И наконец, десерт — пралине из золотой жижи, которую оставляют местные хорьки. Из какого места добывают искомую жижу, я решил не конкретизировать, чтобы не испортить нам аппетит. Пралине тает во рту, по вкусу что-то вроде супа-харчо, но стоит не меньше, чем ночной клуб в «GTA: Vice city».
Я извинился перед Ирэн и направился в туалет. «Мартини» просился наружу.
Автоматически остановился перед зеркалом, поправить одежду. До чего меня довели здешние привычки! На Земле я носил одинаковые рубашки, галстуки и брюки, менял только запонки, и то для понта.
А тут прям расфуфырился.
Я был одет в элегантный красный пиджак из высококачественной шерсти. Этот пиджак был специально сшит ведущим дизайнером Станиславом Клиросом, который учёл детали моей фигуры и характера. Точнее, фигуры и характера Дюрейна. Однако красный цвет приятно ассоциировался у меня с малиновыми одеждами «братков». Пиджак украшен пуговицами на длинных застёжках. Двенадцать пуговиц, каждая символизировала каждый месяц года.
Когда я вернулся к столу, Ирэн, откинув голову, шевелила губами, но звуков не издавала. Пригляделся. Ясно, без меня доела обжаренный мозг раскрошителя.
Ничего, придёт в себя.
Лайонел, который сидел за столом для оруженосцев, резко вскочил и помешал схватить Ирэн каким-то двум лбам. Что они себе позволяют?
Неужели так охочи за девушками, которые не могут за себя постоять?
Я пригляделся. Похоже, вовсе не обычные наёмники. Один из них держал в руке топорик, судя по блеску, заговорённый. Примерно такой же, как у Лайонела.
Но другой однозначно аристократ. Где же я мог его видеть? Чёрные прилизанные волосы. Относительно близко посаженные глаза. Вздёрнутый нос. Неприятный взгляд. Ухмыляющийся рот. Крепкие плечи.
Василий Берёзкин. Маг Второго дома. Что ему от меня нужно? Я не приглашал его отведать хорькового пралине.
Вася провёл рукой по лицу, его внешность изменилась. У меня челюсть отвисла.
Передо мной стоял Сухожилый, член той банды, которая регулярно конфликтовала с бандой моего босса. На Земле. Я что, не единственный попаданец? Но как он сохранил своё тело? Может, у него есть ответы на множество моих вопросов?
Я видел «Василия» кучу раз на «тёрках», один раз он даже меня ранил в плечо, задев шальным выстрелом из пистолета Макарова. Как так вообще могло получиться, что он здесь?
Сухожилый расплылся в улыбке и достал тот же пистолет, который оставил шрам на моём плече. Похоже, давать интервью он не намерен.
Происходящее нравилось мне всё меньше. Поначалу я решил, что снова оказался под воздействием морока. Но если Василий считывает те образы, что у меня в голове, то откуда у него мог в руках взяться тот же пистолет. С потёртой рукоятью?
— Не узнаёшь друзей? Эдик, ты чего? — тут каждый, что ли, осведомлён о том, что я не Дюрейн?!
— Сухожилый, ты ли это? — осторожно поинтересовался я, незаметно сплетая «Зелёную арматуру».
— Здесь меня принято называть Василием. Впрочем, как и на Земле. Ненавижу прозвища. Как же мне не нравилось с тобой нянчиться, тупица. Если бы можно было, застрелил бы тогда, а не угостил плечо пулей. Но таковы правила домов!
Он скорчил гримасу. Работает на публику, тварина.
Я покосился на Ирэн, которая всё ещё находилась под воздействием экзотического блюда. К счастью. Потому что Сухожилый болтает много лишнего. Например, о том, что мы знакомы с ним. Под другими именами.
— Эдик, если тебе кажется, что я не вижу заклинания, которое ты под столом готовишь, ты ошибаешься. Я очень внимателен. Кроме того, в ресторане блок на любые чары. Знал бы ты, как легко после командировки в ваш невнятный вариант Земли без магии теперь манипулировать энергопотоками?
Лайонел, пока мы с Василием мило болтали, сражался с оруженосцем моего соперника. Пыхтели они молча, сражаясь на заговорённых топориках. Или, вернее, обычных топориках, учитывая блок, поставленный Василием. Ничего, уверен, что Лайонел его уделает.
Раз магию нельзя использовать, я начищу высокомерному ублюдку рыло без посредников!
Засучив рукава, я оценил свои возможности. Мне же в этом мире всего девятнадцать лет. На Земле я с Сухожилым не раз дрался, обычно выходя победителем.
Но сейчас он меня прихлопнет как букашку. Девятнадцатилетний парень без возможности использовать чары так же полезен, как севший мобильный телефон.
Василий засмеялся и заорал:
— Пользуясь случаем, сложите все свои драгоценности и деньги на стол передо мной и тогда не пострадаете! Поняли, сучки?
Он же маг Второго дома! Аристократ! Как он не боится лишиться своего статуса?
Меня за потерю «Колючего щита» почти изгнали, а он вон что учиняет!
Как же меня раздражает надменный Том Реддл!
Люди вокруг зашумели и бросились к выходу, но его преградили ещё двое каких-то небритых увальней. Предусмотрительно.
Какой-то мужчина во фраке попытался прорваться и был отправлен в нокаут. Остальные, поняв, что брыкаться не самая оптимальная идея, с ворчанием расселись по местам и продолжили трапезу. Вот же культурное общество!
— Ты думаешь, что можешь угрожать людям и не получить по заслугам? —сказал я, пытаясь выглядеть уверенно, хотя внутри смешались чувства страха и решимости. Не очень-то положительно на меня действует нервная система настоящего, трусливого Дюрейна.
Бандит-маг высокомерно посмотрел на меня и с издёвкой произнёс:
— Ты думаешь, что можешь справиться со мной? Ты всего лишь обычный человек. Застрявший в дурацких понятиях девяностых. Тебе ведь раны зашивали студенты. С лица твоих баб воды не попить, на тебя же только страшные клевали. У тебя же на фото в досье квадратная рожа в оспинах. Но, что самое значимое в моём монологе, это то, что я был приставлен за тобой следить. Ты был важен. Сейчас твоему жалкому существованию цена — грош. Только вот в нашем мире нет такой валюты. Потому тебе конец.
Я не сдавался. Подойдя к барной стойке, я схватил один из предметов для открывания бутылок, бар-лезвие, и швырнул его прямо в нос Василию. Попал. Сноровку не пропьёшь, даже пребывая в чужом теле. Василий выругался, из левой ноздри потекла струйка крови.
— Ну и ты мразь.
Мы начали бороться. Я уклонялся от его ударов, размахивал каким-то кухонным ножом, пытаясь задеть Сухожилого. Но он был осторожен и наступал. Люди вокруг не вмешивались, смотрели на нас с интересом и страхом. Деньги и драгоценности на стол никто из них не положил. Жмоты. Некоторые посетители лежали примерно в той же позе, что и Ирэн. Волшебная кухня оригинальна.
Я использовал то, что находилось под рукой — тарелки, стаканы, столовые приборы, всё, что могло послужить мне в качестве оружия.
— Прекрати уже сопротивляться, Эдик. Ты вызываешь только гомерический смех. Твои попытки причинить мне вред без магии смешны.
— Поэтому я разбил тебе нос, Васёк?
— За это ты отплатишь вдвойне. Сначала я убью твою механическую подстилку, затем уже примусь за тебя.
Его голос звучал надменно, но уверенно. Он вполне мог бы работать диктором, если бы хотел. Но вряд ли такое интересно аристократу Второго дома. Впрочем, радио в магической Москве вполне себе вещает. Купи себе шар-передатчик, настрой на нужный диапазон, вуаля!
Кстати, у магического радио очень интересный принцип функционирования, основанный на электромагнетизме и распространении волн. Оно использует специальные трансмиттеры, переделывающие магическую энергию в электромагнитные волны. Ресиверы, в свою очередь, преобразуют электромагнитные волны обратно в магическую энергию. Такое радио способно передавать информацию на большие расстояния без использования проводов или кабелей, достаточно иметь шар-передатчик. Разные частоты соответствуют различным видам энергии. Например, низкие частоты могут передавать энергию для исцеления, а высокие — для воздействия на окружающую среду. Соответственно, половина Москвы практикует лечение по радио.
Похоже, оно не повредит Василию. Потому что сзади, пока он разглагольствовал, к нему подкралась моя «механическая подстилка» Ирэн и ударила ему по затылку своей тяжёлой кибернетической рукой.
