— Ашер? — отвлекся на него парень слева.

Ашер шутливо отсалютовал.

— К вашим услугам.

Медведь засмеялся, а его партнер подвинул пустующий стул.

— Присаживайся. Спасибо, что согласился с нами встретиться.

Ашер уселся и поставил рюкзак на пол. Расстегнув молнию, он достал ноутбук, чтобы вести заметки, и улыбнулся своим новым клиентам.

— Я тоже очень рад. Ваше письмо — одна из самых трогательных историй в моей жизни. Правда. Мой сосед возненавидел меня всей душой, потому что за несколько дней я тысячу раз перечитывал послание вслух.

Парень, который предложил стул, покраснел и засмеялся, а его бойфренд просто улыбнулся.

— Спасибо. Мы долго его писали. Я Эрик, — представился темнокожий парень. Он протянул руку, и Ашер ее пожал. — А это Питер.

— Приятно познакомиться. Очень.

— Нам тоже. Ты такой милашка.

Питер согласно кивнул.

— Как персонаж из диснеевского мультика.

Ашер надел очки, открыл ноутбук и, хрустнув костяшками пальцев, произнес:

— Что ж, перейдем к делу. Мне нужны все подробности.

Медведи обменялись взглядами.

Затем Питер откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди, а Эрик, напротив, наклонился вперед, сверля глазами Ашера.

— Ситуация непростая.

Ашер понимающе кивнул.

— Согласен. Вы не уверены, что парень, которого полюбили, интересуется мужчинами вообще и вами в частности.

— Верно, — согласился Эрик, слегка поморщившись. — Но дело не в этом.

Ашер взглянул на них поверх ноутбука.

— Ну, у вас лишь один выход. За спрос не бьют в нос. А если вы не спросите, то никогда не узнаете его мнения. Я знаю, вы считаете, что не ровня ему. Но только посмотрите на себя! — Ашер обвел их широким жестом.

Эрик рассмеялся, и на секунду Ашер подумал, что если бы его сердце целиком не принадлежало Кристоферу, он мог бы подарить кусочек этому медведю.

Да как не запасть на эту парочку? Оба красивы, милы и определенно обладают харизмой.

Черт, Ашер сам бы...

Нет-нет! В конце концов он профессионал. Он не должен терять контроль. По крайней мере на людях. Средь бела дня.

— Спасибо, — улыбнулся Эрик. — Все благодаря Питеру. Вернее, его матери-китаянке, от которой ему достались такие шикарные волосы. От них у меня коленки подгибаются.

— Так, стоп! — умоляюще простонал Ашер. — Из-за вас я чувствую себя ущербным одиночкой.

— Посредник в делах сердечных до сих пор не нашел свою половинку? — уточнил Эрик скорее утвердительно, нежели вопросительно.

— Очевидно, он слишком занят, помогая несчастным вроде нас, и на себя времени не остается, — спас Ашера Питер.

Эрик сгреб своей медвежьей лапой партнера.

— Он у меня еще и умный.

— Ладно. — Ашер поспешил вернуть разговор в конструктивное русло, пока эти двое не засосали друг дружку прямо на его глазах. — Так в чем проблема? Почему вы просто с ним не поговорите?

И снова у них на лицах появилось то виноватое выражение.

— Ну... — Питер так и не смог закончить фразу.

— Нам неловко в этом признаваться, — наконец выдавил Эрик.

— Борьба с неловкостями и препятствиями — мой конек, — уверил его Ашер.

— Мы кое-что скрыли от тебя. Конечно, мы не солгали ни в одном слове — просто не сказали всей правды.

— И? — вопросительно протянул Ашер.

— Мы не учимся в твоем университете.

Ашер непонимающе нахмурился.

— А? — Ничего более умного ему в голову не пришло.

— Парень, который нам нравится, учится в одном с тобой университете. А мы — нет. О твоей колонке мы узнали от приятеля. И сразу написали, потому что ты наша последняя надежда.

— Не сердись на нас, — вмешался Питер.

Ашер откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.

— И не думал. С чего мне сердиться? Любовь не знает преград, особенно, если дело касается студентов. Глупо выстраивать для нее границы по забору кампуса. Я с удовольствием помогу вам, пусть вы и учитесь в другом университете.

Они посмотрели друг на друга и улыбнулись. Сдержанно.

Эрик вновь поймал взгляд Ашера.

— Но это еще не все.

— Я весь внимание.

— Мы футболисты.

— Ну, я мог бы догадаться.

Эрик рассмеялся, а Питер покраснел. Кажется, Ашер начал понимать, как устроены их отношения. И находил их невыносимо очаровательными.

— И парень, который нам нравится, тоже.

Ашер ощутил какой-то неприятный зуд. Он пока не понял, что его вызвало. С какой стати он так взволновался, услышав про то, что эти парни влюблены в какого-то футболиста из его университета?

И тут Ашера охватило понимание: он знает того, кто играет за местную футбольную команду, «Соколов».

Морган.

Черт, Ашеру абсолютно, вот совершенно все равно, что эти медведи втюрились в его соседа.

Но почему-то при мысли о том, чтобы уточнить, горло сдавливал комок. И все же в семье Уильямсов слабаков не водилось, зато каждый второй — профессиональная сваха, все — настоящие мастера своего дела, так что Ашер сплел пальцы рук, сложил их на коленях и посмотрел на Эрика, а затем на Питера.

— Как его зовут?

— Гензель.

Соловьиной трелью для ушей Ашера прозвучало чужое имя. Наконец-то он смог дышать.

— Я понял, — сказал он. — Гензель. Играет за «Соколов». Это и есть проблема?

— Ну, да, — выдохнул Питер. — Он ведущий игрок, квотербек. Среди лучших учеников университета. А еще Гензель волонтерит в столовых для бездомных, спасает котят, застрявших на деревьях, и его фотографию публикуют в каждом выпуске вашей газеты на первой полосе.

Эрик кивнул.

— Он что-то вроде золотого мальчика университета. Ты наверняка о нем слышал.

Ашер пожал плечами.

— Нет, простите. Я не особо интересуюсь спортом. И моя самая близкая подруга утверждает, что я лучше ориентируюсь в своих фантазиях, чем в реальном мире.

— В общем, у Гензеля безупречная репутация.

— И? Я все еще не вник в суть проблемы.

— Мы играем за «Медведей».

Где-то в самом пыльном, паучьем углу сознания Ашера ютилось слабое воспоминание, связанное со словами «медведи» и «футбол». Может, Морган что-то однажды обронил, или кто-то из однокурсников говорил. Ашер никак не мог поймать это воспоминание за хвост. Но оно уже начало будоражить, готовое вот-вот появиться в момент озарения.

— Если ты не в теме, то можешь и не знать, что «Соколы» и «Медведи» — извечные соперники, — пояснил Питер. — Точнее, между нами война. Например, на наших матчах регулярно дерутся болельщики.

Ашер кивнул, наконец оценив масштаб проблемы.

— Вот, значит, в чем загвоздка. Вы играете за враждующие команды, а он к тому же звезда «Соколов».

— Именно. Связь с нами... поставила бы крест на его репутации. По крайней мере, в глазах фанатов.

— Не в наших, конечно же, — добавил Питер. — Нам плевать, за кого он играет. Репутация нас тоже не волнует. Мы обожаем футбол. Бросать его будет болезненно, но мы долго обсуждали эту тему и решили, что Гензель того стоит.

— Просто мы не уверены, что и он будет готов на такие жертвы.

Эрик и Питер правы: ситуация умопомрачительно сложная.

Мало того, что неизвестно, нравятся ли Гензелю мужчины и как он относится к полиаморным отношениям, так еще и этот футбольный аспект грозил накрыть все их чаяния могильной плитой. Ашер, конечно, слабо представлял себе, что значит соперничество в спорте, но судя по Моргану, оно станет серьезным препятствием на пути Питера и Эрика к их мечте.

— Что ж. Я берусь за это дело. И помогу вам. — Ашер готов был свернуть горы во имя торжества любви. А еще он чувствовал, что все получится. Он никогда не видел Гензеля, но не сомневался, что он «тот самый» для этих Медведей.

— Правда? — воскликнули Эрик и Питер. Ашер едва не растекся лужицей от умиления.

— Ага. Мне нужно продумать план действий. Я набросаю несколько идей, как можно организовать вашу встречу. Это будет первый шаг.

— Ты не представляешь, как только что нас осчастливил, — выпалил Питер. В этот момент его можно было бы выставлять в палате мер и весов как эталон искренности.