Лэди Юстэсъ принимала во всемъ участіе и ей это положительно нравилось. Она даже не была раздражена контрибуціей, которую взяли съ нея самой -- хотя она всячески старалась уменьшить ея размѣръ. Вообще людямъ слѣдуетъ быть ловкими; пріятно было присутствовать при искусныхъ хитростяхъ и быть посвященной въ ловкую игру. Она обратилась бы и къ герцогу Омніуму, еслибъ смѣла; не мало торжествовала она, когда получила склянку для духовъ отъ лэди Глэнкоры. Но сама Лучинда никакого не принимала участія въ этихъ продѣлкахъ. Никакія убѣжденія мистрисъ Карбункль не могли побудить ее заинтересоваться ими или чѣмъ-либо въ приданомъ, которое преимущественно дѣлалось на довольно шаткій кредитъ сэр-Грифина и безъ малѣйшаго помысла о бережливости. Мнѣніе свое на счетъ всего этого Лучинда высказывала одной теткѣ. Ни лэди Юстэсъ, ни лордъ Джорджъ, ни даже ея горничная не слыхали ея жалобъ. А между тѣмъ она жаловалась, и сильно.

 -- Къ чему все это, тетушка Джэнъ? У меня никогда не будетъ дома, куда бы это помѣстить.

 -- Что за вздоръ, дружокъ! Почему же у, тебя не быть дома, какъ у всѣхъ другихъ?

 -- Да еслибъ онъ и былъ, я оставалась бы совершенно равнодушна ко всему. Мнѣ эти вещи ненавистны. Очень мною интересуются какая-нибудь лэди Гленкора или лордъ Фонъ!

 Даже лорда Фона заставили заплатить дань и онъ прислалъ ящичекъ съ письменными принадлежностями.

 -- Эти вещи то же, что деньги, Лучинда; когда дѣвушка выходитъ замужъ, она всегда получаетъ подарки.

 --. Да, они имѣютъ смыслъ, когда дарятся тѣми, кто любитъ ее, когда ей бросаютъ эти подарки на колѣни, съ поцѣлуями, радуясь ея счастью, что она выходитъ за человѣка любимаго. О! это должно быть очень отрадно. Еслибъ я выходила по любви за бѣднаго человѣка и бѣдная подруга подарила мнѣ рашперъ, чтобы мнѣ было на чемъ готовить обѣдъ мужу, какъ цѣнила бы я такой подарокъ!

 -- Не знаю человѣка, который больше любилъ бы бѣдныя вещи и бѣдныхъ людей, вознегодовала тетушка Джэнъ.

 -- Я ничего и никого не люблю.

 -- Въ такомъ случаѣ тебѣ лучше принимать все добро, которое тебѣ выпадаетъ на-долю, по-крайней-мѣрѣ безъ воркотни. Сколько трудовъ мнѣ стоило устроить все это для тебя, а какая мнѣ благодарность?

 -- Вы увидите, тетушка Джэнъ, что трудились попустому. Я никогда не выйду за этого человѣка.

 Однако слова эти тетушка Джэнъ слышала такъ часто, что не обращала вниманія на угрозу.

Глава LXVI.

ВЫСОКІЯ НАДЕЖДЫ МИСТЕРА ЭМИЛІУСА.

 Мистрисъ Карбункль говорила во всеуслышаніе, что относительно дани невѣстѣ никто не поступалъ великодушнѣе Эмиліуса, моднаго иностранца-проповѣдника, бывшаго еврея, который и теперь собиралъ большое количество слушателей поблизости дома мистрисъ Карбункль. Она правда постоянно посѣщала его богослуженіе и взяла даже мѣсто на тринадцать воскресеній по десяти шилинговъ за разъ. Но денегъ-то она еще не вносила, а Эмиліусъ зналъ какъ нельзя лучше, что если его билеты не будутъ оплачиваться впередъ, то въ его доходѣ окажется значительный дефицитъ. Вообще онъ наблюдалъ въ отношеніи платы величайшую точность и не позволялъ, чтобъ мѣсто отмѣчалось чьимъ-либо именемъ прежде чѣмъ деньги были въ его рукахъ. Только въ отношеніи къ мистрисъ Карбункль онъ не унизился до такой комерческой точности. Она имѣла три мѣста на одной изъ лучшихъ скамеекъ въ самой видной части церкви и никто еще не заикался ей о деньгахъ. Только за одно изъ этихъ мѣстъ лэди Юстэсъ заплатила впередъ. Однако въ одинъ прекрасный день принесли отъ Эмиліуса прелестнѣйшее золотое блюдцо.

 "Я посылаю билетъ господъ Клерико, писалъ Эмиліусъ: "на случай еслибъ мисъ Ронокъ пожелала удостовѣриться въ качествѣ металла."

 -- Онъ навѣрно получилъ его дешево въ томъ же мѣстѣ, гдѣ покупалъ по порученію серебро и подсвѣчники для церкви, замѣтила мистрисъ Карбункль, осматривая блюдцо и соображая: -- но тѣмъ не менѣе, если считать по 3 фунта 16 шилинговъ 3 пенса золотникъ, одно золото стоитъ около двадцати фунтовъ. Правда, Эмиліусъ обязанъ былъ любезности мистрисъ Карбункль, что ему было куда ѣхать изъ города осенью, но вѣдь это дѣло давно прошедшее и едвали Эмиліусъ сталъ бы выражать свою признательность за прошлую услугу съ такою щедростью.

 "Я хочу быть повѣшенъ, если онъ не мѣтитъ на замокъ Портрэ, подумала про-себя мистрисъ Карбункль.

 Эмиліусъ и мѣтилъ на Портрэ. Онъ безмолвно стремился овладѣть имъ, не съ большою увѣренностью, однако и не безнадежно, съ того времени, какъ увидалъ все его великолѣпіе и получилъ нѣкоторое понятіе о настоящей цифрѣ дохода Лиззи. Мистрисъ Карбункль вывела свое заключеніе, основываясь не на одномъ свадебномъ подаркѣ, а также на поспѣшности, съ какою Эмиліусъ устранилъ сомнѣнія, распространившіяся -- было на счетъ его положенія въ жизни. Онъ заявилъ мистрисъ Карбункль, что никогда не былъ женатъ. Вскорѣ послѣ его посвященія великимъ и отличнымъ человѣкомъ, покойнымъ епископомъ Іерусалимскимъ, онъ взялъ къ себѣ одну даму, которая была -- мистрисъ Карбункль не могла хорошенько припомнить, кто именно была эта дама, но у нея сохранилось въ памяти, что она какъ-то сродни приходилась мачихѣ Эмиліуса, жившей въ Богеміи. Дама эта нѣкоторое время завѣдывала его хозяйствомъ, но злые толки стали распространяться въ обществѣ и Эмиліусъ, изъ уваженія къ своему сану, отослалъ бѣдняжку назадъ въ Богемію. Послѣдствіемъ было то, что онъ жилъ теперь въ совершенномъ одиночествѣ и, прибавлялъ онъ, довольно грустномъ. Всѣ эти обстоятельства Эмиліусъ очень подробно изложилъ, конечно не Лиззи, по мистрисъ Карбункль. Если лэди Юстэсъ захочетъ допустить подобнаго претендента на свою руку, почему ему не бывать въ домѣ? Мистрисъ Карбункль къ этому относилась совершенно равнодушно.

 Лиззи засмѣялась, когда ей сообщили, что она можетъ прибавить имя преподобнаго Эмиліуса къ списку своихъ поклонниковъ.

 -- Развѣ вы забыли, какъ мы бывало дразнили имъ мисъ Мэкнёльти? сказала Лиззи.

 -- Я очень хорошо знала, при чемъ тутъ мисъ Мэкнёльти.

 -- Разумѣется, никто не можетъ знать, на что мѣтитъ человѣкъ. Я такъ думала, что онъ разсчитываетъ связями мисъ Мэкнёльти увеличить свою паству.

 -- Онъ мѣтитъ на васъ, душечка моя, и на вашъ доходъ. Паству онъ съумѣетъ себѣ округлить безъ посторонняго содѣйствія.

 Лиззи оказывала ему большую вѣжливость, но было несправедливо обвинить ее въ томъ, что она поощряла его надежды. Естественно быть на короткой и даже дружеской ногѣ съ любимымъ священникомъ, а Лиззи безъ сомнѣнія не знала ни одного духовнаго лица, которое болѣе пользовалось бы ея расположеніемъ, чѣмъ Эмиліусъ. Ея дядя былъ деканомъ и дядя ея мужа епископомъ, но она не скрывала своего презрѣнія къ этимъ устарѣлымъ, туманнымъ свѣтиламъ церкви.

 -- Они проповѣдуютъ иногда въ соборѣ, говорила она Эмиліусу: -- и всѣ пользуются этимъ случаемъ, чтобъ выспаться.

 Эмиліусъ нашелъ очень забавнымъ это опредѣленіе краснорѣчія высокихъ пастырей. Ему казалось очень естественно спать въ церкви тѣмъ людямъ, которые не трудятся отыскивать краснорѣчивыхъ проповѣдниковъ.

 -- Англиканская церковь, говорилъ онъ: -- которая и есть моя церковь, моя возлюбленная церковь -- о, какъ прекрасна она! Это дѣва въ яркой, сіяющей одеждѣ. Но увы! она нѣма. Она не постъ. Въ ней нѣтъ мелодіи. Настанетъ время, когда запоетъ и она. Я самъ -- я жалкій пѣвецъ въ великомъ хорѣ.

 Эмиліусъ, надо полагать, намекалъ на свое краснорѣчіе проповѣдника. Онъ умѣлъ и слушать, не только нѣтъ; онъ чутко ловилъ все, что говорилось въ обществѣ о лэди Юстэсъ и ея брилліантахъ. Онъ изучилъ досконально ея права относительно замка Портрэ и вскорѣ обрадовался, что онъ принадлежитъ ей только пожизненно. Чѣмъ лучше было бы ея положеніе, тѣмъ недосягаемѣе она оставалась бы для него. Точно также, когда дошли до него невыгодные для Лиззи слухи относительно брилліантовъ, онъ тотчасъ сообразилъ, что предубѣжденіе противъ нея принесетъ ему пользу. Господину, который заказывалъ однажды къ обѣду макрель, сказали, что живая будетъ стоить шилингъ, а сонную можно получить за шесть пенсовъ. "Такъ подайте мнѣ сонную", рѣшилъ онъ. Эмиліусъ жаждалъ рыбки, но зналъ, что по своему положенію не могъ разсчитывать на лучшую. Свѣтскіе лорды Фоны да Фрэнки Грейстоки менѣе будутъ рваться овладѣть Лиззи, если она какою-нибудь неосторожностью навлечетъ на себя мрачную тучу. Эмиліусъ тщательно изучалъ свѣтскій небосклонъ и зналъ, что подобныя тучи разсѣеваются очень скоро, когда онѣ окаймлены золотомъ. Лиззи ничего такого не сдѣлала, дай вѣроятно не сдѣлаетъ, что могло бы существеннымъ образомъ отозваться на ея доходѣ. Могло правда быть, что Юстэсы заставятъ се заплатить стоимость ожерелья, но и въ такомъ случаѣ весьма еще оставалось бы достаточно, чтобъ удовлетворить скромный и незаносчивый комфортъ, котораго желалъ онъ. Извѣстность въ свѣтѣ онъ хотѣлъ пріобрѣсти не богатствомъ, а духовнымъ краснорѣчіемъ, тѣмъ не менѣе, когда у проповѣдника хорошенькая жена съ знатнымъ титуломъ, значительнымъ доходомъ и еще замкомъ въ Шотландіи, то это просто рай да и только! Еслибъ онъ находился въ такомъ положеніи, не позавидывалъ бы онъ ни декану, ни епископу, ни архіепископу. Онъ много размышлялъ объ этомъ и не усматривалъ непреодолимой преграды для успѣха.