Сидя у камина, Алиса принялась размышлять обо всемъ, что ей довелось узнать въ этотъ вечеръ, и о томъ, какъ поступить ей самой въ данныхъ обстоятельствахъ. Изъ всего сказаннаго ея кузиною для нея стало ясно, что лэди Гленкора рѣшилась, какъ скоро представится случай, оставить своего мужа и броситься въ объятія Фицджеральда. Бѣдная заблуждающаяся женщина оправдывала себя предъ судомъ своей совѣсти тѣмъ, что она бездѣтна и даетъ такимъ образомъ своему мужу возможность жениться на другой и сдѣлаться отцомъ. Алиса вполнѣ сознавала недостаточность подобнаго рода оправданія, но въ то же время видѣла, что мысль эта пустила глубокіе корни въ умѣ ея подруги и уже приноситъ свой плодъ. Алиса, болѣе проницательная въ отношеніи кузины, чѣмъ въ отношеніи себя самой, ясно понимала, что изъ всего этого ничего для нея не выйдетъ кромѣ конечной гибели. Будущее представлялось ей покрытымъ тьмою кромѣшною, да и сама лэди Гленкора видѣла его въ томъ же цвѣтѣ. Алиса вспоминала ея слова: "меня беретъ отвращенье и отъ себя самой, и отъ задуманнаго мною дѣла".

 Какъ же было въ подобныхъ обстоятельствахъ поступить Алисѣ? Мистеръ Паллизеръ лишилъ ее своего расположенія, это такъ; но если бы Алиса объявила ему, что желаетъ переговорить съ нимъ, онъ не отказался бы и выслушать ее, а выслушавъ, конечно принялъ бы какія нибудь мѣры для спасенія жены. До того же, какого онъ былъ мнѣнія о ней самой, Алисѣ мало было дѣла.

 Но тутъ ей представилось другое соображеніе: чисто женственное чувство говорило ей, что въ такомъ дѣлѣ она не въ правѣ выдавать тайну своего друга. Другое дѣло, если бы лэди Гленкора повѣрила ей какой нибудь замыселъ убійства и грабежа; тутъ она и на минуту не задумалась бы разсказать объ этомъ, кому слѣдуетъ, и предупредить такимъ образомъ преступленіе. Но въ настоящемъ случаѣ она колебалась, боясь заклеймить себя предательствомъ. Да и къ тому же, не вѣроятнѣе ли было, что леди Гленкора откажется отъ намѣренья, самая мысль о которомъ должна бы казаться ей ужасною?

 Размышленія ея были прерваны стукомъ въ дверь, который принудилъ ее встать съ своего мѣста и отпереть дверь. На ворогѣ показалась Ифигенія Паллизеръ, кузина мистера Паллизера и Джефри Паллизера.-- Миссъ Вавазоръ, начала она, я знаю, что позволяю себѣ непростительную вольность, но мнѣ такъ нужно переговорить съ вами о многомъ; позволяете ли вы мнѣ войдти къ вамъ на минутку?-- Алиса конечно пригласила ее войдти и придвинула ей кресло къ камину.

 Знакомство Алисы въ сестрами Паллизеръ оставалось на довольно церемонной ногѣ. Что-то говорило ей, что въ домѣ существуютъ двѣ партіи и что сама она принадлежитъ къ той, которая группируется вокругъ жены, тогда какъ сестры Паллизеръ естественнымъ образомъ примыкали къ партіи мужа. Дѣвицы эти, какъ мы уже имѣли случай замѣтить, доводили въ своей привязанности въ мистеру Паллизеру до поклоненія; а такъ какъ Плантагенетъ Паллизеръ при всей любезности, которую онъ до послѣднею времени выказывалъ Алисѣ, не сходился съ нею до особенной короткости, то и не могло возникнуть никакой дружбы между нею и его сторонниками. Къ тому же и не въ привычкахъ сестеръ было сближаться на скорую руку съ такими личностями, какъ Алиса. Живо заводилась у нихъ дружба съ какимъ нибудь президентомъ иностраннаго ученаго общества или съ какою нибудь дамою, которой онѣ хоть и въ глаза не видали, но которая принимала дѣятельное участіе въ женской эмиграціи. Но Алиса не у смѣла отличиться ни въ какой отрасли ученой или общественной дѣятельности, да и самая дружба ея съ лэди Гленкорою служила въ нѣкоторомъ родѣ признакомъ, что между нею и ими не можетъ быть ничего общаго.

 -- Я знаю, что ничего не можетъ быть хуже незваннаго гостя, проговорила миссъ Паллизеръ съ такимъ видомъ, какъ будто она боялась Алисы.

 -- Ахъ, нѣтъ, пожалуйста, не говорите объ этомъ, отвѣчала Алиса.-- Если я могу оказать вамъ какую нибудь услугу, я буду очень рада.

 -- Вы уѣзжаете завтра, и если бы я не пришла переговорить съ вами сегодня, то другаго случая мнѣ и не пришлось бы дождаться. Гленкора, по видимому, очень привязана къ вамъ, и всѣ мы были того мнѣнія, что хорошо, что она нашла себѣ такого друга.

 -- Надѣюсь, что вы и теперь не измѣнили этого мнѣнія, отвѣчала Алиса съ легкою улыбкою. Она поняла, что подъ словомъ всѣ преимущественно подразумѣвался глаза дома.

 -- О, нѣтъ, нисколько; я не это хотѣла сказать. Вы съ самаго начала очень понравились моему двоюродному брату, мистеру Паллизеру.

 -- А теперь я перестала ему нравиться, потому что пошла гулять лунною ночью съ его женою. Такъ, что ли?

 -- Нѣтъ, миссъ Вавазоръ, не совсѣмъ такъ. У меня и въ намѣреніи не было упоминать объ этомъ случаѣ, право, не было. Правда, я видѣлась съ нимъ послѣ вашего возвращенія, видѣлась всего какую нибудь минуту, и знаю, что онъ раздраженъ. Но я не объ этомъ желала бы съ вами поговорить.

 -- И я тоже замѣтила, что онъ на меня разсердился.

 -- Онъ былъ увѣренъ, что вы съ нею вернетесь гораздо скорѣе.

 -- Съ чего онъ взялъ, что я могу руководить его женою? И тамъ, какъ и здѣсь, она была хозяйка своихъ поступковъ. Мистеръ Паллизеръ выказалъ себя безразсуднымъ въ своихъ требованіяхъ. Впрочемъ, я охотно его извиняю.

 -- Не думаю, миссъ Вавазоръ, чтобы онъ выказалъ себя безразсуднымъ, положительно не думаю. Онъ раздраженъ, это правда. Но мало ли у него поводовъ къ раздражительности. Вѣдь Гленкора еще очень молода.

 Мистеръ Ботъ тоже утверждалъ, что лэди Гленкора еще очень молода. Въ головѣ Алисы мелькнула мысль, что выраженіе это вѣроятно было употреблено въ какомъ нибудь совѣщаніи сторонниковъ мистера Паллизера, во время котораго была рѣчь о недостаткахъ лэди Гленкоры.

 -- Не моложе же она теперь, чѣмъ когда мистеръ Паллизеръ на ней женился, возразила Алиса.

 -- Вы хотите сказать, что человѣкъ, который беретъ себѣ молодую жену, не долженъ роптать на связанныя съ этимъ неудобства; это, безспорно, такъ. Но по годамъ они отличная пара. Моему двоюродному брату еще нѣтъ тридцати лѣтъ. Когда я говорю, что Гленкора еще очень молода...

 -- Вы хотите сказать, что она въ своемъ нравственномъ развитіи и даже, быть можетъ, въ поступкахъ моложе, чѣмъ онъ ожидалъ.

 -- Но вы, пожалуйста, миссъ Вавазоръ, не подумайте, чтобъ онъ жаловался на это. Онъ слишкомъ гордъ, чтобы жаловаться.

 -- Надѣюсь, отвѣчала Алиса, припоминая мистера Бота.

 -- Я, право, затрудняюсь въ способѣ высказать вамъ свою мысль и не знаю, повѣрите ли вы мнѣ, когда я вамъ скажу, что, поступая такимъ образомъ, исключительно имѣю въ виду счастье Гленкоры. Если не ошибаюсь, вы имѣете на нее вліяніе; и я положительно знаю, что никто другой его не имѣетъ.

 -- Мы сошлись съ ней еще слишкомъ недавно, миссъ Паллизеръ.

 -- Я это знаю, но это не измѣняетъ факта. Или, быть можетъ, я ошибаюсь, предполагая...

 -- Предполагая, что?

 -- Предполагая, что вы слышали объ отношеніяхъ, существовавшихъ между Гленкорою и мистеромъ Фицджеральдомъ, прежде чѣмъ она вышла замужъ за моего двоюроднаго брата?

 Алиса отвѣчала не вдругъ.

 -- Да, я слышала о нихъ, проговорила она, помолчавъ.

 -- И, если не ошибаюсь, вы раздѣляли мнѣніе остальныхъ ея родственниковъ, что подобный бракъ былъ бы ея гибелью.

 -- Я ни разу не распространялась объ этомъ предметѣ въ присутствіи ея родственниковъ. Надо вамъ сказать, миссъ Паллизеръ, что, хотя мы и считаемся съ ней кузинами, тѣмъ не менѣе, я и въ глаза не знаю большую часть ея родни. Въ первый разъ я познакомилась съ лэди Мидлотіанъ, когда она намедни пріѣзжала сюда.

 -- Но вы совѣтовали eй разойдтись съ мистеромъ Фицджеральдомъ?

 -- Никогда!

 -- Я знаю, что именно въ это время она часто видалась съ вами.

 -- Мы съ ней видались, это безспорно.

 За тѣмъ послѣдовала пауза. Миссъ Паллизеръ затруднялась продолжать начатый разговоръ; въ собесѣдницѣ своей она совершенно неожиданно встрѣтила такую неподатливость, такое нежеланіе говорить, и даже слушать, что она почти рада бы была воротиться назадъ. Но, разъ упомянувъ имя Борго Фицджеральда, не могла же она уйдти, не объяснивъ прежде, почему она его упомянула. Изъ этой дилеммы нежданно-негаданно выручила ее сама Алиса.