Родители, переглянувшись, устроили небольшое совещание:

— Думаю, Невилл может остаться: он с головой увяз в эти события!

— Гарри и Дадли полезно послушать, что собой представляет волшебный мир…

— А Драко давно пора повзрослеть! — завершил обсуждение Люциус, не обращая внимания на недовольство жены…

— Василиса, рассказывай, — приказала Наина, — я тысячу лет ждала, пока ты объяснишь, что произошло в тот злополучный день…

— Все началось с «Книги Судеб», в которую и отец, и ты мне строго-настрого запретили заглядывать. Если бы я знала, что из этого получится такой кошмар! — и девушка коротко пересказала события, добавив в конце, что оставаться в Англии после такого количества исчезнувших людей стало опасно, поэтому она решила спрятать всех здесь, в Лукоморье, а потом уже разобраться во всем.

— Неказистый подарок, преподнесенный внуку, стал бесценным даром, который спас нашу семью, — добавила Августа.

— Этот «подарок» два года был моим кошмаром! — ехидно заметил Невилл. — Конечно, учиться колдовству, мне нравилось, но изучать магловскую географию, литературу, математику, историю, химию, а еще и делать упражнения для похудения…

— Зато посмотри, каким ты стал сильным и умным, — не поддержала его бабушка, — я так благодарна Лиссе… и тому, кто отправил ее в наше время…

— А я благодарна Василисе за избавление от Азкабана, — поддержала Августу Белла, — до сих пор не могу поверить, что я на свободе…

— И хватает совести говорить об освобождении, — взорвался Люпин, — вы забыли, за что вы оказались в тюрьме!

— И за что же? — промурлыкала Беллатрикс, прищурившись, — за что я, по-твоему, попала в Азкабан, волчок?

— Ты, вместе братьями Лестрейндж и Барти Краучем, пытала семью Лонгботтом, — убежденно ответил Люпин.

— Дамы и господа! — вмешался Долохов. — Мы имеем уникальную возможность провести очную ставку потерпевших с преступницей! Фрэнк, Алиса, ваше слово.

— Люпин! Разве ты не читал наш дневник? — поинтересовался Фрэнк. — Тебя не убедили мои последние слова: «Защиту дома ломают авроры»?!

— Я вам не верю. Может, вы вообще не Лонгботтомы, — вызверился Люпин. — Может, это все специально придумано, чтобы похитить меня, самого преданного сторонника Дамблдора!

Маги расхохотались.

— И какую ценность ты представляешь для нас? — искренне удивилась Наина. — Единственная польза, которую ты можешь принести, оборотень, это, дождавшись твоего обращения, убить тебя и сшить из твоей шкуры меховой коврик, чтобы зимой ногам теплее было…

— Напомнить, Люпин, как ты сюда попал? — вмешался Антонин. — Ты вцепился в мантию Августы, поэтому тебя перенесло в ее поместье. Не желаешь ответить на вопрос, что ты забыл в палате, где лежали безнадежно больные? Зачем ты за ними шпионил?

— Я выполнял задание Дамблдора! Он желал знать, кто навещает Фрэнка и Алису! Он не хотел, чтобы им нанесли еще больший вред! И это не первое мое задание — до этого, я следил за самыми опасными существами, за оборотнями, много лет и помогал ловить тех, кто нападал на людей в полнолуние!

— Ну, Римус, ты и гад! — не выдержал Сириус. — Сколько лет ты нам клялся, что посветишь свою жизнь борьбе за права оборотней, а закончил тем, что начал подставлять товарищей по несчастью под «аваду»! Предатель!

— Предатель ты, — заорал в ответ Римус, — ты раскрыл мою тайну, заманив Снейпа в Визжащую хижину, ты предал своего крестника, бросив его в опасности! И, если бы не Дамблдор, который спрятал Гарри в защищенном им доме, мальчик бы не выжил!

— Да твой Дамблдор и заставил меня пуститься в погоню за настоящим предателем, за Петтигрю! — Антонин и Фрэнк с трудом удержали рванувшегося к оборотню Блэка. — Не знаю, как он смог разорвать крестильную связь…

— Я лично забирала сюда семью Дурсль, — холодно добавила Василиса. — Могу поклясться, что на доме Поттеров не было защиты!

— Подтверждаю, — сказал Долохов, — я тоже был в том доме…

— А я нашла ребенка на крыльце дома, — не менее холодно добавила Петунья, — в ноябре месяце, полураздетого. Даже в звонок не позвонили! Если бы не наш кот, который его обнаружил, Гарри мог погибнуть от холода или нападения бродячих собак!

— Я вам не верю! — Люпин не собирался сдаваться. — Правильно Альбус меня предупреждал: не доверяй никому, у Светлой стороны полно тайных врагов! Теперь, Блэк, я убедился, что директор был прав, приказав следить за тобой в Хогвартсе,— он осекся, поняв, что сболтнул лишнего, и побледнел…

— Расскажешь добровольно или прибегнуть к помощи зелья? — прищурился Фрэнк, — нас в аврорате учили, как развязывать языки …

— Я тоже еще не забыла эту науку, — сказала Августа.

Люпин, поочередно бросив на них взгляд, не смог определить, кто сейчас для него более опасен: мать или сын…

— Да и нас Волдеморт кое-чему научил, — нехорошо ухмыльнулся Антонин…

Люпин исподлобья оглядел сидящих за столом людей, и не нашел ни одного сочувственного взгляда. Поняв, что своим молчанием вредит себе еще больше, он выдавил:

— Спрашивайте…

— Рассказывай, с чего все началось, — прорычал Сириус…

— Письмо о зачислении в Хогвартс, директор принес в наш дом лично. Моя семья не ожидала, что оборотню разрешат учиться вместе с другими детьми, но Дамблдор сказал, что никто, ни о чем не догадается. У него была только одна просьба: на факультет Гриффиндор должны поступить два богатеньких избалованных аристократа, с которыми мне необходимо подружиться, чтобы следить за ними. Я был готов на все, мне так хотелось попасть в Хогвартс! Следить за вами назначили не только меня, но и Питера Петтигрю, и мы, оба, не спускали с вас глаз с того самого момента, как вы сели в Хогвартс-экспресс.

Дружить со мной вы почему-то не хотели, но директор помог и в этом: подсказал, чем вас заинтересовать, поэтому мне пришлось обращаться на ваших глазах. Поняв, что я — оборотень, вы начали мне сочувствовать, так мы подружились. В отличие от меня, Питеру Петтигрю влиться в вашу компанию не составило труда: он заметил, что тебе, Сириус, нравится унижать слабых и умело этим воспользовался! А затем вы «случайно» нашли в библиотеке трактат под названием «Как стать анимагом» и начали заниматься.

— Анимаг, не зарегистрировавший свою аниформу в министерстве, подлежит заключению в Азкабан сроком на год, — бесстрастно заметил лорд Малфой. — Какое превосходное средство для шантажа спланировал господин Дамблдор! Не захотели бы вы с Джеймсом выполнять его «задания» добровольно — заставил бы, пригрозив тюрьмой …

— Шантаж! Как же я раньше не догадалась! Вот откуда все странности в поведении Поттера и Блэка! — заметила Алиса. Она посмотрела на Сириуса, который виновато отвел глаза. — Ты, Сириус, отрекся от рода и ушел из дома; Поттер женился без любви; снабжал Дамблдора деньгами до тех пор, пока родители не перекрыли Джеймсу доступ, оставив лишь «детский» сейф. Он отдал Альбусу родовой артефакт — мантию невидимку… и вас шантажом заставили служить в аврорате … в группе Праудфута, а после таких рейдов вы напивались и шли срывать зло на беззащитных маглах …

Люпин, растерявший последнюю человечность за годы охоты на оборотней, не обратил внимания на тягостную тишину и продолжил исповедь:

— Для чистокровных, вы оказались на удивление легковерными: наслушавшись сказок об устаревших обычаях, согласились снять защитные амулеты. Поэтому не замечали, что вас травят зельем агрессии, направленным на «змеиный» факультет: директор считал, что нападения на слизеринцев принесут пользу делу Света: «Пусть маглорожденные с детских лет понимают, что аристократы способны на любую подлость». Через пару лет я действительно привязался к вам, и даже стал доверять. Докладывал Дамблдору только о тех проступках, которые невозможно было скрыть, например, о нападениях на Снейпа, но об этом, как правило, знала вся школа. Кстати, директор никогда не наказывал вас всерьез, считая, что темные маги с младых ногтей должны знать свое место…