Заметив, что я совсем приуныл, маршал замолчал и смерил меня взглядом.

— Плохо вы, теньент, воюете! Идите перевоевывать! Смирно! Кру — ГОМ! Шагом —

И я провалился в свет. Белое сияние снова забирало у меня воспоминания о прошедшем дне, оставляя на их месте лишь новые уроки:

4) Не снимай личный состав с важных задач для решения своих шкурных вопросов: это может привести к срыву мероприятий боевого обеспечения.

5) В любой ситуации постоянно веди разведку, владей информацией о противнике, и, в идеале, не давай вести разведку ему самому.

6) Регламент служебного времени и график нарядов — это хорошо, но при угрозе встречи с противником обязательно усиливай караулы. Не выспавшийся пару дней личный состав лучше, чем мёртвый.

7) Морально-психологическое состояние бойцов важно. Командир обязан за ним следить; и особенно плохо, когда он портит его своими действиями.

Примечания:

* * *

[1] Кориолан Уильяма нашего Шекспира, если кто не узнал. Перевод Ю. Корнеева.

[2] Ради разнообразия, «Орденский шансон» А. Ширяева.

Жизнь третья

Когда я миновал холм Вознесения Пречистой Девы, седьмой по счету и последний на дороге к Бродовскому острожку, что стоит на реке Ан-Двина, я наткнулся на конный разъезд. Двое всадников выехали на вершину, затем, судя по всему, увидели меня, и галопом устремились к дороге.

Мысли мои в тот момент были заняты грядущими великими победами, которыми неизбежно должна была ознаменоваться моя недавно начавшаяся карьера. Пусть даже сегодня вниманием столичных дам, не исключая, увы, и милую моему сердцу Лючию, безраздельно владел Ян Алеф-Арсеник, маркграф фон Ерох; я был уверен, что это изменится уже спустя несколько лет. Да, прямо сейчас Ян мог ажитировать юных дев своей капитанской ливреей и фактом службы в королевской гвардии, но все знают, что получил он их, будучи записанным в полк еще до рождения по протекции батюшки. Воинскую славу нельзя стяжать, ни разу не скрестив клинка с орком; когда я возвращусь в столицу триумфатором в чине не менее полковничьего, и всенепременнейше на белом жеребце, прекраснейшая из девушек королевства обратит свои мечты и помыслы ко мне, а не к фон Ероху, коий все так же будет топтать плац у дворца Его Величества. Масть скакуна, увы, была принципиальной в моем плане: гнедой Леоцефал, конечно, был настоящимрыцарским конем, но дамы во все времена предпочитали белых лошадей.

Так думал я, и всё же, благодаря отпечатавшимся в моем сознании урокам, эти мои помыслы были неотделимы от стремления к наилучшему исполнению офицерского долга, потому как являли собой прямое его следствие. Так что я сохранял бдительность, и, заметив приближающихся со стороны холма всадников, немедленно придал своему виду достоинство, подобающее теньенту королевской армии, и невзначай положил левую руку на рукоять меча.

Задержавшие меня конные разведчики оказались девушками, да еще и сёстрами, мелкопоместного дворянского рода из восточных степей. Глядя на них, я вынужден был признать, что иным благородным дамам панцирь и бригантина идут не хуже бальных платьев, а конский волос в плюмаже шлема смотрится куда эффектнее модных куафюр. Воительницы представились; меня посетило внезапное чувство дежавю, как будто я вижу их уже не в первый раз и знаю имена. Узнав, что я назначен командующим Бродовским острожком, они заметно оживились и обрадовались: оказалось, что они служили именно в нем. В коротком разговоре они заверили меня в спокойной окружающей обстановке, а заодно пожаловались на нехватку людей и полное отсутствие в остроге мужчин. Я немедленно приободрил их, сказав, что последний недостаток был устранен только что на их глазах. После этого я лично убедился в правдивости рассказов о том, как одно верное слово офицера придает солдатам сил и поднимает их дух: сёстры-всадницы. утомленные конным патрулированием, сразу приосанились и приобрели молодцеватый вид, а щеки их зарумянились от прилива бодрости.

Йолана и Ильдико смотрели на меня с заметным интересом. Должно быть, в этих краях нечасто видели алые офицерские шарфы; эта моя догадка подтвердилась рассказом всадниц о том, что до моего назначения гарнизоном острога командовал не королевский офицер, а её милость виконтесса де Форн благодаря высокому местническому статусу. Пока я ненадолго погрузился в философские размышления о преодолении устаревших взглядов на службу короне и иерархию воинского сословия, девушки явно расслабились. Йолана немедленно предложила мне отметить новое назначение в ближайшей придорожной корчме, а Ильдико попросила о чести сопроводить меня к месту службы,

Разумеется, идею кутежа я решительно отклонил; впрочем, мысль прибыть в Бродовский острожек не в одиночестве, а с почетным эскортом из двух прелестных всадниц поместной конницы, была весьма соблазнительной. Я уже собирался согласиться, но очень вовремя вспомнил обстоятельства нашейвстречи и накрепко вбитые в мою голову уроки, а потому уточнил:

— Дамы, а каковы были ваши последние приказы?

Всадницы замешкались.

— А… Встретить вас, господин теньент. — неуверенно сказала Йолана.

— А искали вы меня на холме Пречистой Девы, ожидая, что я спущусь с небес во благодатном сиянии? — поинтересовался я. — Зачем вы вводите меня в заблуждение? По возрасту меня судите? Думаете, я не понял, что вы в разъезде?

Йолана недовольно закатила глаза, Ильдико уныло потупилась.

— Приказываю выполнять задачу дня. — решительно сказал я.- Согласно маршруту патрулирования. Покажите мне направление на острог и вперед.

— На перекрестке свернете направо, на холм. — грустно сказала старшая всадница, и сёстры поехали в сторону реки. Для укрепления дисциплины я решил прибегнуть к старому приему офицеров Академии:

— По прибытии в острог запрошу маршрут патруля и лично проверю! — крикнул я вслед. — И храни вас Дева, если я не найду на пути свежего конского дерьма!

Разумеется, никуда, кроме острога. сегодня я ехать не собирался, но теперь был чуть больше уверен в том, что разъезд выполнит задачу как надо.

Вскоре дорога вывела меня к воротам. У въезда в острожек я пару минут переругивался со стражницей-полуэльфкой в надвратной башне, которая меня не узнала и не желала пускать внутрь укрепления. Как ни прискорбно, мне все же пришлось признать, что каждый часовой в королевстве пока не знает меня в лицо; что ж, было над чем работать. В конце концов, я все-таки уговорил ее позвать старшего, и в воротах меня встретила золотоволосая наследница де Форн. Я представился, предъявил бумаги, рассказал о встрече со степнячками, и Бродовский острожек, наконец, приветствовал своего нового командира.

Первым делом я, памятуя уроки, решил познакомиться с личным составом. Встречавшая меня вместе с леди Ристиной сержант Дорна, командир пехоты, оглушительно свистнула, и в течение пяти минут весь мой личный состав, за вычетом сестер-всадниц в патруле, собрался на плацу в середине острога.

Пестрая же у меня собралась компания! В Бродовском остроге служили три благородных девицы: бывшая леди-кастелян Ристина Обскуритэ-Дастинесс и сёстры Йолана и Ильдико. Осадная мастерица Инесса и магичка Коллегии Лайна были к ним приравнены и тоже жили в комнатах большой Смотровой башни. Простолюдинами командовала сержант Дорна: она единственная в гарнизоне до меня имела чин в королевской армии. Под ее началом находились:

оруженосица виконтессы Томасина;

протеже Дорны алебардистка Герта;

две лучницы-следопытки: полуэльфка Юйнеэнде, с которой я познакомился у ворот, и кошкодевушка Фелиция;

копейщицы Мара и Лара, послужилицы Йоланы и Ильдико, конюшие;

щитоносица-полуорчиха Фрида, работавшая заодно в кузне;

арбалетчица Сола, штатная повариха: Дорна предупредила во избежание небесных кар не шутить про солёность ее стряпни;