Все вы заслужили развлеченье

В этом погребке давным-давно

Мирно отдыхают тролль и эльфы

Пьют и мед, и пиво, и вино

Запивая их октябрьский элем.

— Пивз, ты — мерзкий лгун! — не выдержав, закричал один из портретов. — Гоблины никому не дают пробовать свой октябрьский эль! Все знают, что они испокон веков варят его только для себя!

— Пусть Кровавый Барон меня накажет, если я вру! — мерзко хихикая, ответил Пивз, прежде чем отправиться в другое место. — Не верите — можете проверить: скажите волшебное слово «трям» и сразу окажетесь в Винном погребке!

— Эльфийское вино! — мечтательно протянул чей-то голос, но тут же сменил интонацию и строго заметил, — джентльмены! Я лично проверю слова лгуна и насмешника Пивза и выведу его на чистую воду! Поэтому я НЕМЕДЛЕННО перемещаюсь на восьмой этаж!

— И я, и я, и я тоже, — и часть портретов покинула свои рамы. Остальные, более дисциплинированные, ждали добровольных проверяющих, но не дождались, и тогда еще несколько портретов покинуло привычное место. Вскоре на стене опустело большинство рам. Джентльмены и леди веселились всю ночь, вернувшись на портреты лишь на рассвете.

Тем временем Пивз уже вел куртуазный разговор с портретом Полной дамы, висевшей у входа в Гриффиндор:

— Ах, мадам! Вы — такая трудолюбивая, работаете день и ночь, не покладая рук!

— Вы не поверите, мистер Пивз, — томно протянула Дама, обмахиваясь веером, — я так занята, что даже свою подругу Виолетт не имею возможности навещать так часто, как хотелось бы! Так что чаще она навещает меня, чем я ее.

— И как вы проводите время?

— О! Восхитительно! Виолетт живет на первом этаже, и поэтому всегда в курсе самых свежих новостей Хогвартса! Их мы и обсуждаем за рю … чашечкой чая.

— Сегодня самую свежую новость могу вам поведать я: нашелся Винный погребок.

— Ах, мистер Пивз, если вы шутите, я вам не прощу! Винный погребок! — мечтательно закатила глаза Полная дама, но тут же загрустила. — Ах, я же не могу отлучиться!

— Но почему? — тоном змея-искусителя удивленно поинтересовался Пивз. — Все ваши подопечные в башне, до утра вы их все равно не выпускаете, так какая разница, будете вы торчать на своем месте или отлучитесь, чтобы немного развлечься? Тем более, ваша подруга Виолетт, скорее всего, еще не знает о погребке, и в этот раз вы принесете ей самую свежую новость, а еще и пароль, без которого в погребок не войдешь...

Выслушав пароль и заставив Пивза повторить его несколько раз, чтобы запомнить, Полная дама мгновенно исчезла из рамы, а "змей-искуситель" отправился на поиск новых жертв…

* * *

На завтрак, как и договаривались вчера, дети не пошли, расположившись в гостиной. Салфетка-самобранка добросовестно выдала все заказанное мальчишками, и они уже уселись за накрытый стол, когда в гостиную влетел потерявший их куратор.

— В суматохе забыл вчера представиться, — мгновенно успокоившись, сказал он, — меня зовут Дейл Чемберс, для вас — просто Дейл. Я вас ищу-ищу, а вы тут уютно устроились…

— Присоединяйся! Салфетка-самобранка к твоим услугам, — радушно пригласили мальчишки.

Тем временем в гостиной появлялись все новые воронята.

— Интересный артефакт, — высказался кто-то. — А еду ваша салфетка откуда телепортирует?

— Что значит «телепортирую»? — к изумлению воронят, салфетка заговорила.

— Телепортировать — значит перемещать.

— Воровать не приучена, — салфетка пошла складками от возмущения. — А кто меня обвиняет в воровстве, останется голодным!

— В Хогвартсе и половины такого нет, — подойдя ближе и разглядывая частично незнакомую еду, вынесла вердикт староста факультета, Пенелопа Кристалл.

— Вот именно! Вы просто за века перестали понимать, что такое настоящее волшебство! — и салфетка, успокоившись, ровно расстелилась на столе.

А рейвенкловцы, забыв обо всем, пустились в рассуждения, попутно выдвигая гипотезы:

— Очень необычный артефакт, который создает еду из ничего, ведь по законам трансфигурации — это невозможно!

— Если создает, как же тогда закон Гэмпа, гласящий, что «Нельзя создать еду из ничего»?

— Может быть, это потому, что ученикам наколдовывать еду слишком сложно?

— А может, этот закон и придуман специально для учеников — а то вдруг наколдуют неправильную еду и отравятся?

— Может быть, для того, чтобы наколдовать еду, надо хорошо ее представлять, а то такое наколдуешь…

— А Макгонаггал на дополнительных занятиях не раз наколдовывала бутерброды и тыквенный сок!

— Слушайте! А может, у Гэмпа был не хватало способностей наколдовать съестное, и он в отместку придумал этот закон? — и воронята ошеломленно замолчали.

— Просто вам в ваших школах напихали в головы всякой чепухи в виде законов, — ехидно заметила салфетка, — а мы, артефакты, волшбу творим так, как творили многие века. Вам бы всем следовало поучиться древнему колдовству у моих хозяев.

Воронята заинтересованно оглядели раздосадованных очередным промахом «хозяев», собираясь устроить им допрос, но Пенелопа их остановила:

— Думаю, мы не хотим привлечь к себе лишнее внимание? — спросила она. — Тогда все марш на завтрак в Большой зал! Сейчас всего лишь половина восьмого, вполне успеем показаться там, а затем все желающие вернутся сюда и отведают волшебной еды салфетки-самобранки. А разговоры могут подождать до вечера. И не забудьте наше правило: факультетские дела обсуждать только в своей башне!

— Точно! Пошли в Большой зал, покажемся всем на глаза, слегка перекусим для виду, а потом вернемся доедать! — и, оживленно переговариваясь, факультет отправился на завтрак…

* * *

Первым предметом, с которым предстояло ознакомиться первокурсникам, оказалась та самая трансфигурация, законы которой факультет полчаса назад столь увлеченно обсуждал за едой. Кабинет, хотя и находился на первом этаже, был слишком темным, его освещали лишь несколько свечей, стоящих на столе преподавателя. Кроме парт, расставленных в два ряда, в кабинете стоял учительский стол, а на стене позади стола размещалась доска. Был там и шкаф с застекленными дверцами — в шкафу были аккуратно расставлены спичечные коробкИ, корОбки с разноцветными камешками и разнокалиберными пуговицами и разноцветные подушечки с многочисленными иголками.

Кошки, о которой предупреждали старшекурсники, на столе преподавателя не наблюдалось, за столом сидела сурового вида женщина с уложенными в строгий пучок волосами.

— Похожа на Бабу-Ягу, в которую превращается бабушка Наина, когда сильно разозлится, — тихо шепнул Гарри, и мальчишки захихикали, но, увидев колючий взгляд Макгонаггал, замолчали и отправились рассаживаться на места, указанные преподавателем. Последним, уже после удара колокола, извещавшим о начале урока, в кабинет вбежал Рональд Уизли. Дождавшись, когда опоздавший займет свое место, женщина заговорила:

— Меня зовут профессор Минерва Макгонаггал. Я буду обучать вас трансфигурации в течение пяти или семи лет. Трансфигурация — опасный и очень сложный раздел магии, поэтому я не потерплю нарушителей дисциплины на моих уроках, — она бросила негодующий взгляд на Уизли и довершила вступление: — любое нарушение дисциплины на моих уроках — и нарушитель выйдет из класса и больше сюда не вернется. Я вас предупредила. Теперь я дам простейшее определение трансфигурации: «Трансфигурация — это колдовская наука, изучающая превращения чего-то одного во что-то другое».

С этими словами профессор Макгонаггал превратила свой стол в свинью, а потом свинью — обратно в стол.

Не рискуя заговорить, четверка лишь переглянулась, а потом им стало не до этого: следовало записать сложные формулы, которые диктовали очень быстро. Затем профессор раздала всем спички и велела превратить их в иголки, и дети безуспешно пытались это сделать в течение оставшегося времени.

Урок трансфигурации совершенно не понравился всем четверым, о чем и зашел разговор в гостиной Райвенкло, вечером, после ужина…