-- Такъ вы воображаете, что въ Портрэ ничего нельзя сдѣлать безъ того, чтобы не попросить совѣта у Гоурона? Насмѣшливо спросила леди Эстасъ у своей компаньонки.

 -- Онъ, по крайней мѣрѣ, скажетъ вамъ, сколько нужно заплатить за пони, отвѣчала миссъ Мэкнельти.

 -- Да, и онъ достанетъ мнѣ какую-нибудь бѣшеную лошадь, которая не пойдетъ подъ сѣдломъ и сдѣлаетъ это нарочно для того, чтобы Франкъ сломалъ себѣ на ней шею. Отъ него все станется.

 -- Тогда я на вашемъ мѣстѣ обратилась-бы къ м-ру Макалумму, тройскому почтмейстеру, возразила миссъ Мэкнельти,-- я видѣла у дверей станціи нѣсколько телѣжекъ, въ которыхъ были запряжены три или четыре пони, чрезвычайно кроткіе по наружности.

 -- Мэкнельти! можно-ли быть такой идіоткой, какъ вы! воскликнула леди Эстасъ, всплеснувъ руками.-- Какъ могло вамъ придти въ голову, чтобы я для прогулки Франка приготовила упряжную лошадь!..

 -- Да, дѣйствительно, я сказала глупость, отвѣчала приживалка, принимаясь снова за свою книгу.

 Волей-неволей, а пришлось прибѣгнуть къ Гоурону; но такъ-какъ въ воскресный день никто, даже леди Эстасъ, не посмѣлъ-бы побезпокоить м-ра Гоурона, то она сама отправилась къ нему утромъ въ понедѣльникъ. Она застала его за дѣломъ: онъ надсматривалъ за косцами, убиравшими сѣно ея милости на небольшомъ лугу передъ замкомъ. Почва земли на лугахъ, прилегавшихъ къ замку, была неблагодарная и трава росла тамъ тощая, поэтому не мудрено, что съ сѣнокосомъ немного запоздали.

 -- Анди, произнесла леди Эстасъ,-- мнѣ нуженъ пони для джентльменовъ, которые будутъ жить въ котэджѣ. Устройте такъ, чтобы онъ былъ тамъ во вторникъ вечеромъ.

 -- Вамъ нуженъ пони, миледи? спросилъ управляющій съ сильнымъ шотландскимъ акцентомъ.

 -- Да, пони. Я думаю, его можно купить въ Эйрширѣ, хотя тамъ, какъ мнѣ кажется, ничего хорошаго достать нельзя.

 -- Коли такъ, миледи, то незачѣмъ здѣсь и жить, отвѣчалъ старикъ.

 -- Это другой вопросъ. А теперь я васъ прошу купить мнѣ пони и поставить его на конюшню въ котэджѣ, во вторникъ, не позднѣе полудня. Тамъ, вѣроятно, есть конюшня?

 -- О, какъ-же! тамъ есть стойла и не на одну лошадь. Когда котэджъ строился, миледи, намъ не для чего было экономничать.

 Анди Гоуронъ съ намѣреніемъ кольнулъ Лиззи, стараясь напомнить ей, что она теперь гораздо бѣднѣе прежняго, и этотъ намекъ былъ ей хуже ножа.

 -- Я не намѣрена скряжничать, когда дѣло идетъ о пони для моего кузена, возразила Лиззи величественнымъ тономъ, чувствуя въ тоже время, что она этими словами выдаетъ себя предъ управляющимъ.-- Итакъ, продолжала она, вы сдѣлаете мнѣ одолженіе, добудете лошадь во вторнику.

 -- Но у насъ нѣтъ ни овса, ни сѣна, ни соломы для подстилки. Да и кто станетъ ходить за этимъ пони? Вѣдь содержаніе его обойдется гораздо дороже, чѣмъ ваша милость полагаете. Одинъ пони будетъ намъ стоить въ недѣлю 18 шиллинговъ и шесть пенсовъ.

 М-ръ Гоуронъ, исчисляя всѣ необходимые расходы, съ особеннымъ удареніемъ произнесъ: шесть пенсовъ.

 -- Очень хорошо, сказала Лиззи.-- Пусть такъ и будетъ.

 -- Да вѣдь нужно и самую-то лошадь купить, миледи. На это потребуется не мало денегъ. Пони очень вздорожали теперь въ Эйрширѣ; это не то, что бывало прежде, миледи.

 -- Что-жь изъ этого? Я дамъ вамъ денегъ на покупку лошади, возразила Лизаи.

 -- Она будетъ стоить десять фунтовъ, миледи.

 -- Очень хорошо. Я дамъ вамъ десять фунтовъ.

 -- А, можетъ быть, запросятъ и двѣнадцать, навѣрное я сказать не могу, продолжалъ старикъ, тряся головой съ весьма угрожающимъ видомъ. (Немудрено, что Лиззи такъ его ненавидѣла).

 -- Постарайтесь заплатить за пони настоящую цѣну, замѣтила леди Эстасъ.

 -- Настоящихъ цѣнъ на пони не существуетъ, миледи, это не брилліанты, или что-нибудь въ этомъ родѣ. (Если-бы можно было доказать, что этотъ намекъ на брилліанты былъ сдѣланъ Гоуродомъ съ цѣлью уязвить леди Эстасъ исторіей съ ея ожерельемъ, то управляющаго слѣдовало-бы немедленно разсчитать за такую дерзость и не одинъ судья въ Англіи не присудилъ-бы его хозяйку къ уплатѣ должнаго ему жалованья).-- Какъ прикажете, миледи, впослѣдствіи поступить съ купленнымъ пони, продать его снова, или оставить на корму? продолжалъ хитрый шотландецъ.

 -- Мы это послѣ обдумаемъ, отвѣчала Лиззи.

 -- Но вѣдь онъ объѣстъ насъ въ первую-же зиму. Его придется непремѣнно продать. Джентльмены, можетъ быть, раза два на немъ покатаются по горамъ и только. А за нашими тетеревами верхомъ не угоняешься, да у насъ по-настоящему, и тетеревей-то нѣтъ совсѣмъ.

 Послѣднее замѣчаніе со стороны Гоурона было жестоко и неблагородно даже, потому что Лиззи хорошо знала, что въ горахъ были поселены два сторожа для охраненія дичи, что имъ платилось по шести шил. въ недѣлю, кромѣ другихъ льготъ, и что одного изъ нихъ она разсчитала, все-таки подчиняясь совѣту того-же Гоурона. И вдругъ онъ осмѣливается теперь подтрунивать надъ ней, увѣряя, будто дичи вовсе не существуетъ, да при этомъ еще какъ-то выразительно трясетъ головой.

 -- Вы, значитъ, положительно отказываетесь достать для моего кузена верховую лошадь? строго спросила Лиззи.

 -- Миледи, я никогда этого не говорилъ, возразилъ старикъ.-- Въ Эйрширѣ можно достать всякое полезное животное и простую лошадь, и пони, и осла, все что угодно. Только-бы деньги были. Но кромѣ лошади нужно еще многое купить.

 -- А что именно? спросила Лиззи.

 -- Сѣдло нужно, миледи, сѣдла даромъ не даютъ, даже въ Эйрлирѣ. (Старикъ съ намѣреніемъ употребилъ шотландское слово seddle вмѣсто англійскаго saddle и его очень забавляло то, что леди Эстасъ не могла разобрать, о чемъ онъ говорятъ).

 -- Анди, я не понимаю васъ, сказала Лиззи.

 -- Сѣдло нужно, миледи, гаркнулъ старикъ во все горло, все-таки не измѣняя слова seddle.-- Сѣдло и поводья. Я полагаю, что кузенъ вашей милости не поѣдетъ на попонкѣ по горамъ.

 -- Конечно, вмѣстѣ съ пони нужно купить и всѣ принадлежности для верховой ѣзды, отвѣчала леди Эстасъ, повернувшись, чтобы уйдти. "Анди страшно грубъ со мною, думала она входятъ замокъ;-- клянусь, что я ему отомщу какъ слѣдуетъ".-- Даже во вторникъ утромъ, когда ей пришли доложить, что пони нанятъ по восьмнадцати пенсовъ въ день, съ сѣдломъ, съ поводьями и съ грумомъ въ томъ числѣ, она все-еще не могла примириться съ м-ромъ Гоурономъ.

ГЛАВА XXIII.

Первый визитъ Франка Грейстока въ замокъ.

 Если-бы Франкъ Грейстокъ зналъ все, что перенесла его кузина ради того, чтобы доставить ему всевозможный комфортъ,-- онъ едва-ли-бы съумѣлъ отблагодарить ее, какъ слѣдуетъ. Женщины, заботясь о любимомъ человѣкѣ, не выпускаютъ изъ вида ни одной мелочи, лишь-бы ему было поспокойнѣе и поудобнѣе; мужчины-же принимаютъ всѣ эти услуги, какъ нѣчто должное и нестоющее большого вниманія. Только-что Франкъ Грейстокъ и его пріятель Геріотъ прибыли въ котэджъ, въ 9 часовъ утра, имъ подвели пони. Это была маленькая, косматая, вороная лошадка, съ мальчишкой проводникомъ, такимъ-же косматымъ, какъ и пони; но оба они были хорошіе экземпляры въ своемъ родѣ.

 -- А-а, мальчуганъ, вы вѣрно съ пони присланы, отвѣчалъ Франкъ, выслушавъ обращеніе къ нему маленькаго грума.

 Присылка лошади служила ему доказательствомъ, что Лиззи приняла во вниманіе его просьбу -- устроить какое-нибудь средство сообщенія между котэджемъ и Замкомъ Портрэ, и онъ тотчасъ понялъ, что кузина думаетъ о немъ и ждетъ его съ нетерпѣніемъ. Пріятель его былъ человѣкъ молодой, почти однихъ лѣтъ съ Франкомъ, и хотя онъ не имѣлъ большого успѣха въ своей юридической практикѣ, однако считался всѣми за умнаго, работящаго и хорошо образованнаго юношу. Состояніе у него было самое ничтожное; денегъ, присылаемыхъ ему отцомъ, едва хватало на то, чтобы содержать себя, какъ прилично джентльмену. Спортсмэномъ Артуръ Геріотъ никогда не былъ, стрѣлять онъ также едва умѣлъ, но горы и свѣжій воздухъ, равно какъ тетерева соблазняли его точно также, какъ и многихъ другихъ дилетантовъ. Прежде чѣмъ принять приглашеніе Франка ѣхать съ нимъ вмѣстѣ въ Портрэ, Артуръ навелъ тщательныя справки, не состоитъ-ли при замкѣ какой-нибудь офиціальный смотритель за дичью; убѣдившись, что такового тамъ не имѣется, онъ согласился отправиться съ пріятелемъ въ горы.