- Что за странное имя у него? - спросил Иверсен.
- У португальцев всё длинное, - пошутил Олег. – После перцовки враз по-русски заговорит.
А на новой стройплощадке говорили и по-русски и по-датски и по-шведски и по-норвежски и …Бывшие рабы говорили бог весть на чем, только и беленькие и черненькие уже начинали строить отношения. Чтобы не допустить бесконтрольного размножения, учитывая, что лифчиков еще не изобрели, граф собрал сотню холостяков и предупредил, что блядства не потерпит, а женитьбу будет только приветствовать, благо есть и патер и батюшка. За конфессионные разборки Олег не особо беспокоился – папских шпионов при суете перегрузки в Гавре просто тихо притопили. Работников разбили по специальностям, ведь для начала надо было заняться зерновыми для собственного прокорма. На острове 50 на 25 шибко не разгонишься, потому еще на Готланде решили, что графство будет специализироваться на сахаре, который в Европе называли сладкой солью и считали приправой. Три семьи с Сицилии стали учителями по выращиванию сахарного тростника. Второй статьей доходов поставили виноделие. Саженцы нескольких сортов привезли с собой. После встречи с неграми Олег решил, что надо попробовать и банановодство, вот только сомневался, что черные братья знают, как их выращивать, ведь в Африке они растут в диком виде. Иверсен был доозадачен насчет апельсиновых деревьев. Возникла проблема – дефицит воды. Решалась она проведением левад- открытых каменных лотков с подножий гор, так что работы прибавилось. Ждан взял на себя пограничную службу, все секреты и пикеты, тропы по периметру острова были на нем. «Викинг» был отправлен к северному острову для выяснения его потенциала и создания на нем полноценного форпоста. Через три недели Олег заскучал. Столица строилась, лес под пахотные земли выжигался и вырубался, вот только запасы продовольствия, рассчитанные на две сотни, а не на шесть, стремительно уменьшались. Не додумали. Завоевать бы кого-нибудь, какие-нибудь острова Зеленого мыса, что поюжнее, но местных гуанчей обижать неохота. Да и вымрут они скоро от чумы, что завезут заботливые европейцы. Напротив на ост - Северная Африка, где сплошняком Сахара с арабами и верблюдами. Нет, такой футбол нам не нужен. Где-то мы дали промашку. А с другой стороны на острове в будущем будет жить треть миллиона человек жопа к жопе, ведь остров сплошь в горах. После наших просторов, где на одном конце медведь белый, а на другом бурый, тесновато. Ладно, пусть шеф решает. Наконец, вернулся Иверсен. По его лоснящейся физиономии было понятно, что вылазка удалась. И, такой молодец, как знал, навез продовольствия на сто пуз. Оказывается знал- опыт есть опыт. Притащил лавровых деревьев для разведения и сразу взялся за любимое дело - рыболовство. Вот этого добра здесь хватало. В числе подарков от князьков привез полсотни рослых крепких парней – рабов с реки Конго. Сам Иверсен до Конго не дошел, был в будущей Гвинее -Бисау. Поразмыслив, Олег решил отвезти подарок на Готланд, а пока лейтенанты стали обучать группу приемам пехотного боя. Подошли два нефа, груженых продовольствием и материалами из Руана, третье судно с коровами и овцами исчезло бесследно. Крейсирование «Викинга» до Гибралтара и обратно результатов не дало. Три месяца пронеслись махом. На острове граф оставлял полуроту аркебузиров, три десятка артиллеристов и три сотни поселенцев, включая черных подкидышей. Иверсен подвез еще продовольствия с западного берега Африки, отметив, что встречали его без энтузиазма. М-да, много нас тут ходют. Оставили два баркаса, десяток мелких шлюпов, артиллерийский когг и малый неф. Врио графа назначили сэра Ждана. Несколько семей слезно запросились назад и все были русскими.
-Ваше сясь, больно жарко, мочи нет. Молвят, что и зимы здеся не бывает. Как без зимы-то? А скотине как? Выпасов-то нетути.
Что делать? Взяли с собой. В середине сентября флотилия ушла на север. На траверзе мыса Сагриш, что в Испании , флотилию встретил когг нашей постройки под флагами Готланда и Кеми. Шкипер Нойман, знакомый Олегу по морским пиратским подвигам, отрапортовал:
- Милорд, мне приказано после рандеву доставить сюда из порта Кадис три нефа восточной постройки, трофеи и раненых. Целый неф пленных, в основном с Магриба, но есть и с Корсики и даже Сицилии.
- И кто командует нашим флотом?
- Сам шаутбенахт Клёве. Милорд, нам бы бойцов хоть с полсотни, потери значительные. В основном ранеными, но убыль большая. Пираты дерутся, как черти. Порох кончается, может поделитесь. Наша база в Аяччо на Корсике, там отличная гавань. Приказано чистить Срединное море до весны и закрепиться на острове. Я обернусь с Кадиса денька за четыре.
- Торопись, шкипер. На Бискайе начинаются штормы.
Простояли в дрейфе трое суток, пока не подошли нефы и с ним парочка шебек, не шебек, но явно арабской постройки. Оба судна узкие с выдающейся кормой и латинскими косыми парусами, ходкие и маневренные. И нефы тоже необычны, похоже на них возили рабов. Это хороший подарок. С трофеями разберемся в Гавре. На нефе с пленными поменяли охрану и усилили её. Спокойное плаванье кончилось на подходе к Бресту. После шторма, который нанес повреждения почти всем кораблям, за исключением каррак, вразброд собрались на рейде Бреста. Полторы суток кромешного ада угнетающе сказались на непривычных пехотинцах и неграх, что тут говорить про плавучую тюрьму, где пленные были, как сельди в бочке. Немало из них отправились с грузом на ногах на дно, не перенеся последствий ранений и отсутствие надлежащего ухода. Французы всполошились, но завидев знаки унии и открытые пушечные порты, ограничились визитом карантинной службы.
В безоблачный, как по заказу день начала октября, после полудня ударила сигнальная пушка Готланда.
- Наконец-то, - выдохнул я с враз заколотившимся сердцем. Хотелось, как мальчику в праздник, бросить игры и помчаться на берег, сверкая босыми пятками. Угу. «Щас», как говорят в оставленном загнивающем мире. Народ же ломился на берег, как будто увидел алые паруса. В гавань сбежался и город и слобода и мастерские. Я вышел на пирс в сопровождении Игоря и Никиты, а цепочка кораблей медленно втягивалась в бухту. Если флагман выглядел браво, то этого нельзя было сказать о грузовых судах, показывающих свежие заплаты на бортах, рваный такелаж и две сломанные грот-мачты. Тысячи километров дались флотилии нелегко. Более двух часов суда вставали на якоря и, наконец, от «Копенгагена» отплыла шлюпка. Комендант порта метался по пирсу, распределяя баркасы, подаваемые под выгрузку. Докладывал адмирал Иверсен, а рядом улыбались Олег с Гавро, дочерна загоревшие и исхудавшие. Наконец, официоз закончился и я смог обнять близких. Мимо нас пронеслась толпой команда главбуха Артема во главе с его заместителем Стурре, ну, как же без контроля и учета?
В течение следующего месяца остров стал объектом всеобщего паломничества. Свое почтение прибыл засвидетельствовать даже подскарбий Великого княжества Литовского, что уж говорить о купчинах из Голландии, Дании, Бургундии и прочих стран. Особо стоило выделить ожидаемый визит группы купцов из Ганзы. Я помурыжил их с неделю и принял только после выявления намерений через аппараты барона Рануа и Артема. А как без бюрократии? Никак. Кроме того, за это время купцы смогли ознакомиться с образцами товаров, вывезенных нами с Атлантики.
- Милорд, - обратился ко мне глава делегации, похожий на Черномырдина, - мы надеемся загладить недоразумения, возникшие из-за мелких расхождений во взглядах на торговлю. Предлагаем увеличить доли средств, входящих в доли наших банков и в целом увеличить их уставные фонды под гарантии полного обеспечения серебром, золотом и пушниной. После этого произвести эмиссию ценных бумаг вдвое, введя в советы управляющих наблюдателей с обеих сторон. В знак уважения Совет гильдий дарит герцогству два нефа свежей постройки. Мы готовы заключить долгосрочный договор о сотрудничестве на совместное освоение Африки и морских путей в Индию. « Ну, наконец, клюнули так, что слюни закапали»,- подумал я. Вслух сказал:
