– Я глава Ордена Чистой Совести, если ты не забыл, – усмехнулся Ардан, – неужели ты думаешь, что между мной и твоим «сокровищем» может что-то быть?

Калдер перевёл на него взгляд и тихо молвил:

– Я знаю твои грязные секреты, Ардан. Но сейчас это не главное.

Анна почувствовала, как напряжение в комнате стало почти осязаемым. Её сердце колотилось в груди, и она знала, что каждое слово может стать решающим. Она была зажата между двумя мужчинами, каждый из которых был ей дорог, но сейчас между ними снова нарастал конфликт, и это причиняло ей невыносимую боль.

– Ардан, послушай, – начала она, пытаясь вернуть разговор в более мирное русло, – я готова рискнуть всем, чтобы доказать тебе свою преданность. Я пойду с тобой, и ты сможешь следить за каждым моим шагом. Я не убегу, я не предам тебя. Я хочу, чтобы ты увидел правду своими глазами.

На лице Калдера отражались противоборствующие эмоции, которые он пытался сдержать. Ардан смотрел на него с любопытством, словно ожидая, что будет дальше.

– Ты слышал её, – глухим голосом сказал предводитель мятежников. – Мы рискуем не меньше, чем ты. Но ради борьбы с Хермихором мы готовы на всё.

Глава Ордена удовлетворённо кивнул. Он подошёл к пыточным механизмам, поднял какой-то рычаг, и Анна мгновенно освободилась от оков.

– Нам нужно действовать быстро, – произнёс он, открывая решётчатую дверь камеры и приглашая Анну за собой, – скоро полдень.

Переступив через порог, она обернулась на Калдера, и тот пробормотал с тревогой в голосе:

– Будь осторожна, цветечек. Я не могу быть с тобой, но помни: ты не одна.

Глава 21

***

Покинув пыточную камеру, Анна быстро переоделась в голубой мундир Ордена Чистой Совести и скрыла лицо под белой маской. Спрятав на груди чёрные амулеты, они с Арданом немедленно покинули резиденцию.

Ардан уверенно держал руль, когда они с Анной ехали по Зелёному проспекту в сторону дворца. На его левом запястье виднелось какое-то устройство, похожее на наручные часы, и Анна догадалась, что это может быть средством связи, как у охранников на складе.

В салоне царило напряжённое молчание, но Анна чувствовала какую-то мучительную недосказанность между ними, и желание заговорить с главой Ордена не давало ей покоя.

– Если в этом мире есть дистанционная связь, – начала она, стараясь говорить непринуждённо, – почему ей почти никто не пользуется?

Ардан поглядел на неё с недоумением и задумчиво хмыкнул.

– Не у всех есть доступ к этим технологиям, – ответил он, – только у военных и нашего Ордена. У сапфиров тоже есть несколько коммуникаторов: король настоял на этом, чтобы вызывать их на подмогу в случае атаки, хотя, как ты знаешь, я против любого магического вмешательства.

– У магистра Теллиона тоже есть коммуникатор? – спросила Анна.

– Да, – кивнул Ардан, – с его помощью он и сообщил нам о вашем... пленении.

– Но почему не позволить всем общаться так? – изумилась она, вспоминая мобильные телефоны. – Это же удобно.

Ардан снова посмотрел на неё и покачал головой:

– В нашем обществе принято общаться лицом к лицу. К тому же, распространение военных технологий дало бы преимущество нашим врагам. Мятежникам, например.

Он осёкся и замолчал, и в салоне вновь повисла тишина.

Но Ардан нарушил её самым неожиданным образом.

– Скажи, в поместье Лаэры Линь... это была ты, да? – спросил он, задумчиво глядя прямо перед собой.

Сердце Анны сжалось при этом воспоминании, и отголоски пережитого мучения вновь нахлынули на неё.

– Да, – тихо призналась она, стараясь скрыть свою уязвимость. – Мне было... очень тяжело.

Ардан вздохнул:

– Я не хотел, чтобы ты это видела.

Анна кивнула и ничего не ответила, и глава Ордена вновь спросил:

– Почему Калдер называет тебя своим «сокровищем»?

Её сердце затрепетало от волнения. Им только что с большим трудом удалось восстановить доверие, и, если она ему во всём признается, это разрушит всё, чего они достигли, и поставит под угрозу не только их миссию и судьбу Калдера, но и судьбу всего города!

– Ты... была с ним? – прямо спросил Ардан, повернувшись к ней, в его взгляде читалось напряжённое ожидание.

У Анны слова застряли в горле: она не могла сказать правду, но и солгать ему у неё не было сил.

Драндулет резко затормозил.

– Ты была с ним! – воскликнул Ардан, угадавший причину её молчания, в его голосе слышалось горькое изумление. – Как ты могла?!

Анна вздохнула, чувствуя, как внутри неё разгорается буря эмоций. Она знала, что его реакция была ожидаемой, но это не облегчало её страданий.

– Это случилось после того, как ты... хотел меня убить, – ответила она, стараясь сохранить спокойствие. – Калдер спас меня, и я... нашла в нём утешение. Но это не значит, что я не люблю тебя.

Ардан сжал руки на руле, его лицо стало каменным, как будто он боролся с собственными чувствами, и сердце Анны разрывалось от этого зрелища.

– Он сказал, что ты... манипулируешь женщинами, – тихо произнесла она дрожащим голосом, – и в какой-то момент я подумала, что была всего лишь одной из твоих игрушек. Но для меня это не так.

Глава Ордена резко повернулся к ней, и его глаза вспыхнули от противоречивых эмоций.

Сердце Анны забилось быстрее, когда он произнёс с решимостью в голосе:

– И для меня это не так. Я не мог забыть о тебе, даже когда... был с другой.

Анна почувствовала, как её охватывает прилив тепла от его слов. Она знала, что между ними всё ещё оставалась связь, несмотря на все испытания и недопонимания.

– Если бы я мог вернуть всё назад, к тому дню, когда мы расстались, – начал он голосом, дрожащим от болезненных воспоминаний, – всего этого не случилось бы. Я считал тебя предательницей, я ненавидел тебя... и не мог избавиться от мыслей о тебе. Я сожалею о том, что ранил тебя. Ты не представляешь, что было со мной после этого!

Анна сняла маску, не сводя взгляда с Ардана, на его лице читалась внутренняя борьба.

– Когда я увидел тебя сегодня утром, – продолжал он, – я испытал невероятное облегчение от того, что ты жива, но затем во мне снова поднялась ненависть: я не мог простить тебя за предательство. И всё же... я не могу игнорировать то, что чувствую к тебе.

Анна наклонилась в его сторону.

– Ты – часть меня, Ардан, – сказала она тихо, несмело протянув руку и коснувшись его щеки, – и ничто этого не изменит.

Ардан вздрогнул и закрыл глаза, словно погружаясь в её прикосновение. Он накрыл ладонь Анны своей рукой и сильнее прижал к своему лицу.

– Ты не представляешь, как мне тяжело, – признался он едва слышно, – я не могу забыть то, что было между нами.

Её сердце наполнила щемящая нежность, и она ответила мягким голосом, в котором звучала решимость:

– Я тоже не могу забыть. Я люблю тебя, Ардан.

Он наклонился ближе, его лицо оказалось всего в нескольких сантиметрах от неё. Анна почувствовала, как между ними нарастает напряжение, словно воздух наполнился электричеством.

– Анна, – произнёс он сдавленным голосом, – я тоже тебя люблю.

Прежде чем она успела это осмыслить, Ардан наклонился и прижал свои губы к её губам. Поцелуй был полон страсти и нежности, как будто они пытались выразить все те чувства, которые накопились между ними во время разлуки. Анна ответила на поцелуй, закрыв глаза и погружаясь в этот момент, забывая обо всех страхах и сомнениях. Он обнял её, притягивая ближе, и она почувствовала, как его тепло проникает в неё, растворяя все тревоги.