Теперь, в возрасте тринадцати лет, их существование едва признавали, даже несмотря на то что Леша был выдающимся гением, а Данил — умным и исключительным мальчиком. А поскольку их форма обучения была гибкой, то вся школа довольно редко их видела.

Но это не помешало им завести друзей…

— Хватит! — услышал Данил чей-то голос.

— Хватит, — передразнивающе повторил другой голос, после чего снова раздался противный гогот.

Послышались новые шаги и группа из трех парней, тащивших еще одного, выскочила с лестницы на второй этаж. Эта часть школы была пустой из-за ушедших на каникулы младших классов, поэтому было совсем неудивительно, что их занесло именно сюда.

Не обратив на это никакого внимания, Данил вернулся к своему комиксу. С недавних пор он стал бесчувственным и безжалостным ко всем, кто не был его лучшим другом. Но вдруг он почувствовал, как Леша пошевелился рядом с ним.

Орлов поднялся со своего места, его глаза были сосредоточены и насторожены. Удивленный этой внезапной переменой друга, Данил проследил за его взглядом.

Трое парней, выглядевшие на год или два старше их, приставали к худощавому мальчику помладше, которого они силой затащили на этаж.

Один из парней толкнул младшего к стене и сказал своим приятелям:

— Вы слышали? Этот урод признался Насте в любви.

Его друзья разразились смешками.

— Тебе понравилась Настя Антонова, признанная красавица школы? Ты себя то в зеркало видел, уродец? Она не твой уровень.

Данила внезапно осенило — он узнал этого мальчика, загнанного в угол этими придурками. Это был Кирилл Романов, единственный наследник одной из старейших и богатейших семей города. Его родители умерли, когда он был еще маленьким, а потому о нем заботились бабушка и дедушка. А еще он обучался по той же форме обучения, что и Данил с Лешей.

Данил присутствовал в тот день, когда спустя два месяца после начала учебного года Кирилл столкнулся с Настей в столовой и признался, что она ему нравится. И он также присутствовал, когда Антонова прямо сказала, что он ей противен, жестоко отвергнув чувства этого паренька.

Придурок, удерживающий Романова у стены, начал трясти его.

— Ты что, тупой? Неужели ты думал, что такая девушка, как Настя, посмотрит на такое жалкое ничтожество, как ты?

— Неудачник!

— Он реально мечтал стать ее парнем? Жалкий урод.

А затем они начали всей толпой бить его. Тогда Данил вернулся к своему комиксу. Это было не его дело, чтобы он в него вмешивался. Однако Леша явно решил, что это было его дело, когда решительно направился к ним, крепко сжав руки в кулаки.

Глубоко вздохнув, Данил закрыл комикс, положил его на скамью и направился вслед за своим лучшим другом.

— Отпустите его, — сказал Орлов низким угрожающим голосом.

— Ты кто вообще? — пробормотал один из парней.

— Свали отсюда, если тоже не хочешь отхватить.

Но Леша выглядел невозмутимым.

— Если из нас кто-то и отхватит, так это вы, — уверенно заявил Орлов.

— Отвали, Рэмбо! — со смешком отозвался один.

Самый высокий из них начал наступать на него, но Леша был готов. Он схватил его за руку, заломил ее за спину и толкнул на пол.

— Тох, ты че?! — приятель рывком поднял его на ноги. — Ты сопляку этому навалять не можешь?

Они столпились вокруг Леши с угрюмыми хмурыми лицами, готовые накинуться на него в любую секунду и избить до полусмерти. Но Орлова это совсем не пугало, он стоял и скучающе смотрел на них. Тогда Данил, совсем не торопясь, решил, что пришло время заявить о себе.

— Трое против одного? — заговорил он. — Как-то это нечестно, вам так не кажется?

Все повернули головы в его сторону и в один миг заметно побледнели.

— Это же Громов… — прошептал своим приятелям один из придурков.

— Тот самый?! — испуганно спросил второй.

И осознав уровень неприятностей, ожидающих их, если они тронут хоть пальцем Данила или Лешу, они бросились прочь, едва не падая с ног. Громкая фамилия и грозные родители были щитом Данила от всех проблем. А он тем временем был щитом Леши.

Романов, забитый руками и ногами, всё еще лежал на полу и тогда Леша поспешил протянуть ему руку, чтобы помочь встать. Но, к досаде Данила, тот отмахнулся от руки его лучшего друга и сам поднялся с пола, пронзая их своим хмурым взглядом.

— Мне не нужна была ваша помощь, — проворчал он.

Данил раздраженно поморщился, мысленно обозвав Романованеблагодарным болваном.

— Я сделал это не для тебя, — резко ответил Леша.

— В следующий раз просто пройди мимо, понял?

— С чего я должен тебя слушаться?

— Спокойно, — Данил встал между ними, не позволяя этим двоим схлестнуться. Он едва смог скрыть свое удивление — Романов пытался пойти против Орлова, хотя уже краем уха знал, кем он был и на что был способен. — Леш, давай не будем тратить на него силы? Хотя мне и очень хочется надрать ему зад за неблагодарность. Но он недостойный противник.

— Что?! Это потому что я слабый?! — сердито ответил Кирилл. — Потому что я жалкое ничтожество? Я легкая мишень для хулиганов?

— Да, — сочувственно согласился Данил с его самокритичными словами.

— Вот и отвалите от меня!

Леша молча наблюдал за спасенным парнем, а потом наконец выдохнул и вдруг схватил Кирилла за руку.

— Пошли, — сказал он и начал тащить сопротивляющегося парня за собой.

Данил, поспешив за ними, с удивлением спросил друга:

— Куда ты его тащишь?

— В медкабинет, — отозвался Леша, даже не оглянувшись.

POV Таня

Я последний раз перечитала написанную работу и поставила жирную точку. Когда все было готово, я поднялась со своего места, чтобы отдать работу преподавателю. Как обычно, я закончила самой первой из одногруппников и преподаватель совершенно не был этому удивлен, уже слишком привыкнув к этому факту.

— Татьяна, не могли бы вы, пожалуйста, отнести эти файлы на кафедру, раз уж вы освободились? — обратился ко мне препод, протягивая нужную стопку файлов.

— Конечно, — ответила я.

Он как-то странно, с трепетом улыбнулся, глядя на меня. Я стиснула зубы, потому что знала причину подобного поведения не только среди преподавателей, но и студентов. Это было то, о чем говорил весь универ, хотя и по прошествии недели все эти разговоры чуточку утихли.

— Ты танцевала с Данилом Громовым, — восторженно отозвалась Уля, загнав меня в угол. Ее щеки раскраснелись после танца с Артуром, возможно, я выглядела также. — Ты танцевала с Громовым! — перешла она на противных для ушей ультразвук.

— У тебя пластинку заело? — мрачно ответила я. — Это был всего лишь танец, а ты так реагируешь, как будто мы… переспали на глазах у всех, — подобрала я наиболее подходящее сравнение к ее реакции.

— Но это же Данил Громов!

— Ты хотела, чтобы я отказала ему и навлекла на себя гнев его семьи? — спросила я, приподняв бровь. Хотя, гнев семьи Громовых не сравнится с гневом моей семьи…

Она на мгновение заколебалась, а потом всё же сумела собраться.

— Но… почему ты? Почему из всех в зале он выбрал именно тебя?

— Может, потому что я дочь человека, от чьего имени организован этот благотворительный вечер. Или потому что это было учтиво с его стороны?

— Учтивость и Громов — вещи не совместимые.

Я тяжело вздохнула и скользнула взглядом к выходу, продолжая мечтать о горячей ванне и мягкой постели.

— Благотворительные вечера и Громов — тоже вещи не совместимые, — пробормотала я. — Тем не менее он был здесь.

Когда наступил понедельник, случилось то, чего я всегда боялась.

Из-за этого дурацкого танца обо мне поползли слухи.

Я попросила Ульяну держать язык за зубами, но даже несмотря на это, слухи всё равно поплыли по универу. У меня даже создалось впечатление, что за этими сплетнями стояли Милена и Сабина. Они тоже были на том вечере, хотя мы с ними особо и не пересекались.

Но всё оказалось не так плохо, как я думала.

Потому что никто не верил, что это произошло на самом деле.