп!
— Значит, ты видел?
— Если тебя стошнило на людях, это не значит, что я хочу повторить твой подвиг.
Морган совсем не умел проигрывать. А ведь он просто обязан поздравить Ашера с такими фантастическими достижениями в решении любовных проблем.
