Я медленно высунулся за край койки и посмотрел вниз в темноту — туда, где Блейк тихо-мирно посапывала.

А на соседней койке Меркури храпел так, что казалось, будто тряслась вся железная конструкция.

«Охотник, блин. Не гедонист. Не гедонист…» — мысленно повторял я, поворачиваясь на бок, чтобы забыть этот позорный сон до следующего кошмара…

Однако покой все никак ко мне не приходил, всякого рода мысли носились по голове, усталость мучала, мышцы болели и ныли, не давая заснуть, так что я принял решение.

«Ладно, видимо придется использовать его раньше, чем я рассчитывал… придется идти в мой „Внутренний Дворец“…»

После чего я закрыл глаза и активировал свой сембланс…

Глава 8

Интерлюдия: Академия «Праксориум». Факультет «Цивилис»

06:20. Подъём.

Не сирена. Не крик. Просто — будильник в тазике.

Обычный приём на нижних этажах мегаблоков: металлический звон, от которого точно проснёшься.

Сун открыл глаза. В комнате ещё полумрак, жалюзи на окнах только начинали пропускать мягкий индустриальный свет.

Общежитие «Цивилиса» — это не казарма.

Комната — на четверых.

Чистая.

Голые стены, встроенные шкафы, одна полка на человека, стикер с именем.

Всё просто, но без шика.

Никаких персональных декораций.

Никаких «фигурок».

Максимум — постеры на стенах.

06:25 — Умывальники, как в мегаблоке

Сун встал первым. Остальные шевелились, но без лишних слов.

В умывальнике — металлические раковины, обычные дозаторы, зеркала, поцарапанные, но чистые.

Кто-то с бритвой, кто-то с кремом для лица, кто-то просто плеснул водой и протёрся полотенцем.

Никто никого не торопит. Но и ждать не станут.

В «Цивилисе» быстро понимаешь, что время — общее, а проблемы — личные.

Не успел — виноват сам.

06:45 — Завтрак

Столовая — серая, бетонная, но чистая.

Столы простые. Без декора. На стене — карта сектора 19А, размеченная цветами: тёмно-красное — зона повышенного риска. Там будут учения на третьем курсе.

Пища — горячая и сытная.

Рис с бобами, белковая лепёшка, варёные овощи.

На выбор — чай или соевая «кофейная смесь».

Никаких «вкусов». Никаких «фото в сторис».

Курсанты едят молча.

Не потому что «нельзя говорить» — а потому что не хотят тратить слова без смысла.

Сун ел быстро, но не торопясь. Он замечал:

— кто с кем сидит;

— кто кого слушает;

— кто прячется за планшетом;

— кто смотрит в окно, будто не здесь.

«На улицах таким тяжело. Надо будет проверить, как держится в давке.»

07:15 — Построение на платформе

На «улице» перед полигоном — простая бетонная площадка. Погодный фильтр сверху создаёт имитацию мягкого серого неба.

Вдоль стены — голограмма с девизом: «Ты — порядок. На каждом углу.»

Старший инструктор уже стоит на месте. Шрам, форма, планшет в руке.

— Курс 1, построение завершено. Время отклонения: минус 12 секунд. Значит так! Сегодня — день без особого напряга. Бегом на лекцию!

Голос — без крика, но с уверенностью.

Это был не ор. Это был тон старшего охотника, который видел, как паника срывает улицы, и знает, как важно не опоздать на тридцать секунд.

07:20 — Праксориум. «Цивилис». Первый учебный блок.

Переход в лекционный корпус — короткий. По бетонному коридору, с трубами под потолком и маркировкой:

«ЗОНА 2-Б. Учебный уровень. Профиль: Право / Тактика / Контакт.»

Аудитория — серая, с рядами скамей и индивидуальными консолями.

Сверху — экран с таблицами.

На стене — эмблема Праксориума и девиз, как след от копоти:

«Порядок — не естественность. Его нужно насаждать и защищать.»

Сун садится ближе к стене.

Не в центре. Не в тени. Там, где можно слушать — и наблюдать.

Входит лектор. Мужчина лет пятидесяти. Костюм без украшений. Жёсткое лицо.

Имя: Рем Сандре, урбан-охотник в отставке. Сейчас — преподаватель по уличному праву.

Он не представляется. Он включает экран.

На нём — таблица. Красная зона — «перебор». Жёлтая — «опасная серость». Синяя — «разрешено».

— Вы хотите носить оружие. Хорошо. Но сперва вы должны знать, когда это оружие превращает вас в преступника.

Тишина.

— Вас могут снимать на видео. Вас будут провоцировать.

Вас будут звать «ублюдками в форме», «мусорами», «псами власти».

Вас будут умолять «спасти их сына», который только что выстрелил в кого-то.

И вы должны будете стоять. Дышать. И помнить: вы не мститель. Вы — порядок. И он начинается с закона.

Он делает паузу.

— Сила — это не право. Это обязанность. И если вы перепутаете — вы сломаетесь. Или сломаете кого-то.

Сун не пишет механически. Он помечает слова, которые задевают:

«Превышение в условиях страха — не оправдание.» «Контакт с гражданским — всегда под прицелом.» «Слова — оружие. Молчание — тоже.»

Он вспоминает:

друга, которого задержали за «мутный взгляд».

мать, которая выла, когда соседа подстрелили во время облавы.

И стражника, который потом молча стоял, глядя, как волокут труп.

«А теперь — я буду тем, кто стоит. В форме. С полномочиями.»

Один из курсантов — дерзкий, с яркой стрижкой, задаёт вопрос:

— А если кто-то тянет нож, но ещё не напал — можно вырубить?

Рем Сандре поднимает бровь.

Не ругается. Не смеётся. Только отвечает:

— Если вы ударите первым, а потом окажется, что он защищался — вы сядете. Вместе с ним. Только не в ту же камеру.

Пауза. Он добавляет:

— Закон — это стена. Если начнёте ломать кирпичи, чтобы подлезть — вся рухнет. Прямо на вас.

В завершение лекции он сказал:

— Ваша задача — не «победить». Ваша задача — сохранить улицу живой.

Целой. Чтобы завтра туда могли выйти дети. Чтобы старики могли пройти мимо.

Сегодня вы носите униформу. Завтра — вы будете нести на себе ответственность.

Сун смотрит на экран. Там выводится короткая цитата:

«Защита не начинается с оружия. Она начинается с понимания.»

Он делает ещё одну пометку в планшете:

«Улицы не прощают глупости в униформе. Надо быть умным. Даже когда страшно.»

10:30. Тренировочный сектор «Улица-2А». Симуляция: конфликт с гражданским.

Зал был похож на один из тех старых перекрёстков, где Сун в детстве шарил по автоматам.

Мигающие баннеры. Полусломанный киоск. Пластиковые лавки. Фальшивые голуби на балке.

Группа из шести курсантов вошла через боковой шлюз. В наушниках — краткая инструкция:

'Сценарий: вы патруль в Среднем Городе. У киоска — спор. Один из гражданских кричит, второй нервно реагирует.

Возможна эскалация. Задача: не допустить насилия, обеспечить порядок. Оружие использовать нельзя.'

Сун шёл в середине группы. На лице — всё та же лёгкая полуулыбка.

Он не напряжён. Он в своей среде.

У ларька — двое: пожилой мужчина в маске техработника и молодой тип в жилетке, весь на адреналине.

— Ты мне не указывай, старый! Ты первый начал толкаться!

— Ты залез без очереди, бестолочь! Я тут стою с шести утра!

Голоса повышаются. Молодой уже сжал кулаки.

Другие курсанты замерли.

Один начал двигаться вперёд — резко.

Сун поднял руку: «тихо».

— Разойдитесь. Сейчас может вспыхнуть.

Он шагнул первым. Без рывка. Без вызова.

Подошёл, встал чуть сбоку, чтобы не перекрывать, но быть видимым.

Поза — расслабленная.

Голос — тихий, но с уличной уверенностью.