Мать и въ особенности сестра лорда Фауна, м-съ Гиттевей, были сильно недовольны помолвкой его съ Лиззи Эстасъ.
ГЛАВА XII.
Я только думалъ объ этомъ.
Въ Фаун-Кортѣ происходила сильная суматоха въ ожиданіи пріѣзда Лиззи въ понедѣльникъ, 5-го іюня. Леди Фаунъ и не думала настаивать на своемъ приглашеніи; но согласно съ сдѣланнымъ заранѣе условіемъ, леди Эстасъ съ ребенкомъ, съ кормилицей и съ своей собственной горничной изволила прибыть ровно въ 4 часа этого дня. М-съ Гиттевей прислала наканунѣ длинное письмо къ матери; обычное спокойствіе ея духа было нарушено въ этотъ воскресный вечеръ и она сѣла писать письмо подъ вліяніемъ сердечнаго волненія. Лордъ Фаунъ не явился въ Ричмондъ въ субботу къ обѣду и въ воскресенье также не пріѣхалъ. Вѣроятно, этотъ день былъ посвященъ имъ на размышленіе; къ нарѣченной невѣстѣ своей онъ не показалъ глазъ во всю недѣлю, и его отсутстіе еще болѣе подстрекнуло Лиззи въ намѣреніи не отлагать своего визита въ Ричмондъ. Франкъ Грейстокъ прислалъ ей поздравительное письмо.
"Милый Франкъ, писала она ему въ отвѣтъ. Женщинѣ въ моемъ положеніи приходится думать о многомъ. Я считаю, что своимъ общественнымъ значеніемъ лордъ Фаунъ можетъ оказать большую пользу моему ребенку. Пожалуйста пріѣзжайте навѣстить меня въ Фаун-Кортѣ. Вы не знаете, какъ я много разсчитываю на вашу дружбу и помощь".
Между тѣмъ въ Ричмондѣ ее ждали, хотя цѣлое утро въ понедѣльникъ леди Фаунъ лелѣяла еще въ себѣ надежду, что гостья не пріѣдетъ. "Братъ не очень горячо защищалъ ее, писала м-съ Гиттевей къ матери, и я еще надѣюсь, что можно будетъ увернуться отъ свадьбы". Прошло утро -- ни отъ лорда Фауна, ни отъ леди Эстасъ не было получено ни строчки.-- Кто знаетъ? думала мать, можетъ быть, произошелъ разрывъ между ними и леди Эстасъ не пріѣдетъ. Однако леди Эстасъ пріѣхала и, какъ слѣдуетъ, встрѣтила радушный пріемъ въ Фаун-Кортѣ. Но семья Фауновъ не умѣла лицемѣрить. Хотя леди Фаунъ-мать почти ничего не сказала дочерямъ о своемъ визитѣ въ Мауит-Стритъ, но Августа, присутствовавшая при разговорѣ матери съ сестрой въ гостиной м-съ Гиттевей, получила понятіе о характерѣ нарѣченной невѣсты брата. Въ гнѣздѣ невинныхъ голубицъ составилось общее убѣжденіе, что ихъ семьѣ грозитъ большое горе и потому предстоящій визитъ ожидался ими со страхомъ. Поэтому-то, не смотря на привѣтливыя слова хозяекъ Фаун-Корта, въ тонѣ ихъ голоса и въ выраженіи лицъ ясно проглядывала холодность. Главной заботой Лиззи было тотчасъ-же уяснить свои отношенія къ семьѣ Фауновъ.
-- Мнѣ такъ странно, что я являюсь къ вамъ въ качествѣ сестры, сказала она, обращаясь къ дѣвочкамъ.
Дѣвочки принуждены были улыбнуться, но не выразили большого восторга отъ этого новаго родства.
-- Онъ просилъ меня особенно полюбить васъ, шепнула Лиззи Августѣ, обнимая ее. Несчастная жертва, необладавшая большой силой характера, подчинилась непрошенной ласкѣ, но постаралась высвободиться поскорѣе изъ объятій гостьи, говоря, что у нея сильно болитъ голова.
-- Матушка! воскликнула Лиззи, припадая къ груди леди Фаунъ.
-- Да, моя милая, отвѣтила совершенно некстати старуха, и затѣмъ прибавила:-- не хотите-ли пройти въ свою комнату, одна изъ дѣвочекъ проводитъ васъ туда.
-- Амалія! мнѣ что-то страшно, проговорила бѣдная мать, обращаясь къ второй дочери, когда гостья вышла изъ комнаты. Амалія вмѣсто отвѣта только покачала головой.
Во вторникъ, когда вся семья сидѣла за завтракомъ, было подано письмо отъ лорда Фауна къ своей возлюбленной. Лиззи, конечно, никому не показала письма, но, читая éro про себя, безпрестанно улыбалась и кивала головой въ знакъ одобренія; отъ времени до времени она сообщала нѣкоторыя мѣста дзъ драгоцѣннаго посланія, разсказывала, что лордъ Фаунъ говоритъ то-то и то-то, ѣдетъ туда-то, его зовутъ въ такое-то мѣсто; что онъ собирается сдѣлать вотъ это, а того-то не хочетъ дѣлать, словомъ, если вы когда-нибудь видѣли молодую дѣвушку, воркующую надъ письмомъ своего милаго -- передъ вами будетъ живое изображеніе Лиззи въ эту минуту, за завтракомъ. А между тѣмъ, въ письмѣ ровно ничего не было особеннаго. Лордъ Фаунъ писалъ, что дѣла въ палатѣ и въ министерствѣ не позволяютъ ему пріѣхать въ Ричмондъ ранѣе субботы, а что въ субботу онъ будетъ. Подписался онъ: преданный вамъ Фаунъ -- и больше ничего. Но Лиззи разыграла мастерски роль голубки и такъ естественно передавала каждую выдуманную ею фразу, что дѣвочки Фаунъ въ самомъ дѣлѣ повѣрили, что братъ написалъ къ невѣстѣ страстное письмо. Лиззи-же, читая холодное посланіе своего жениха, мысленно поклялась съ негодованіемъ, что этотъ человѣкъ не вырвется у нея изъ рукъ.
Дни тянулись чрезвычайно однообразно. Въ среду и пятницу леди Эстасъ пришла съ извиненіемъ къ хозяйкѣ дома, говоря, что ей непремѣнно нужно съѣздить въ городъ и при этомъ настояла, чтобы Августу, ея всегдашнюю жертву, отпустили вмѣстѣ съ нею. Особенной необходимости въ этихъ поѣздкахъ въ Лондонъ не было, развѣ только требовалось удостовѣриться въ цѣлости несгараемаго ящика съ брилліантами. Ожерелье оказывалось каждый разъ на мѣстѣ, а миссъ Мекнэльти препріятно проводила время. Въ пятницу Лиззи вздумала вдругъ предложить Августѣ произвести вдвоемъ набѣгъ на члена правительства королевы въ собственной его канцеляріи; но Августа на отрѣзъ отказалась отъ этого плана.
-- Братъ очень разсердится, сказала она.
-- Большая бѣда! возразила Лиззи,-- пусть его сердится.
Однако визитъ не состоялся. Въ воскресенье -- день, когда ожидали лорда Фауна къ обѣду,-- другой неожиданный посѣтитель явился съ визитомъ въ Фаун-Кортъ. Ровно въ три часа пріѣхалъ Франкъ Грейстокъ. А между тѣмъ, леди Фаунъ давно уже намекнула ему, чтобы онъ не ѣздилъ къ нимъ въ домъ, пока у нихъ живетъ Люси Моррисъ.
-- Любезный м-ръ Грейстокъ, шепнула ему однажды старуха, когда они остались вдвоемъ,-- надѣюсь, что вы не перетолкуете моихъ словъ въ дурную сторону, зная, какъ мы всѣ привязаны къ нашей милой, маленькой Люси. Вы понимаете, и т. д.,-- словомъ, она произнесла довольно длинную рѣчь, весь смыслъ которой заключался въ слѣдующемъ: Франку не слѣдуетъ ѣздить въ Фаун-Кортъ, пока тамъ живетъ Люси Моррисъ. Но теперь онъ явился съ визитомъ къ своей кузинѣ, Лиззи Эстасъ.
На этотъ разъ леди Фаунъ съ Амаліей и двумя другими дѣвочками уѣхали кататься въ коляскѣ. Несчастная Августа была оставлена дома для отрады ея сердечнаго друга, а Цецилія и Нинаибрали практическій урокъ французскаго языка у Люси Моррисъ. Вся семья разсыпалась по саду; кто сидѣлъ на лавочкѣ въ аллеѣ, кто разгуливалъ по разсаднику молодыхъ деревьевъ, какъ вдругъ среди ихъ явился Франкъ Грейстокъ. Радостное восклицаніе Лиззи и восторгъ ея при видѣ кузена были такъ искренни, какъ будто она увидала родного брата. Она бросилась къ нему на встрѣчу, протянула ему руку, повисла на его плечѣ, пристально посмотрѣла на него и залилась слезами. Но она не зарыдала, а заплакала какъ-разъ въ мѣру. Раза два всхлипнула, на глазахъ ея блеснули двѣ крупныя слезы, она утерла ихъ кружевнымъ платкомъ и.улыбнулась.
-- Ахъ, Франкъ! сказала она нѣжно,-- мнѣ невольно вспомнилось доброе старое время.
Хотя Августа стала въ послѣднее время нѣсколько больше довѣрять Лиззи, но эта сцена тяжело на нее подѣйствовала. Франкъ нашелъ, что его кузина очень похорошѣла и пробормоталъ что-то о лордѣ Фаунѣ, назвавъ его "счастливѣйшимъ въ свѣтѣ человѣкомъ".
-- Надѣюсь, что я сдѣлаю его счастливымъ, произнесла Лиззи, сложивъ руки съ благоговѣніемъ.
Люси, между тѣмъ, спокойно стояла въ кругу своихъ воспитанницъ. Ей и въ голову не приходила мысль бѣжать отъ любимаго ею человѣка. Она подала ему руку и почувствовала что-то особенно дружественное въ его пожатіи. Зная, что Франкъ пріѣхалъ исключительно для своей кузины, она не считала себя въ этомъ случаѣ ослушницей противъ воли леди Фаунъ. Втеченіе послѣднихъ дней Люси очень часто проводила время съ своей старой пріятельницей Лиззи, причемъ будущая жена лорда выказала ей много искренняго, почти сестринскаго участія.
