Вся игра была похожа на сражение, а когда в конце матча, после аута несколько

61/690

игроков «Бури» быстро подняли его вверх и он поймал вбрасываемый мяч, который затем Тэмхас донёс до ворот «Шторма» и они выиграли, радость просто затопила Гарри целиком. Его товарищи по команде благодарно хлопали юношу по спине, а сам он чувствовал себя в тот момент полностью счастливым, и вся тяжесть тренировок отошла на второй план.

Делал успехи Гарри и в фехтовании. На первом занятии всё было, конечно, совсем плохо. Мастер Рэнулф подбадривал своего ученика:

— Многие думают, что это просто. Берешь саблю и просто машешь ею, но это не так. Важно не просто размахивать, а понимать, что ты делаешь. В первую очередь у фехтовальщика работает голова, во вторую — ноги, и только в третью — рука. Сабля требует определённого искусства, с ней нужно обращаться так, как будто она перо, которым ты пишешь вязь своих букв, и оно — продолжение твой руки.

— А почему так важны ноги?

— Кроме грамотной работы саблей, важно быстро перемещаться во время боя, не задумываясь, как правильно это делать. Фехтовальная шагистика должна получаться у тебя сама собой, поэтому мы начнём с твоих ног. Сначала стойки, а потом, когда ты освоишься с ними, — шаги, выпады, вольты, уклонения. Все это должно стать для тебя так же естественно, как дышать.

К концу третьей недели июля Гарри уже неплохо мог удерживать противника на дальней дистанции, начал осваивать как рубящие рипосты, так и колющие удары с выпадами, широким перешагиванием, отступлениями и манёврами. Все это, безусловно, было далеко от идеала, но юноша работал со своим наставником по несколько часов в те дни, когда не было тренировок по регби.

И вот в один из вечеров Кричер появился с письмом, которое было передано через Гринготтс. Гарри подумал, что наконец объявились вассалы, но, увы, нет. Письмо было от Северуса Снейпа.

«Мистер Поттер, мне очень нужно с вами встретиться в ближайшее время. Это в ваших интересах тоже».

«Жду завтра в 19.00. Порт-ключ прилагаю», — ответил ему Гарри, вложив в конверт открытку с фото Трафальгарской площади. Открытку следовало разорвать в назначенный день и час.

Целую пачку таких зачарованных туристических видов выдал ему Бёрк, когда он попросил помочь с порт-ключами в цитадель Блэков. Бёрк побывал здесь дважды. Один раз, когда рассказал, что он провёл большое исследование и установил, что из всех вещей, принадлежавших Ровене Рейвенкло, исторически подтверждено существование её диадемы. Получается, что Том Риддл её где-то отыскал, сделал из неё крестраж и затем спрятал.

Флэшбэк

— Найти крестражи просто так не представляется возможным, но я всё же не зря возглавляю Отдел Тайн, — ухмыльнулся Дуэйн Бёрк. — Сохранив тайну, озадачил очень одарённых сотрудников созданием поискового артефакта.

— И какой вид поиска будет в нём использован? — поинтересовался Гарри, который в силу того, что по вечерам здесь было абсолютно нечего делать, очень

62/690

много читал. В том числе изучал раздел поисковых ритуалов.

— Я поставил задачу интегрировать в него аналог ритуала некровного поиска ближайших родственников по отпечатку души ищущего, — довольный собой, сообщил главный невыразимец.

— Логично. Куда ещё ближе родственники могут быть у крестража, как не другие осколки души, — кивнул Гарри.

— У Олливандера был? Раскрыл секрет мизерикорда?

— Да, я заглянул к Олливандеру, это действительно концентратор энергии.

— И какие материалы использованы мастером?

— Всё, как любят Блэки: коготь мантикоры, древесина и яд анчара.

— А что он открывает как ключ, ты здесь уже нашёл?

— Признаться, даже не искал, — смутился Гарри. — Был занят наращиванием физической формы.

— Да я уж заметил. За месяц с небольшим ты прилично раздался в плечах, мышцы, вижу, появились, и в росте прибавил. Это же не только эффект зелий Шайверетча, не так ли?

— Да я тут тренируюсь каждый день с утра и до вечера. Хочу ещё боевой магией заняться, только придётся, видимо, проводить ночные тренировки.

— А что Дамблдор поделывает? Не пересекался больше с ним?

Гарри передал Бёрку содержание подслушанного им разговора Альбуса и Невилла.

— Августа совсем обезумела в своей ненормальной привязанности к Фрэнку. Давно бы забрала его вместе с женой домой, глядишь, хоть чуть-чуть бы легче стало. А ты знаешь, что я твой троюродный дядя? Впрочем, как и Невилла.

— Нет, не знал, — честно признался Гарри. — Я только начинаю разбираться в вопросах генеалогии, а там все семьи так тесно переплетены…

— Да уж, это точно. Моя бабушка Бельвина Блэк была сестрой Арктуруса Блэка, прадеда юного Лонгботтома. И у нее был ещё один брат — Сигнус, отец Дореи, твоей бабушки.

— Но он-то наверняка знает о нашем родстве и так… по-родственному собирается расправиться со мной и прибрать к рукам состояния Поттеров и Блэков, — горько вздохнул Гарри.

— Хочешь, я остановлю это безобразие? Дашь мне свои воспоминания, я припугну Августу, что ты подашь на них в Визенгамот заявление о планировании твоей смерти и присвоении имущества. Поскольку всё это ещё на уровне плана, много ему, конечно, не дадут, но год в Азкабане как миленький просидит и полностью разрушит репутацию рода. Если у неё осталось в голове хоть немного здравого смысла — она откажется от поползновений в твою сторону. А если нет — действительно напишешь на него заявление. Свежий морской воздух

63/690

Атлантического океана, судя по тебе, идёт юношам на пользу, — усмехнулся Дуэйн. — Правда, у тебя тут нет по соседству дементоров.

— Я думаю, что пусть они строят свои планы. Мы о них знаем, значит, они бесполезны, зато все злодейские злодеи заняты. Кто знает, кого бы они выбрали в качестве другой жертвы, отказавшись от планов на меня. Вряд ли после разоблачения Невилл придет ещё что-то обсудить в Блэк-хаус.

Второй раз Бёрк побывал у него несколько дней назад, когда принёс магловский набор туристических открыток «All of London», зачарованных как разовые порт-ключи в Твердыню Блэков. Там были Трафальгарская площадь, Тауэрский мост, Биг Бен, Вестминстерское аббатство, площадь Пикадилли, Парламент, Букингемский дворец, собор Святого Павла, Кенсингтонский дворец, Гайд-парк и какие-то ещё — все Гарри не запомнил.

— Принцип их работы такой. Ты пишешь на оборотной стороне дату и время. Тот, кому он предназначен, должен в нужное время разорвать открытку по указанным данным, и она перебросит его в эту гостиную, — деловито сообщил Бёрк и сразу отбыл по каким-то делам.

Конец флешбэка

Первой открыткой была Трафальгарская площадь, она и досталась Снейпу как первому, кого Гарри пригласил сюда с использованием разового порт-ключа.

Профессор явился без своей обычной мантии зельевара, но в традиционном для него чёрном сюртуке.

— Здравствуйте, Поттер! И где это мы? — спросил он оглядываясь по сторонам и явно не узнавая интерьера каминного зала Трех воронов.

— Здравствуйте, профессор! На данный момент это для вас не имеет значения. Никто не может сюда попасть, и никаким образом ни вас, ни меня тут не отследить. Чувствуйте себя свободно.

— А вы, стало быть, тут обитаете?

— Да, я пока живу здесь. Место надёжное, скрытое ото всех. Мне здесь удобно готовиться к осуществлению своего плана.

— Да, да, я помню, вы писали мне о своём безумном намерении объявить кровную месть. И судя по тому, что действовать вы собираетесь сразу от двух родов, Поттеров и Блэков, я делаю предположение, что ваш неразумный крёстный отец оставил вам не только Блэк-хаус, и вы теперь у нас кто?

— Лорд Харольд Авиор Блэк-Поттер, и я наследовал род Блэк и всё его имущество не по завещанию Сириуса, а, что весьма удивительно, по воле Ориона Арктуруса

Блэка, [16] который в своём завещании указал меня третьим в очереди наследником после Сириуса и Регулуса.

— Просто чудесно! Гарри Поттер, значит, канул в лету, как и всё завязанное на это имя?