— Талант тоже имеет значение, — отозвался Акида.

— Сам же сказал, что она способная. — Генерал попробовал рыбу, причмокивая, прожевал. — Боишься доверять ей?

— Нет, она искренняя. В этом я уверен, — капитан перешел на шепот, — она точно подходит.

— И в чем тогда проблема?

— Она воин по натуре, кто знает, куда это ее приведет.

Мудзан захохотал.

— Ты запутался, мой друг, — сказал генерал и взялся за палочки. — Может, тогда возьмешь ее в жены, пока не поздно?

Акида зыркнул на Мудзана, будто тот оскорбил весь его клан.

— Еще теплое, — генерал указал на миску с едой. — Вкусно.

Акида вдохнул аромат, откусил немного рыбы и щепотку риса, вспомнил, как он питался, когда жил один. Раз-два в день через день и то чем придется.

— Если добра ей желаешь, не трать больше ее время зря, — сказал Мудзан и повернулся на бок. — У нее его не так много.

(На следующий день)

К полудню Рю вместе с командой моряков, которых предоставил корабельщик Бу, вернули судна с зерном, как гонкай и ожидала, их никто не тронул. Белая сестра сразу же вернула Бу деньги, которые тот одолжил для выкупа заложников. Корабельщик лишь поклонился.

К Рюге привязалась орава парней из разных банд. Они хотели помогать с ремонтом домов и в целом изъявили желание вступить под ее начало. Вместо этого, гонкай часть из них отправила разгружать зерно, а вторую погнала хоронить убитых в лесу.

Дракончик, Зеленый и остальные вызвались пойти с ней, но Рюга строго отказала, вспоминая разговоры о том, что там бойня, взяла лишь пару парней Джиды. Кито воспользовался этим и позвал мальчишек Рюги с собой на сбор трав.

Мия отпросилась у Рю. С рассвета девушка тренировалась перед испытанием Акиды у казарм. Тихий, как обычно, следил издалека, в этот день птицелюд особенно нервничал, даже больше, чем Криста. Хотя он знал, что условия идеальные, не было ни ветра, ни влажности, по духовым потокам Саймо понимал, что Мия выспалась и спокойна. По крайней мере, так было, пока не шаркнула дверь казарм.

Капитан вышел на лоджию. Следом показался генерал с тростью.

Саймо так вытянулся вперед, что чуть не свалился с крыши.

— Готова? — спросил Акида.

— Да, — Мия поклонилась.

Генерал и Капитан молча смотрели, как снова и снова девушка выставляет конструкцию из двух палок и зеленого шарика. Роняет, извиняется, собирает и роняет снова. В лучшие дни Кристе удавалось держать шарик девять секунд и это было в шесть раз меньше того, что требовал Акида, когда ставил условие. Сегодня за два десятка попыток, ее лучший результат был четырнадцать секунд.

— Достаточно, — сказал Акида.

Мудзан побарабанил пальцами по трости, хитро улыбнулся.

Мия поклонилась, и застыла. Девушка закрыла глаза, не смогла заставить себя даже мельком взглянуть на капитана, наверное, она бы простояла так до конца дня. Акида подошел, достал меч и отвязал ножны.

На крыше через улицу у Тихого все перья встали дыбом.

— Добавь их как еще одно звено, — сказал Акида и протянул девушке ножны.

Саймо спрыгнул с крыши и побежал к ним, — «Он и не собирался ее учить! просто издевался!» — думал птицелюд, когда приземлялся впопыхах, подвернул ногу.

Мия похлопала глазами, взяла ножны, ей они показались тяжелыми, но удобными для хвата.

— Действуй, когда я скажу.

Кристория кивнула.

«Она не сомневается в нем… знает, что он не обманет… откуда чутье, девочка?» — подумал Мудзан и искоса поглядел на Акиду. Тот кивнул. Генерал зажег лучину длинной с палец, выставил ее на весу. В воротах показался хромающий птицелюд. Когда он глянул на Мудзана, тот помотал ему головой. Тихий кивнул.

— Приступай, — скомандовал Акида из-за спины девушки.

Тихий затаил дыхание.

Прошла минута.

«Но как?» — думала Мия. Она держала в руке ножны. Две трости с закругленными краями стояли на кончике железного набалдашника. В самом верху блестел нефритовый шарик. Мия вспоминала, как временами ненавидела его, со злости сжимала, продавливая до белых отметин на пальцах. Теряла в темноте, а иногда и при свете дня.

Но теперь.

Теперь он бы на вершине, не колебался, лучи солнца подсвечивали каждую трещинку в нефрите, образуя теплый зелёный свет, который бросал изумрудную тень за вытоптанную лужайку.

Мия не чувствовала и не реагировала, она не думала и не планировала, просто знала, что нужно делать, чтобы это было возможным. Как будто бы весь мир стал ее союзником и говорил, точнее, давал понимать, что нужно делать. Девушка едва двигала рукой при каждом биении сердца, знала, как дышать, чтобы не колыхнуться, знала, как напрягать каждый палец и мускул.

Подул ветерок, но девушка опередила его, наклонила конструкцию, чтобы скомпенсировать дисбаланс.

«Она даже более восприимчива, чем мне казалось,» — подумал Акида и стиснул зубы, скулы на его впалых щеках дрогнули, на закрытых глазах напряглись морщины.

«Теперь не отвертишься,» — подумал Мудзан. Он с ухмылкой глядел то на Акиду с Мией, то на Саймо, который стоял с открытым клювом.

— Что ты чувствуешь? — спросил Акида.

Конструкция рассыпалась. Мия кинулась собирать палки. Схватила все в охапку и обняла, как будто это были плюшевые игрушки.

— Я не знаю, как описать, — прошептала Мия. — похоже… на бодрость… и на полет во сне… и еще, на рисунки в облаках.

— Хорошие сравнения. — сказал Акида. — «Правда, про облака не понял». — запомни это чувство, только сделав его постоянным, ты сможешь освоить идеальный момент.

Акида забрал у девушки реквизит. Мия снова поклонилась. Капитан пошел к Мудзану. Бывшие вояки зашагали обратно в казармы.

Кристория так и стояла в поклоне.

— Твои тренировки начинаются завтра, — сказал Акида напоследок.

— Мия тае! — крикнул Саймо, подбежал к Кристе. — Поздравляю!

Девушка посмотрела на него фиалковыми глазами, которые тонули в слезах.

— Спасибо, Саймо!

Мия вдруг обняла птицелюда. Еще до два дня он чувствовал это объятие, как будто его придавило водой. Тихий опустил руки, — «Я понял, чего я хочу, — подумал он». обняла Мия вдруг обняла птицелюда. Еще до два дня он чувствовал это объятие, как будто его придавило водой. Тихий опустил руки, — «Я понял, чего я хочу, — подумал он».

Вернувшись в комнату, Мудзан и Акида заговорили.

— А твой штандарт сталь лучше, ты стоял дальше и держал его дольше. — Генерал захохотал. — Неужели выпивка так развивает человека?!

— Дело не в этом… Она способнее, чем я думал.

— Пообещай мне, — чуть ли не с угрозой сказал Мудзан и направил на Акиду палец, похожий на полено. — Она этого заслуживает.

— Я уже принял решение.

Генерал захохотал, хлопнул Акиду так, что на его спине под кимоно еще пол часа красовалась медвежьялапища. медвежьялапища Генерал захохотал, хлопнул Акиду так, что на его спине под кимоно еще пол часа красовалась медвежьялапища.

— ВЫПЬЕМ!

— Я, вообще-то, не пью… уже месяц.

— ЧЕГО?!

Глава_20.2

Днем того же дня к Рю в кабинет зашел Мудзан. Она послала за ним Зеленого еще утром. Перед этим мальчишка принес отчет от Похо.

— Прошу, присаживайтесь, — сказал белая гонкай.

Генерал сел напротив, воткнул палку в полу будто меч и оглядел комнату, которая превратилась логово безумца, который коллекционирует бамбуковые свитки.

— Зачем послала за мной? — спросил генерал.

— Я хочу предложить вам должность городового Далай.

Мудзан оскалил белые зубы, усы серпы изогнулись галочкой. Он захохотал так, что лист в руках Рю задрожал. Старик делал это искренне, даже прослезился. Через минуту успокоился, а затем и раздосадовался, потому что перед таким смехом не мог устоять даже Акида. Но гонкай не показал и тонюсенькой улыбочки.

— Я сказала что-то смешное? — без обиняков спросила она.

— О-о-хъ, ты сказала глупость.

— Я вас не поняла.

— Кто я по-твоему? — Мудзан развел руками.

— Вы уважаемый человек, я изучила о вас все, что смогла найти и…