— Правый фланг, к дирижаблям и выше, — повторила Флоренс. — Сбить планеры! — Половина группы побежала, другая половина осталась в качестве прикрытия. Флоренс бросилась в атаку.

Она достала золотой кинжал. Он был отлит из чувства ностальгии — изначально он был сделан как копия печально известных ножей самой Арианны. Но этот был полностью ее собственным. Она использовала его как дань уважения — свидетельство того, какой она была, и дань уважения наставнице, которая помогла ей стать чем-то совершенно новым.

Флоренс взобралась на ошеломленного Дракона и вырезала то, что осталось от ее сердца, отбросив его далеко в сторону. Флоренс стояла, покачиваясь, и смотрела в небо. Один из трех планеров уже был уничтожен, а второй находился под сильным огнем.

Облегчение захлестнуло ее, и в сочетании с усталостью внезапно закружилась голова. Рука обхватила ее за ребра.

— Полегче.

— Шаннра. — Флоренс повернулась, небрежно и полусонно, но со всей целью, которая когда-либо существовала в мире. Ее рука обхватила лицо женщины и притянула его к себе.

От Шаннры пахло не жимолостью, а оружейным маслом и серой. Татуировка на ее лице слегка приподнялась под большим пальцем Флоренс, когда она ласкала знакомые линии. Эту женщину Флоренс любила. К ней стремилось ее сердце — иметь партнера, равного себе.

— Ты не стала Совершенной Химерой. — Шаннра, все еще задыхаясь от их поцелуя, рассматривала раны Флоренс и тонкий слой черной крови на них.

— Я и так идеальный стрелок; насколько еще более совершенной должна быть одна женщина? — Флоренс надеялась, что ее ухмылка была достаточно игривой, чтобы перебить высокомерие этого высказывания. Она надеялась, что Шаннра ее поймет.

— Именно так я и думаю.

Над ними раздались выстрелы, привлекшие внимание обеих. Последний планер падал с неба. При виде этого зрелища в ее душе что-то зашевелилось. Это был переломный момент. Это был момент, когда революция Лума, наконец-то, взяла верх.

55. Кварех

Лорд Син не делал различий между Рок, Син или Там, и, похоже, не испытывал никаких проблем с Драконом или Фентри.

На земле лежали мужчины и женщины в красных, синих и серых одеждах. Но не только рука Владыки Смерти объединяла их. Каждый труп сочился золотой кровью, независимо от цвета кожи.

Эпоха Совершенной Химеры будет ознаменована кровью.

Кварех потянулся за перьями Сарана и понесся по облакам, осматривая поле боя под собой. Рок продолжал предпринимать попытки продвинуться дальше в Руану. Но без помощи Там им постоянно мешали. Уже несколько месяцев это был тупик, но он начал замечать признаки того, что ситуация меняется.

— Держите позиции! — крикнул он, проносясь над ветром достаточно низко, чтобы выжившие могли его услышать. — Еще одна волна идет с запада!

Вдалеке на фоне горизонта вырисовывались силуэты боков. Поначалу, увидев сразу десять-тридцать нападающих, можно было бы забеспокоиться. Но все решала численность. Численность Рок сокращалась, в этом Кварех был уверен. Между тем с каждым транспортом Совершенной Химеры численность только увеличивалась.

Кварех поднялся выше, щурясь от полуденного света. Он не видел радужных следов. Это была еще одно преимущество — уменьшение числа Всадников. Но, судя по тому, что он слышал об участившихся за последние недели нападениях на Лум, у него были все основания полагать, что Ивеун перенаправляет своих приспешников на земли внизу.

Крик боко заставил его повернуться в седле.

— Ты выглядел так, словно собирался совершить что-то безрассудное, — заметил Каин, подлетая поближе.

— Никогда.

— Пусть они доберутся до острова. Мы можем взять их на суше.

Кварех кивнул, понимая, что это правда. Как бы ему ни хотелось уничтожить врага прямо с неба, на земле у них было преимущество. Совершенные Химеры могли управлять планерами, но они были в дефиците и предназначались в основном для переброски солдат из Лума, а не для сражений.

Словно взрыв, шлейф облаков запутался в радужном хвосте планера, прорвавшегося сквозь Линию Бога далеко внизу. Завиваясь, он устремился вверх, преследуя одномоторное судно, устремившееся в небо.

— Один из наших? — Каин прищурился.

Квареху не нужно было прищуриваться. Он увидел рваные лоскуты белого плаща, почти сливающиеся с облаками, и сразу все понял. Каждый мускул в его теле напрягся в ответ на это зрелище.

— Арианна.

Планер с самоубийственной скоростью и безрассудным проворством двинулся к истребителям Рок. Они заметили, что Фентри несется на них, как пуля из пушки, и изменили курс. Арианна не изменила траекторию, продолжая нестись вперед.

— Мы должны помочь ей.

— Кварех, нет. — Каин попытался остановить его.

Кварех не собиралась его слушать. Она пришла сражаться. Не существовало мира, в котором он не принял ее сторону.

Арианна пронеслась мимо группы Драконов. Один из них бросился на нее из своего бока, но промахнулся и успел подхватить свою птицу, прежде чем его целиком поглотила Линия Бога.

— Арианна! — крикнул Кварех, гадая, слышит ли она его.

Если да, то она его проигнорировала.

Маневром, который заставил бы Хелен и завидовать, и гордиться, Арианна продолжила подъем, возвышаясь над Драконами, которые теперь тянулись за своим барахтающимся боко, пытаясь угнаться за более проворной машиной. Она потянула за рукоятки, наклоняя его по широкой дуге, пока не оказалась лицом к лицу с Линией Бога и Драконами под ней.

Арианна отпустила планер, и сердце Квареха подкатило к горлу, перекрыв очередной крик беспокойства за благополучие женщины. Он наблюдал, как она парит в воздухе и опускается рядом с птицей на расстоянии волоска от нее. Она подняла пристегнутое к ней оружие, держа его с удивительным спокойствием, если учесть, что она была марионеткой гравитации, и устремилась к пятнадцати Драконам, пытавшимся ее убить.

Кварех не успел закрыть глаза, как из пистолета вырвался луч яркого света.

Раздался еще один выстрел, и столб чистой магии, пронзивший Дракона и боко, повис на ветру, словно пытаясь провести черту в самой реальности.

Арианна потянулась к планеру. Другой Дракон нырнул, намереваясь сбить ее с курса, прежде чем она успеет восстановить механическую защиту.

Кварех издал рев и ударил Сарана по бокам. Быстрее, приказал он птице лететь быстрее. Он отпустил перья боко, чувствуя, как ветер треплет его одежду, когда он выпрямляется, уходя от пикирующей птицы. Он не сможет быть достаточно быстрым, если будет полагаться только на боко.

Его ноги вырвались из стремян, подгибаясь под него, и Кварех выпрыгнул из седла, выпустив когти.

Он столкнулся с Рок в куче перьев и крови. Кварех попытался ухватиться за землю, когда боко его противника захрипел и закружился в воздухе, пытаясь вновь поймать ветер с боевыми Драконами на спине. Он провел когтями по лицу противника, пока боец Рок отчаянно пытался сбросить его.

Петра всегда говорила ему, что, как только он применит дар легких на Нове, пути назад уже не будет. Каждый Дракон на всем острове почувствует ударную волну его магии. Это была его величайшая сила, и, пока Петра была жива, Квареху было выгодно, чтобы об этом не узнали ни она, ни Син.

Но теперь Кварех был Оджи.

Он надеялся, что его сестра была права в своих предположениях, потому что хотел, чтобы каждая живая душа знала, что им противостоит сила, достаточно мощная, чтобы повелевать временем.

Кварех втянул носом воздух, наполняя легкие, и почувствовал, как мир замедлился. Он оглянулся и чуть не потерял время от испуга. На него смотрели пронзительные глаза Арианны. Казалось, они смотрят прямо на него, несмотря на то что ее волосы застыли в безветрии.

Она пришла в себя на параплане, направленном вниз параллельно ему.

Поверь мне, эти глаза, казалось, требовали.

И он поверил.

Кварех решительными взмахами располосовал руки и ноги Всадника. Он сдирал мышцы с костей в глубоких порезах. Время тянулось не более секунды — ему нужно было беречь магию для предстоящих битв, — но это было все, что ему требовалось.