-- М-ръ Грейстокъ былъ въ высшкй степени дерзокъ, сказалъ онъ, когда все общество сидѣло послѣ обѣда въ библіотекѣ. Леди Фаунъ сдѣлала ему знакъ и покачала головой. Люси чувствовала, что вся кровь бросилась ей въ лицо, но на этотъ разъ она смолчала. Лидія Фаунъ тихонько подѣ столомъ взяла ея руку и сжала въ своей.

 -- Не надо забывать, что онъ ея кузенъ, замѣтила Августа.

 -- Его родство съ леди Эстасъ нисколько не можетъ оправдать его дерзкаго обращенія со мной, отвѣчалъ лордъ Фаунъ; -- онъ осмѣлился въ разговорѣ со мной употреблять такія выраженія, за которыя я вызвалъ-бы его на дуэль, только...

 -- Фредерикъ! Ты не сдѣлаешь ничего подобнаго, воскликнула леди Фаунъ, быстро вставая съ кресла.

 -- О, Фредерикъ, ради Бога, не дѣлай этого! просила его Августа, обнимая его.

 -- Я увѣрена, что Фредерикъ и не сдѣлаетъ, замѣтила Амалія.

 -- Только теперь дуэли не въ модѣ, продолжалъ невозмутимый лордъ,-- но ничто на свѣтѣ не заставитъ меня объясняться съ такимъ человѣкомъ, который держитъ себя совсѣмъ не по-джентльменски.

 Лидія еще крѣпче сжала руку Люси, какъ-бы желая ее остановить.

 -- Онъ никакъ не можетъ простить мнѣ, продолжалъ лордъ,-- своей ошибки въ дѣлѣ сааба.

 -- Я увѣрена, что вы ошибаетесь, лордъ Фаунъ,-- и саабъ тутъ ни при чемъ.

 -- Миссъ Моррисъ, а позволю себѣ остаться при моемъ мнѣніи, отвѣчалъ лордъ Фаунъ.

 -- А я при своемъ, смѣло продолжала Люси.-- Индѣйскій саабъ не имѣетъ ничего общаго съ тѣмъ, что м-ръ Грейстокъ могъ-бы оказать или сдѣлать относительно своей кузины.

 -- Люси, вы забываетесь! остановила ее леди Фаунъ.

 -- Люси, милая, не спорьте съ братомъ, замѣтила Августа.

 -- Послушайте, Люси, не обращайте вниманія на его слова, посовѣтовала Амалія.

 -- Какъ я могу слушать такія обвиненія и не обращать на никъ вниманія! воскликнула Люси- Зачѣмъ лордъ Фаунъ выражаетъ ихъ при мнѣ.

 Лордъ Фаунъ удостоилъ на этотъ разъ сильно прогнѣваться на гувернантку своей матери.

 -- Мнѣ кажется, миссъ Моррисъ, что я имѣю право высказывать свое мнѣніе въ домѣ матери.

 -- А я стану высказывать свое, настаивала Дюси.-- М-ръ Грейстокъ -- истинный джентльменъ. Если вы говорите, что онъ поступилъ не по-джентльменски, то это чистая ложь.

 Услыхавъ эти ужасныя слова, лордъ Фаунъ всталъ и медленно вышелъ изъ комнаты. Августа, съ ужасомъ поднявъ руки, послѣдовала за нимъ. Леди Фаунъ закрыла лицо руками, даже Амалія перепугалась.

 -- О, Люси! отчего вы не смолчали! сказала Лидіяю

 -- Я не хочу молчать! воскликнула Люси, заливаясь слезами.-- Онъ истинный джентльменъ.

 Въ Фаун-Кортѣ все пришло въ смятеніе. Спустя нѣсколько минутъ леди Фаунъ послѣдовала за сыномъ, а съ ней вмѣстѣ и Амалія. Бѣдная Люси была оставлена съ меньшими дѣвочками. Негодованіе ея было очень сильно и она не намѣрена была уступать. Когда Джоржина, четвертая дочь, замѣтила ей, что по правиламх приличія, она не должна была говорить ея брату, что онъ лжетъ, она снова вспылила:

 -- Оцъ говорилъ неправду, вскричала она,

 -- Но, Люси, никогда нельзя говорить людямъ въ глаза, что они лгутъ, ни одна дѣвушка не должна употреблять такихъ словъ въ разговорѣ съ мужчиной.

 -- А все-таки онъ не долженъ былъ говорить такимъ образомъ. Онъ знаетъ, что м-ръ Грейстокъ дороже для меня всего на свѣтѣ.

 -- Если-бы у меня былъ женихъ, сказала Нина,-- и кто-нибудь сталъ-бы говорить о немъ дурно,-- я бы этого не спустила даромъ. Я не знаю, почему Фредерикъ всегда долженъ быть правъ?

 -- Нина, ты говоришь глупости, сказала Діана.

 -- Я понимаю, что Люси тяжело было его слушать и молчать, замѣтила Лидія.

 -- Я и не буду молчать! воскликнула Люси.-- Подозрѣвать м-ра Грейстока въ такой низости, воображать, что онъ мститъ за этого дикаго индѣйца, когда онъ защищаетъ свою кузину!-- но развѣ можно это спустить! Нѣтъ, тогда лучше я уѣду отъ васъ. Вы всѣ считаете м-ра Грейстока врагомъ, но для меня онъ никогда не можетъ быть врагомъ.

 -- Мы считаемъ своимъ врагомъ не м-ра Грейстока, а леди Эстасъ, замѣтила Сецилія,-- и притомъ весьма гадкимъ врагомъ.

 -- Я не говорю ни слова о леди Эстасъ, сказала Люси.-- Но снова повторяю, м-ръ Грейстокъ -- истинный джентльменъ.

 Спустя около часу послѣ этого событія леди Фаунъ послала за Люси и долго проговорила съ ней наединѣ. Лордъ Фаунъ былъ очень разсерженъ и до сихъ поръ отказывался признать себя виновнымъ въ оскорбленіи.

 -- Я принуждена сказать вамъ, объявила леди Фаунъ серьезнымъ тономъ,-- что ничто не можетъ оправдать вашего обвиненія лорда Фауна во лжи. Безъ сомнѣнія, мнѣ очень жаль, что имя м-ра Грейстока было упомянуто въ вашемъ присутствіи, но вамъ слѣдовало перенести это терпѣливо и спокойно.

 -- Я не могла этого сдѣлать, леди Фаунъ.

 -- То-же самое говорятъ всѣ преступники, когда совершаютъ какое-нибудь тяжкое преступленіе, а все-таки ихъ за него вѣшаютъ.

 -- Я лучше уѣду отъ васъ, леди Фаунъ...

 -- Это очень неблагодарно съ вашей стороны, моя милая. Вы знаете, что я вовсе не хочу, чтобы вы уѣзжали. Но если вы поступаете дурно,-- я, конечно, вынуждена вамъ это замѣтить.

 -- Мнѣ лучше уѣхать. Здѣсь всѣ думаютъ дурно о м-рѣ Грейстокѣ, я-же считаю его хорошимъ человѣкомъ и не намѣрена измѣнять свое мнѣніе въ угоду другимъ. Какое право имѣлъ лордъ Фаунъ говорить о м-рѣ Грейстокѣ?

 Прощаясь съ нею, леди Фаунъ сказала, чтобы она завтра рано утромъ сошла внизъ и извинилась передъ лордомъ Фауномъ. Однакожъ Люси ничего не отвѣтила. Пусть леди Фаунъ говоритъ, что ей угодно, думала она,-- а она все-таки останется при томъ убѣжденіи, что лордъ оскорбилъ ее, а не она оскорбила его свѣтлость.

 Эта размолвка произвела большое замѣшательство въ Фаун-Кортѣ. Вечеромъ Лидія пришла въ комнату къ своему другу Люси и обѣ дѣвушки всю ночь проговорили о вчерашнемъ происшествіи. Утромъ Люси встала рано и узнала, что лордъ Фаунъ гуляетъ въ цвѣтникѣ. Ей сказали, что она можетъ найти его тамъ, если намѣрена извиниться передъ нимъ.

 Она много размышляла, слѣдуетѣли ей извиняться передъ нимъ, и рѣшила, что допустивъ даже, что она не имѣла права обвинять лорда Фауна во лжи, она спрашивала: болѣе-ли права имѣлъ лордъ Фаунъ говорить, что м-ръ Грейстокъ поступилъ неблагородно? Лордъ Фаунъ первый оскорбилъ ее, и тѣмъ вызвалъ оскорбленіе и съ ея стороны. Она не вполнѣ была убѣждена, должна-ли она извиниться передъ лордомъ Фауномъ, но твердо сознавала, что лордъ Фаунъ обязанъ извиниться передъ ней; однако во всякомъ случаѣ, рѣшилась объясниться съ нимъ.

 Войдя въ садъ, она пошла прямо къ нему и встрѣтила его въ цвѣтникѣ. Онъ по прежнему былъ мраченъ и торжественъ и, очевидно, нянчился съ своею непріятностью, однако онъ поклонился ей и спокойно остановился, когда она подошла къ нему.

 -- Милордъ, сказала она,-- я очень сожалѣю о томъ, что произошло вчера вечеромъ между нами.

 -- Я тоже сожалѣю объ этомъ, миссъ Моррисъ.

 -- Вѣроятно, вамъ извѣстно, что я обручена съ м-ромъ Грейстокомъ.

 -- Мнѣ кажется, это не имѣетъ никакого отношенія къ нашему вчерашнему разговору.

 -- Если вы допускаете, что м-ръ Грейстокъ для меня дороже всего на свѣтѣ, то вы, конечно, сознаетесь, что я не могу молча слушать, когда о немъ отзываются оскорбительно..

 Лицо лорда Фауна омрачилось еще болѣе, но онъ не отвѣтилъ ни слова. Онъ хотѣлъ, чтобы дѣвушка, любившая его врага, съ униженіемъ умоляла его о прощеніи. Если-бы она поступила такъ, онъ даровалъ-бы ей свое прощеніе, но онъ былъ слишкомъ мелоченъ, чтобы извинить ее на другихъ условіяхъ.

 -- Конечно, продолжала Люси,-- живя въ домѣ леди Фаунъ, я обязана относиться къ вамъ съ должнымъ уваженіемъ...

 Она почти съ мольбой посмотрѣла на него и остановилась, ожидая отъ него хоть одного слова извиненія.

 -- Однако, вы отнеслись ко мнѣ далеко съ неуваженіемъ, сказалъ лордъ Фаунъ.

 -- А какъ вы отнеслись ко мнѣ, лордъ Фаунъ?

 -- Миссъ Моррисъ, да будетъ мнѣ дозволено въ разговорѣ съ моей матерью употреблять выраженія, которыя я нахожу для себя болѣе удобными. Поведеніе со мной м-ра Грейстока было... было... было въ высшей степени не благородно.