Голос — ровный, с лёгкой хрипотцой. Не командный, но уверенный. Слова — короткие, с паузами.

Не ради пафоса — ради ясности.

На экране — не схемы боёв, а видео: толпа, ворота в стене, затор.

Уитли сразу понял: всё это — реальные кадры из Трущоб.

— Вот типичная эвакуация. Гражданские не реагируют на мегафоны.

Вот — доброволец с оружием. Он стреляет не в гримма, а в соседей, потому что паника.

Пауза.

— Ваша задача — не перемолоть все в труху. Ваша задача — не допустить эскалации и разрушений.

Уитли ловит себя на мысли: ему нравится. Всё рационально. Логика вместо крика.

«Аналитика под обстрелом. Это то, чего всем явно не хватает.»

Он делает пометку на планшете:

'Подготовить отчёт: взаимодействие с незарегистрированными вооружёнными гражданами.

Сравнение: устав охотника vs. городское право.'

Вторая пара — Психология и поведение крупных гримм

Ведёт профессор Лерий, научный консультант из Центра изучения биоагрессии. Уитли узнал её по архивной записи с симпозиума. Женщина лет пятидесяти, с ровной осанкой, говорит с лёгким акцентом и резкими интонациями.

— Гримм не злобен. Он не жесток. Он — реактивен.

На экране — Беовульф, урбан-подкласс.

— Ваша эмоция — его импульс. Паника? Он ускорится. Агрессия? Он атакует. Молчание? Он будет наблюдать.

Не будьте для него химическим маяком, ибо у них великолепное чутье и любая капля пота с долей страха способна стать для него сигналом.

Слайды: уровни реагирования.

Сравнение: «поведение в трущобах» vs «поведение в Среднем Городе».

— Среда влияет. Плотность населения влияет. Вы — переменная. Поэтому вы обязаны стать контрольной переменной в этом уравнении.

Уитли аккуратно чертит схему «Цикл поведения на контакте», выделяя собственный блок «точка задержки реакции».

Он не моргает лишнего. Он впитывает.

11:30 — 13:00. Тренировка

Тренировочный зал «Аэстрии» — не арена.

Это серо-белое пространство, зонированное на парные секторы.

Пол — полимерный, амортизирующий. Потолок — с мягким светом.

Температура — 21°C. Без запаха пота. Без криков.

Всё напоминает зал для дуэлей аристократов. Только здесь цель — эффективность, а не театральность.

Инструктор — женщина по имени Сайя. В голосе нет резкости. В движениях — точность.

— Сегодня — отработка базовой связки: захват, вывод из равновесия, контроль в ближнем бою.

Не ломаем. Не калечим. Учимся фиксировать и думать.

Пары распределяются по планшетам. Уитли получает в партнёры Крею, девушку с короткими тёмными волосами и перчатками-усилителями на запястьях.

— Уитли, верно? Я двигаюсь быстро. Если что — предупреждай.

Он кивает в ответ.

— Понял. Действуем в пределах.

Они начинают. Сначала — плавно. Затем — ускорение.

Он ловит её локоть, делает шаг в сторону, переводит центр тяжести, мягко прижимает к полу.

Она — резко выскальзывает, проходит в бок и оказывается у него за спиной.

— Хорошо, — говорит инструктор, проходя мимо. — Но будьте внимательнее. В реальном бою — вы оба бы выдохлись.

После трёх раундов — смена тактики: работа с оружием.

Уитли берёт тренировочную версию своей кастомной шпаги.

Он не «рубит». Он движется и колет. Каждое касание — как линия на холсте.

Крея задевает его локтем — он уходит в сторону, не реагируя резко. Контролирует дыхание.

Именно так, как его учили. И как он предпочитает.

Завершение тренировки

В конце — короткий анализ: участники подают свои оценки в систему, планшеты собирают статистику по точности, скорости, отклонению.

Уитли смотрит на свой график:

'Превышен порог точности, снижена реакция в третьем раунде.

Скорректировать дыхание. В следующий раз — лучше распределить импульс.'

Он утирает лоб. Не потный. Просто тёплый.

«Это не была драка. Это был урок. И я усвоил.»

13:15 — Обед. Внутренний отбор.

Столовая «Аэстрии» — это не столовка.

Это светлый урбанистический зал с многоуровневыми секциями, зоной кофе и даже угловыми столами для «индивидуального анализа учебного дня».

Уитли выбрал меню заранее через планшет — тушёная рыба с соевым соусом, салат из водорослей и редиса, рис с травами, травяной напиток. Никакого сахара. Всё — легко, точно, полезно.

Он занимает место у окна. Свет мягкий. Вид — на уровень ниже, где студенты уже закончили тренировку и теперь перемещаются между корпусами.

За столом — тишина, как положено. Кто-то уже ест. Кто-то смотрит в планшет. Кто-то ведёт вежливую беседу. Уитли тихо делает глоток напитка и начинает внутренний отсев.

«Команды ещё не сформированы. И, как я понимаю, в „Аэстрии“ это нужно сделать самостоятельно — на основе совместимости, а не произвола администрации или странных ритуалов вроде „твой товарищ по команде — тот, с кем ты первым встретился взглядом во время посвящения“. Рациональный подход. Но значит, надо присмотреться уже сейчас.»

Глаза скользят по залу, как оптический прицел, только вежливее.

«Вон тот парень… высокий, с чёлкой. Стрельба у него неплохая, но говорит слишком громко. Демонстрирует свои результаты, не дождавшись, когда спросят. Вероятно, нарцисс.»

«Та девушка с чёрной косичкой — двигалась хорошо на разминке. Плавно. Без резких скачков. Но… я видел, как она ругалась в раздевалке на автоматическую сушилку. Эмоции. Не сдерживает реакцию. Подозрительно низкий порог раздражения.»

«Вон там, у стены — сидит крепкая, но… слишком жующая. Грубовато. Спортивная, наверняка из низов. Типаж „боевая пацанка“. Такие не любят тактику. Бросаются вперёд, потому что не умеют планировать. С ней будет сложно.»

«А вот эта… хм. Светлые волосы, правильная осанка. Скромная, но ухоженная. Из хорошей семьи, видно. Молчит больше, чем говорит, но когда отвечает — чётко и приятно. Пожалуй, если бы не толпа вокруг неё…»

Он слегка поджимает губы.

«…Да. Она уже в центре внимания. Видно, что трое из других столов явно подбираются. Один уже сказал ей фразу из семинара, цитата-подкат. Не думаю, что она заинтересована. Но быть „одним из многих“ — не мой стиль.»

Он откусывает кусочек рыбы, пережёвывает медленно.

Я не ищу идеалов. Я ищу баланс.

Мы, Шнайдеры — я, Вайсс и Винтер — не элита. Но и не улица. Верхне-средний достаток, как принято говорить.

Винтер обеспечила нам статус. Работает в полиции, капитан, со всеми вытекающими.'

Он снова смотрит в зал.

'У нас — баланс. Не блеск, не грязь. И я хочу такую же команду.

Кого бы взять?"

Он делает мысленную подборку:

Один техник, молчун, отлично ориентируется в планшетах и навигации. Плохо дерётся, но стабилен.

«Возможно.»

Одна сдержанная девушка, по слухам — из района 61-го уровня. Хорошие оценки, нейтральное поведение.

«С ней можно обсудить.»

Один парень, бывший шахматист, странный, но мысли структурированы. На тренировке был слегка неуклюж, но быстро адаптировался.

«Не лидер, но стратег.»

«Это не будут лучшие. Но это будут подходящие. Умные. Спокойные. С уважением к порядку.»

Он делает заметку на планшете:

«Найти трёх — не сильных. А совместимых.»

13:45 — Перед стрельбищем. Оружейный брифинг.

Зал был почти пуст. Только белые стойки, крепления, планшеты.

Тишина, разбавленная лёгким механическим гулом — полированные шкафы открывались по одному, точно и плавно, как двери в медицинском центре.