— Сто. Ровно сто лет с момента записи. Сегодня. Перед тобой дневник Василия Берёзкина, он добился немалых успехов на магическом поприще. Сейчас он второй по силе маг Второго дома.
— В дневнике столько удивительного. Магические колледжи, такое сейчас даже вообразить невозможно! Люди, которые не в курсе о магии. Кентавры в вагонах.
— Ты прочитал о том, что разворачивалось на глазах Василия сто лет назад.
— Зачем?
— Те несчастные женщины, Мэтлин и Моргана. Их не удалось расколдовать. Никому.
— Почему не попросили Василия? Тем более, он аристократ. Кстати, как он стал им, если его выгнали из какого-то магического колледжа?
— Василий подделал родословную. Слухи о его подвиге муссируются уже лет тридцать, но они тонут в остальных потоках грязи на все дома.
— Ему что, сложно их освободить от проклятия?
— Берёзкин заартачился, полез на рожон. Его не переубедили. Обозлённые женщины со штырями вместо рук пытались найти решение проблемы, но, кроме заклинания «Зелёная арматура», которое успешно используется при магических конфликтах, у них не вышло чего-то путного.
Моё любимое заклинание с недавних пор.
— Что мне предстоит сделать? — зевая, спросил я.
— Мэтлин с Морганой решили мстить всему магическому сообществу, которое не расколдовать. Они начали охоту на магов. Сейчас их цель — Шестой дом. Останови их, Дюрейн. Потому что неизвестно, чем всё это обернётся для нас всех.
Мне не понравилась её интонация. Слишком человеческая.
— Моргана звучит почти как Магира, которая учила меня всякому-разному в Первом доме.
— Дюрейн, если в народе прознают, что аристократов можно убивать, авторитет всех домов под угрозой. Конечно, на вас часто совершаются покушения, но одно дело Третий, Второй или Первый дома, другое — Шестой. Нам такой резонанс не нужен.
— Я словно общаюсь не с наёмным механикусом, а с каким-то политологом, который буквально манипулирует домами и моим настроением.
Ирэн улыбнулась и сбросила голограмму, показав струящееся коктейльное платье.
Глава 7. Склоки из-за еды.
Ирэн привела меня в премилый ресторан, незатейливо названный «Хвостик». На входе нас встретил швейцар, одетый в жёлтую униформу. У него смешно топорщились бакенбарды. Роскошное здание, украшенное орнаментами.
Внутри его стен располагались уютные кресла, стилизованные под любой аристократический дом, их мягкое ворсистое покрытие и хрустальная люстра создавали идеальную атмосферу для отдыха и наслаждения. Лайонел присел за стол для оруженосцев, где тут же встретил какого-то своего знакомого. Что ж, у них свой круг общения.
Когда в ресторане зажглись огни газовых ламп, ароматы дымящихся трав и специй наполнили ноздри. С непривычки немного закружилась голова. Это вам не «Чайхана номер один», коими полна Москва на Земле.
Я присмотрелся к публике. Много зевак, которые наверняка целый месяц копили деньги, чтобы привести сюда сварливую жену. Глаза гостей расширялись от красоты интерьера, а их сердца бились в приятной истоме от ожидания волшебных блюд, приготовленных здесь. Я почти чувствовал их восторг. Приятно быть магом, если умеешь настраивать все необходимые диапазоны, доступные аристократическим домам.
«Хвостик» был известен не только своей утончённой атмосферой, но и кулинарными шедеврами, которые стряпались на кухне. Шеф-повар, молодой, но талантливый маг Николя из Пятого дома, превращал продукты в блюда, заставляющие гостей захлёбываться слюной. Фигурально выражаясь, конечно. Зачем ресторану лишние трупы?
Меню «Хвостика» состояло из микса мировой кухни, в том числе Азии, Европы и Африки. Я увидел среди списка горячего чуду с мясом и удивлённо хмыкнул.
Внимательные официанты и персонал ресторана знали все потребности своих постоянных гостей. Отказывались от чаевых, шутили. Любой посетитель ощущал себя важным и особенным, словно его личные эмоциональные всплески имели значение для каждого, кто работал в ресторане. Лицемерно, но самолюбию льстит.
Музыканты и почти обнажённые танцовщицы не отвлекали, не смущали, но подчёркивали статус заведения. Я решил понаблюдать за их номером, пока Ирэн пудрила носик.
Под нежные звуки музыки серая дымка окутала сцену. В этот момент на сцене появились три женщины, в вульгарных, но вместе с тем изящно оформленных костюмах с блёстками. Они, как воплощение элегантности, будто вышли из картины.
Ритмичные движения танцовщиц сливались с мелодией. Каждый жест дотошно заучен, как если бы они сдавали экзамен.
Первая танцовщица, с пышными, светлыми волосами, разлилась по сцене, словно огонь, сев на шпагат.
Вторая под восторженные возгласы зрителей исполняла грациозные пируэты.
Третья танцовщица с длинными ногами танцевала канкан.
Тут ресторан не для слабонервных, конечно.
Кулинария встречается с чарами, а вкусовые ощущения сводят с ума. Здесь нет какого-то выпендрёжа, только настоящая магия, прямо на вашей тарелке.
Когда Ирэн вернулась, я заставил себя не смотреть на танцовщиц и предоставил ей возможность сделать одинаковый заказ для нас двоих самой, но за мой счёт. Не приветствую эмансипированных женщин. Когда работал на бандита, трудно изжить привычку махать денежной котлетой.
Но здесь не спортбар, где смотришь хоккей под пиво с корешами из охраны. Тут всюду сквозит культура. По крайней мере, не сразу видны грани безумия магической Москвы.
Принесли первое блюдо — пломбир из водорослей. Нежный деликатес, из каких-то штук вроде спаржи, которые специально выращиваются на дне побережья. Аромат океанского бриза, а в каждом кусочке можно почувствовать морскую соль, придающую пикантность и неповторимый вкус.
Под пиво бы идеально, только вот пива здесь нет. Как они до него не докумекали? Я очень расстроен. Ладно, хотя бы местное подобие «Мартини» есть. Его мне, кстати, как раз принесли.
Ирэн отказалась. Мол, механизмы у неё уже смазаны. Терпеть не могу, когда девушка на свидании не пьёт алкоголь. Чувствую себя в таких случаях неуютно.
Я глотнул принесённый официантом напиток. «Мартини» имел янтарный оттенок. Лёгкий запах пряностей ласкал мой нос, но я решил не торопиться и насладиться каждой нотой в меру её появления.
Первый глоток окутал мои губы сладостью. Натурально рахат-лукум на языке! Затем я почувствовал корицу, рядом с которой танцевала ваниль.
Следующее угощение — обжаренный мозг раскрошителя. Оно пропитано специфическим зельем, которое повышает когнитивную функцию и даёт спорную возможность видеть мир по-другому. Каждый кусочек этого блюда, покрытого лёгким карамельным соусом, побуждает на неожиданные поступки.
Я чуть вместе с вилкой не съел изумительный деликатес. Когда ешь чей-то мозг, чувствуешь себя Ганнибалом Лектором.
Мне захотелось вскочить на стул, затянуть какую-нибудь песню из девяностых годов! Что-нибудь попсовое. Я уже приготовился, но взял себя в руки. Не тому меня учили в Первом доме. Вряд ли их аристократическое общество готово к такому перформансу.
Я начал перебирать знаковые композиции «Золотого граммофона», но, увидев, как Ирэн бормочет какие-то математические формулы, окончательно передумал петь. Обжаренный мозг раскрошителя лучше заказывать домой, в компанию друзей. Или есть его в номере отеля с замечательной доступной девушкой рядом. В таком общественном месте, как ресторан, принимать его как-то опасно. Интересно, законодательно как-то урегулирована ответственность за употребление подобных яств?
Следующее блюдо — маринованный язык чупакабры. Ох, удивили даже меня. Неприрученные монстры, которые обитают на болотах и полях, но в основном питаются кровью коз. Официант пытался убедить, что чупакабра при приготовлении блюда не пострадала, а язык ей клонировали. Но делал он так, потому что чупакабры в местном аналоге Красной книги — «Салатовом списке». Конечно, я ему не поверил. Но мне нет дела до местных административных нарушений.
