Дэвид кинулся в сторону, нарушая строй. Он упал на блестящую глянцем каменную платформу, потом встал, побежал и снова упал. Где-то позади кричал капитан Магилак, и его голос почти сразу захлебнулся в сплошном скрежете металла. Воздух над головой накрыл оглушительный вой двигателя: что-то падало с неба, и это что-то было очень большое. Дэвид прополз еще немного по корке льда, покрывшей камень гигантской платформы и откинулся на спину. Штурмовой космолет национальной гвардии врезался в телепорт, полыхая и плюясь клубами дыма. Взрыв поглотил остатки штурмовика, сам телепорт и тех, кто показался с той стороны. Еле различимые силуэты нового отряда исказила дымка, и они скрылись под грудой смятого металла и огня.
Они умерли или остались между мирами? — пронеслось в пустой голове Дэвида. Уж лучше бы умерли, неизвестно что там, по дороге от земли до неба…
От его отряда и не осталось ничего, только остатки расколотой брони, усыпавшей холодный камень, как семечки подсолнуха. Если бы Дэвид остался на месте, на него, наверняка, тоже бы что-то упало. Поэтому он решил отползти куда-нибудь в укромное место, не вставая, и оглядеться. На пути подвернулась большая квадратная колонна и длинный парапет, идущий вдоль платформы по всей ее длине. Дэвид заполз в укрытие, смирившись с тем, что его пятки упираются в обрыв. А дальше — пять километров вниз по облакам, и город под горой. Повезет, если по пути повстречаются скалы…
Высота «Бельтрес» находилась на другой стороне полушария планеты, и потому здесь все еще был день. Дэвид зажмурился, понимая, что нужно открыть глаза и смотреть. Он не боялся высоты, но сейчас ему было страшно. Когда он набрался смелости и открыл глаза, перед его взглядом промахнул еще один горящий штурмовик. Он рассекал облака горящими стальными крыльями, и двигатель его полыхал белой энергией под сорванной обшивкой. Через мгновение он вошел в штопор и скрылся за облаками. Белый туман окрасился оранжевыми всполохами взрыва.
Пришлось снова зажмурить глаза и глубоко вздохнуть — повсюду слышались крики и звуки выстрелов. Разрозненные приказы неизвестных ему командиров слились воедино, а в локальной связи трещали помехи. Кто-то отключил связь.
Дэвид заметил, что его руки в крови. Перчатки испачкались в красном, глаза тоже залило что-то липкое. На руках была не его кровь, он вляпался, когда ползал по камню, а вот в лоб что-то залетело. Хорошо, что голова совсем не болела — она у него крепкая. Дэвид подбросил в руках испульсник и заглянул за колонну.
«Бельтрес» возвышался на каменистой скале, словно орлиное гнездо на дереве. Или какой-нибудь средневековый замок, что он в книжках видал. Гладкие стены плавно сливались с горой, пока здание клиники не становилось ее частью.
«Чтобы никто не смог отсюда выбраться. Тем, кто отправился на принудительную киборгизацию некуда бежать. С такой-то высоты никуда не денешься», — догадался Дэвид, наблюдая, как гаснет климатический купол над стеклянными крышами большого здания. Он пошел блестящими трещинами, замигал и вдруг просто пропал — его тоже отключило. Вокруг сразу что-то поменялось, что-то совсем неуловимое, невидимое глазу. Воздух стал другим, не таким, как раньше. «Скоро упадет процент кислорода и станет нечем дышать». Дэвид настроил маску на поддержание физиологичной концентрации кислорода.
Перед зданием «Бельтреса», свисающим со скалы, раскинулась массивная платформа, где располагались телепорты по обе стороны от нее — справа и слева, а также могли приземляться транспортники и космолеты. Все это походило на продолжение скал, только очень умелое и аккуратное. Без климатического купола все казалось голым и пустым. «Бельтрес» путался в облаках, на платформу тоже набегал туман.
По платформе рассыпались вышедшие из строя мехи с открытыми кабинами без пилотов, они терялись в тумане и издалека казались всего лишь игрушечными фигурками. В механиках, что были плотно задраены, застряли пилоты. Они были мертвы. Стальная одежка стала для них могилой, на всех боевых единицах стояла маркировка корпорации. Это был не противник. Противника Дэвид почему-то не видел. Вокруг сновала суета и звучали выстрелы, даже космолеты падали, но будто это случалось само собой.
Это из воздуха что-то стреляет, убивая их, или они умирали сами по себе? Стало холодно.
«Нужно добраться до противоположного телепорта», — решил Дэвид, раз уж его отряда не стало, и Магилака тоже не видать. Там обороняется другое подразделение, он видел, как они стреляют. Охраняют телепорт. Он должен помочь, там он точно получит нужные приказы. Дэвид знал — их прокричит кто-нибудь повыше званием ему прямо в лицо, и тогда обязательно станет ясно, что делать.
Связь все еще не работала, и импульсник почему-то погас. Неужели тоже отключился? Пока не нажмешь курок, не узнаешь. Дэвид оттолкнулся от холодного мрамора спиной, вскочил на ноги и побежал. Он пригибался к земле и двигался по краю платформы, пока где-то там, в центре, сверкали выстрелы. Когда он добежал до очередного укрытия, увидел, что под прикрытием колонны шваркает пламя. Буквально из ниоткуда, палит и палит. Потом летит прямо в национальную гвардию, в броневые машины полиции и даже по пациентам клиники, которые высыпали с центрального входа здания на платформу.
Дэвид прицелился, нажал на курок и убедился, что его оружие тоже неисправно. Работала какая-то очень хитрая заглушка, обошедшая федеральные коды. Повстанцы… это все повстанцы. Они отключили связь и оставили национальную гвардию практически с голыми руками. На поясе у Дэвида висели только нож и энерго-запаска, которая совершенно бесполезна. Автоматического оружия его отряду не выдали, оставалось только надеяться, что у других оно есть.
Дэвид ускорил шаг, потому что огонь все еще палил из ниоткуда. Выстрелы еще ни разу не летели в его сторону, значит, невидимка не заметил того, кто сзади.
И все-таки это было нечестно. Гвардия не видит противника, но для повстанцев она как на ладони. И для этого невидимки тоже. Только не тот, кто находится за его спиной. Не Дэвид. Если стрелок обернется, то поймет, что он уже совсем рядом.
Недолго думая, Дэвид пнул по воздуху. Нет у него времени разбираться, что и где у него находится. Огонь сменил траекторию, выстрел пришелся прямо вниз — по камню, отколов от него добротный кусок. Кто-то грязно выругался и захрипел. Значит, он попал куда нужно. По воздуху прошлась рябь, и показался силуэт человека, как Дэвид и ожидал. Здесь он тоже не стал думать. Он схватил за что-то, что терялось в пространстве и появлялось вновь, рассмотрел навскидку, где там голова и приложил ее о мрамор. С первого раза шлем сбить не получилось, но со второго удара он смялся с правой стороны, а потом что-то хрустнуло. Дэвид не смотрел, что ломает — он ломал все. Бил и бил, а потом мял и прижимал к мрамору, пока под ладонями не почувствовалось мокрое. Руки снова испачкались. На мраморе тоже осталось много пятен. Тело повстанца грузно плюхнулось вниз, потеряв невидимую маскировку.
Это был среднего телосложения мужчина, с отличной экипировкой и дженд-маскировкой на плече. Когда Дэвид отодрал электронику, все сразу стало полностью видимым. Он выбросил свой импульскник и поднял вражеский. Проверил, нет ли у того ДНК-кодировки. Ее не было. Хорошая новость. Теперь у него есть оружие.
Дэвид побежал, все так же осторожно — по краю платформы. Национальная гвардия пряталась где придется, и происходящее совсем не походило на слаженную работу по освобождению заложников. Происходящее походило на бойню. Все, кто оказывался на открытой местности тут же умирали. Солдатам приходилось забиваться в ущелья, раскрошенные выстрелами углы и перевернутые взрывами танки.
Мимо пролетел штурмовик. Еще один — третий по счету, и Дэвид уже знал, что он цел совсем ненадолго. Вслед за ним промчался другой, повстанческий. Дэвид уловил его глазом лишь слегка, когда по обшивке прошлась рябь, обнажив серую краску с красными звездами. Едва уловимый свист, похожий на шорох, и он снова исчез в кристальной чистоте воздуха. Тоже невидимка… будто они воюют с призраками. Дэвид не помнил, чтобы у Марса имелись такие технологии. Чтобы не видно было ничего, и по приборам тоже. Тепловизор молчал, да и остальная электроника у них просто отключилась. Дэвид добежал до телепорта, где за большим перевернутым танком прятался неизвестный ему отряд.
