Айронвуд стоял, скрестив руки за спиной, спиной к окну. Он молча смотрел на экран через плечо Озпина — там на записи с камеры столовой была запечатлена сцена с Белладонной и Коко, когда та смотрела на видео из «РеЗерв-X».

Когда ей предлагали «массажиста и особняк».

Озпин был спокоен, как всегда, но в его глазах теплился интерес — отнюдь не праздный…

— Она может сломаться, — первым заговорил Айронвуд.

— Если так, то, наверное, так даже и лучше. Мне не хочется иметь дел с Гирой Белладонной, особенно в контексте его… «добровольных подарков для Академии». — Озпин откинулся на спинку кресла, сделал глоток чая, — А что если она не сломается?

— Тогда, возможно, из неё что-то выйдет. Но современный Менажери делает людей… слишком мягкими. Не все из них приспособлены к настоящей войне.

Повисла короткая пауза. Айронвуд повернулся к окну, все еще держа руки за спиной.

— Думаешь, мы перегнули? — спросил Озпин, глядя в монитор.

— Нет, — ответил тот резко. — Мы сделали правильно.

— Иногда я думаю… — тихо начал Озпин, — может, стоило бы подтягивать отстающих, давать шанс тем, кто не успевает с первого раза. Ведь охотники могут раскрыть свой потенциал со временем.

Айронвуд обернулся, его лицо было холодным.

— Ты ведь сам знаешь, что так не работает. Когда наступит момент — когда Гримм прорвутся, когда некого будет звать на помощь — они не будут ждать, пока кто-то «догонит». И знаешь, что ещё? Атлас ведь уже совершил такую ошибку…

Озпин ничего не ответил. Только слегка кивнул.

— Если кто-то не выдерживает — он тут не нужен. Но они не окажутся на улице, — продолжил Айронвуд, уже спокойнее. — Академии второго эшелона будут счастливы их подобрать, например те же «Веридия» с «Транзитом». Там, на фоне местных, они будут казаться отличниками. А мы здесь оставляем только тех, кто реально вытянет. Сильных духом и готовых прогрызаться сквозь невзгоды и несмотря ни на какие тяготы.

Он сделал паузу, перевёл взгляд в окно, на далёкий плац, залитый тусклым светом ламп. Там, где завтра утром всё начнётся снова.

— Мы не готовим публику для ток-шоу, Озпин. Мы готовим тех, кто пойдёт умирать в одиночку в забытых деревнях, потому что больше некому. А те, кто хочет смузи, аксессуары с подсветкой и вечернюю йогу… — он пожал плечами, — пусть идут в «РеЗерв-X».

Озпин отставил чашку, поднялся и встал рядом с ним, так же глядя в окно.

— Пусть будет так. Но только помни, Джеймс: даже самые сильные иногда нуждаются в поддержке. Даже если они этого не признают.

Айронвуд не ответил сразу. Лишь через несколько секунд сказал:

— Я и это учту. Но только когда увижу, что он или она действительно стараются. До тех пор — никаких поблажек.

И после этих слов — тишина. Только ветер за окном. И где-то далеко — сонный казарменный храп молодых охотников, которые ещё даже не знают, кто из них останется через месяц.

* * *

«Если тебе снятся пляжи, смузи и купальники — проснись. Ты в Академии Бикон. И да, твои сны теперь тоже подчиняются распорядку.» — Джеймс Айронвуд

Я лежал на своей верхней койке, плотно укутавшись одеялом, и медленно проваливался в сон. Мышцы ныли, пальцы гудели, а в голове пульсировала только одна мысль: «лишь бы завтра не было ещё хуже…»

И тут сон накрыл меня, как волна…

Я стоял на солнечном пляже, босыми ногами в горячем песке. Лёгкий ветерок развевал флаг с эмблемой Бикона, вдалеке блестело море, а на фоне — смазливо сверкающий плакат «Сделаем Бикон классным!».

На шезлонге под зонтиком лежала Блейк Белладонна в тёмных очках и весьма смелом купальнике. Она тянулась, загорая, и, не открывая глаз, томно произнесла:

— Жон, будь лапочкой, принеси мне ещё один смузи… с ягодами.

— Э-э-э… так точно… — пробормотал я, сам не веря в то, что происходит, а затем сгонял до пляжного бара и протянул ей стакан с неоновой трубочкой и плавающим кусочком ананаса.

— А теперь… — сказала она, переворачиваясь на животик, — сделай-ка мне хороший массаж!

Я уже почти опустил руки ей на спину — аккуратно, не дыша, по-офицерски уважительно… когда резко раздался крик:

— КУРСАНТ АРК!!!

Я вздрогнул, обернулся — и тут же замер.

Прямо посреди пляжа стояла Вельвет, в своей строгой пустынной униформе, с вздыбленными кроличьими ушками, руками в боках и суровым взглядом. Позади неё стояла неоновая вывеска «РеЗерв-X — не для тебя», которая мигала и трещала на ветру.

— Так вот значит, чего ты хочешь⁈ — рявкнула она.

И тут рядом с ней появился Меркури, с безумной ухмылкой. Он держал «Аксель-47» через плечо, напевая:

— Это моя волына, а это мой ствол! Это для боя, а это для фана! — при этом карикатурно «маршируя», а затем он скрылся где-то дальше за туалетными кабинками.

Внезапно Вельвет протянула мне свою ногу и как гаркнула.

— Арк! Твоя задача — намотать мне портянки так хорошо, чтобы они сидели максимально ровно и не натирали при ходьбе!

— Так точно, мэм!

Я тут же бросился снимать с нее блестящий берец, а затем начал наматывать на ее изящную ножку с великолепными розовыми ноготками белоснежные полоски ткани, однако каждый раз она кричала.

— Неправильно! Переделать!

— Так точно, мэм!

Я наматывал и разматывал портянку с ее ножки несколько раз подряд под ее суровые крики, произнесенные милым голоском, однако затем ей это надоело и она пнула меня в лицо своей нежной пяточкой и пока я валялся на песке, то прямо надо мной встала Коко и глядя ровно сверху вниз как крикнула.

— Арк! Встал, быстро!

— Так точно, мэм!

Я тут же вскочил на ноги и она оглядела меня суровым взглядом и как рявкнула.

— Ты специально так долго это делал, да⁈ Хотел подольше помацать ножку инструктора Вельвет⁈

— Никак нет, мэм! — ответил я, выпучив глаза и вытянувшись по струнке.

— Врешь! За это ты должен научиться снимать и надевать униформу с меня! Норматив — десять секунд! Чего ты вылупился⁉ Время пошло!

— Так точно, мэм!

Я тут же начал расстегивать пуговицы ее кителя, пока она сверлила меня взглядом прямо сквозь солнечные очки, затем начал снимать его через ее руки и когда тот упал на песок, я принялся за ее пуговицы на рубашке — это было намного сложнее, так как как они были меньше чем на кителе и тут она рявкнула.

— Что ты так долго⁈ Быстрее! Да не так! Смотри как надо!

И тут уже она начала шустро-шустро орудовать своими пальцами с изящными ноготками и вскоре она сбросила с меня китель, затем — рубашку, после чего она схватилась за мой ремень и парой ловких движений сперва расстегнула бляху, а затем резко выдернула его из брюк, после чего она сложила его и постучала им по своей ладошке и рявкнула.

— Курсант Арк!

— Мэм⁈

— Снимай свои брюки!

— Э-э-э⁈

— Ты не уложился в норматив и сейчас будешь наказан согласно уставу Академии!

Я в панике начал отступать от нее, но натолкнулся на кого-то своей спиной и обернулся назад — и тут же оказался лицом к лицу с Блейк, стоящей уже совсем рядом в своем купальнике и с лукавой улыбкой на лице.

— Жон, если хочешь, то я могла бы… подержать твои гранаты! — сказала она и прильнула ко мне всем телом, а затем прикусив губу опустила руку вниз.

— Эм, Блейк! Ты чего это делаешь⁉ — вскрикнул я в смущении.

В ответ она мне лишь томно улыбнулась, подергала своими кошачьими ушками, а затем подняла ладошку.

На ней были две гранаты шарообразной формы и не успел я ничего сделать, как она все так же улыбаясь выдернула из них чеки.

— А⁉

Я застыл. Мир пошатнулся.

— Твои гранаты вот-вот взорвутся, Жон! — все так же улыбаясь сказала она.

И тут…

«БУМ!»

Я резко проснулся в полной темноте казармы, вбитый в матрас, с застывшим выражением ужаса на лице. Сердце колотилось как сумасшедшее.

«Что… за… УЖАС мне только что приснился?..»