словно сбежал из старого фильма о художниках.

Перед ним — разложенный коврик,

куски полупрозрачного холста,

карандаши,

пастели,

и добротный деревянный штатив,

такой, который ты точно не ожидаешь увидеть в сердце мегаблока.

Меркури застыл.

— Чё?.. Это он художник?.. Неужели без кибер-рук, дронов и нейросетей?

Он даже не успел подойти ближе,

как тот уже поднял голову и с добродушной улыбкой сказал:

— Вы трое — отличный образ. Две прелестные девушки, молодой человек с характером. Если хотите — могу сделать портрет. Умеренно.

Меркури аж застыл.

— Эм… Да… Мы… То есть…

Он нащупал свой кошелек и открыл — пятьсот лиен. Всё.

— Блин… — подумал он. — Это ж даже на нормально пожрать не хватит, не то что на арт.

Но пока он подбирал слова,

Мелани уже сделала шаг вперёд,

вытащила карту и молча приложила её к терминалу.

Бип.

— Оплачено.

Он посмотрел на неё —

в её лице не было ничего особенного:

ни укоризны, ни жалости,

просто спокойствие и расчётливая решимость.

Он даже не успел поблагодарить,

как художник хлопнул ладонями:

— Встаньте, как вы обычно бы стояли. Вот — сюда. Отлично, девушки чуть ближе… юноша, так, да-да, на полшага правее…

Меркури уже собрался занять позицию чуть поодаль,

встав сбоку от девушек,

но в этот момент Мелани обернулась к нему и спросила:

— Ты чё так далеко встал? Иди сюда!

Он вздрогнул,

поймал её взгляд —

вроде бы спокойный,

но в нём было «ну не тупи, парень».

Он послушно подошёл и встал рядом,

почти вплотную.

Они втроём стояли на странной урбанистической сцене,

внутри громадного бетонного улья,

под ритмы глухого баса и бликов неона,

среди проходящих киберпанков и торговцев.

И художник, с поразительной скоростью, начал рисовать.

Меркури почувствовал,

как его плечо едва касается руки Мелани,

а от её кожи пахнет чем-то…

неуловимо тёплым.

Неоном и специями.

Он вздохнул.

И впервые за весь день

почувствовал что-то вроде спокойствия.

Хоть на минуту…

* * *

…и вот они стоят в этом тускло освещённом полиграфе среди запаха горячего пластика и клея. Мужик с суровым лицом и чёрной киберрукой ловко ламинирует картину, а затем вставляет её в простую, но аккуратную рамку. Видно было, что руку у него отбили где-то в бою.

Меркури, стоя рядом, не удержался и спросил, кивая на татуировку на обычной руке — каска со скрещенными винтовками:

— Эм… а вы ветеран, да?

Мужчина посмотрел на него внимательно, потом кивнул с какой-то особой, немного уставшей гордостью:

— Конечно, ветеран. Если бы не был, не получил бы кредит на открытие точки. Без выслуги — только на улице торговать, а я уже вот — на шестидесятом. Маленький бизнес — дело серьёзное.

Меркури такой:

— А-а-а… ясно… — и врал. Он нифига не понял, но в голове начало формироваться осознание, что мегаблоки — это не просто бетонные муравейники, а сложная социальная экосистема, где статус, этаж, даже возможность открыть свою точку — завязаны на системе заслуг, опыта и, судя по всему, неформальной иерархии.

Мелани забрала картину, поблагодарила ветеранского мастера и с полуулыбкой посмотрела на Меркури:

— Всё же, несмотря на твои «экскурсионные идеи», это был неплохой день.

Милша добавила, обнимая сестру за плечо:

— Да. А теперь у нас будет памятка на стене. Чтобы не забывать, что даже парень с фермы может удивить.

Меркури слегка смутился, но искренне улыбнулся:

— Ну… я старался. Спасибо, что не сбежали на полпути.

Они вышли на площадь, держа в руках картину, и растворились в неоновом шуме мегаблока.

* * *

…и вот они выходят из недр мегаблока, а вечерняя прохлада обрушивается на них словно мокрое полотенце. Где-то вдалеке виднелись силуэты других мегаструктур, окружённых слабыми огнями. Небо ещё сохраняло сине-фиолетовый оттенок, но настоящего света — почти нет.

— Странно, — замечает Меркури, потирая руки. — Я не заметил, как наступил вечер.

Мелани, хмыкнув, поправляет пиджак:

— В таких условиях освещения это неудивительно. Мегаблоки создают свою реальность — свет на центральной площади выключили, значит, вечер.

Милша, оглядывая небо:

— Кстати… а ты где собираешься ночевать, Мерк? В казарму поедешь?

Меркури слегка дёрнулся.

— Эм… ну… — он почесал затылок. — Если честно, пока я летом ждал поступления, то жил в капсульнике в среднем городе. Работал на ферме у местного ковбоя, корм коровам разносил да немного ухаживал за ними. А сейчас… ну… у меня уже даже денег нет, чтобы туда вернуться. Ха… ха…

Он выдавил нервный смешок и отвёл взгляд, чувствуя, как щеки заливает жар.

Мелани и Милша обменялись взглядами. И обе… слегка изогнули уголки губ.

— Ну что ж… — сказала Мелани, пристально на него глядя. — В таком случае ты не против переночевать у нас?

Меркури буквально застыл.

— Чё… чё⁈ — у него глаза стали размером с тарелки и щеки невольно порозовели. — А? Э… это не слишком… ну… эээ… рано?

Милша дернула уголком губ и глаз. Для неё это была почти истерика.

— Не фантазируй чего! Там будут и наши люди. Всё чинно и благородно!

— А-а-а… — выдохнул Меркури. — Погоди-ка, в смысле «ваши люди»?

— Узнаешь, — в унисон сказали они и направились в сторону станции.

Их шаги были лёгкими и уверенными, а у Меркури поджилки слегка подрагивали от предвкушения, страха и смущения вперемешку.

* * *

Они едут в метро, сидя втроём на длинной пластиковой скамье. Монотонный шум состава, чуть подрагивающий пол под ногами, редкие объявления через динамики. Напротив сидят какие-то работяги в выцветшей униформе, кто-то дремлет, кто-то уткнулся в свой старенький телефон «Blueme».

Мелани вдруг оборачивается к нему, слегка поправляя волосы.

— Ах да, Меркури… я совсем забыла предупредить. Там будет наш папа. Постарайся быть вежливым, хорошо?

Он навострил уши.

— Ну, я вообще-то всегда вежливый. Почему такой акцент?

Пока Мелани подбирала слова, за неё спокойно и буднично договорила Милша:

— Он очень суровый с теми, кто, по его мнению, может причинить нам боль… или просто сделать нам плохо.

Меркури на секунду застыл. Потом нарочито бодро ляпнул:

— Ха-ха-ха! Ну вы так говорите, будто у вас там босс мафии или типа того! Аха-ха-ха…

Он замолчал.

Мелани и Милша уставились на него.

Спокойно.

Немигающе.

С очень тонкими, почти невесомыми полуулыбками.

…улыбка Меркури медленно сползала с лица.

— Э-э-э… — он кашлянул. — Шутка… это… была шутка. Хех.

Он аккуратно отвёл взгляд в сторону окна.

В этот момент как раз промелькнула внутренняя стена — внезапный рубеж между зонами. Мелькнули укрепления, бетонные барьеры, антенны, и вот — за ними наступил… другой мир.

Средний Город.

Дома здесь были обычные — типовые многоэтажки да обычные дома, местами облупившиеся, но живые. Где-то в окнах мигали гирлянды, висела одежда на верёвках, горели тёплые фонари. Неон был, но в умеренных дозах.

Для Меркури это был как глоток нормальности.

Будто резкий контраст с мегаблоками напомнил ему, что нормальные места ещё существуют.

Он выдохнул чуть глубже.

Но потом глянул на близняшек.

И подумал:

«…ох блин. И во что же я ввязался?..»

* * *

Они шли по тёмной улице между обычных многоэтажек и складов. Каменные коробки, поблёскивающие вывески, звуки шагов по потрескавшемуся асфальту. Где-то хлопнула дверь грузовика, завизжали тормоза, но всё это заглушалось…