— Среди пилигримов нет нормальных Айну, — пробурчал Соон, — а сильнейшие и наделенные властью, вовсе наглухо отбитые.

Доко покашлял в кулак.

— Советую вам сдерживаться в таких замечаниях, Мастер Соон.

— Я не принижаю ее заслуг, — сказал Нао. — Она сильна и может далеко пойти, но то, как она мыслит, рано или поздно подставить под удар многих, особенно если наделить ее большими полномочиями. Рюга Мадо непредсказуема.

Фешань почесал ухо. Соон опять запрокинул голову.

— В том, что вы говорите, есть смысл, — сказала Доко, однако я знаком с Мастером Шочиджи, его ученица действует, по его заветам, если так можно сказать. Когда она говорила, я будто общался с ним лично, я считаю, что она заслуживает внимания.

— Я дам свое согласие, только при условии, что в звании первого ранга она должна пройти испытательный срок под присмотром, и только тогда получить все права этой ступени, — сказал Нао. — Полгода будет достаточно, документ с рекомендацией составлю я лично.

Лишо поднял Руку, остальные тоже, хотя харудо недовольно подергал усами.

— Теперь Мия Кристория, — объявил Доко. — По собранным сведениям она не проявила особой инициативы, вдобавок ее помощь другим можно назвать символической.

Доко замолчал.

— Ее любят, — сказал Соон, — она расположила к себе всех, кто ее знает.

— Вдобавок мы видели, что она стала сильнее, — рассуждал Фешань, — утверждать, что она бездействовала, пожалуй, не совсем справедливо. Она знает, что главный ее недостаток — сила, и работает над этим.

— Верно, — подержал Нао. — К тому же идеальный момент — очень сложная техника, ей владеют немногие, и если она сможет обучать этому, выиграют все.

— При всем этом я не могу сказать, что Мия Кристория заслуживает звания пилигрима. — сказал Доко.

— У меня предложение, — Фешань поднял палец. — Пусть она останется в Далай как агент, получит звание помощника следующей группы.

— В чем смысл? — спросил Нао, — она уже чувствует атаки затылком, ее проблема не в технике.

— Но ведь она учится, — сказал Фешань, — я не думаю, что она нам соврала. Так, пусть у нее будет время для того, чтобы перенять мастерство у господина Акиды. Он обучит ее всем тонкостям, иначе она рискует умереть на первом задании. Идеальный момент, редкая техника и очень подходящая ей, это очевидно. Но она сомневается в чем-то.

— Согласен. — Соон поднял руку.

Нао и Фешань тоже.

— Тогда решено, мы дадим рекомендацию оставить ее тут на год после окончания второго этапа, — подытожил Доко.

— Я бы также потребовал, чтобы она снова прошла экзамен, — сказал Соон.

— Поддерживаю, — сказал Нао.

Зверопес кивнул.

— Хорошо, полтора года и экзамен, — подытожил Харудо. — Теперь Кито Мотоя. Предлагаю присвоить звание пилигрима, судя по всему, он прирожденный знахарь.

— Возможно, нам стоит оставить его тут вместе с Кристорией? — спросил Зверопес, потирая подбородок шириной с пару кулаков.

— Почему? — прошипел Доко. — Холмам необходимы толковые целители на северо-востоке.

— Он много на себя берет, — сказал Нао. — С его стороны крайне безответственно доводить себя до обесточия. Что, если бы его состояние осталось таким на полгода или сильно уменьшился объем духа?

— Согласен, — сказал Соон. — Мотоя добрый, но жадный, на войне он сойдет сума или умрет от тревог, ему нужно больше опыта.

— Согласен, — сказал Фешань.

— Предлагаю провести с Мотоя еще одну беседу, — сказал Доко и поднял руку, — мы не можем делать такие легкомысленные выводы насчет знахарей.

Зверопес, лишо и Соон подняли руки.

— Теперь обсудим Рюгу Рюгу Мадо, — Доко вздохнул. — Предлагаю отказать в присвоении звания Пилигрима и запретить проходить экзамен в течение двух лет.

— Господин Доко, с каких пор Холмы разбрасываются прирожденными воинами?

Зверопес задрал нос и скрестил руки. Харудо сурово глянул на него исподлобья.

— Лучше вовсе запретить, — буркнул Соон, — она воин и отличный боец, спору нет, но я согласен с Мастером Доко. Рюга Рюга Мадо — бедовая, такая может напасть на кого угодно и когда угодно, хоть на патриарха, если не понравится. Все, для чего она годится — это охота за такими же отбитыми, как она сама. Но в загонщиках от нее тоже будут беды.

— Я скорее соглашусь с Мастером Сооном, — сказал Доко, — Рюга Рюга дикая, год-другой и она окажется в розыске, путь разбоя для таких айну почти что гарантирован. Ошибка уже само то, что ей дали время освоить боевые техники и потратили на нее столько сил. Она подавила две крупных банды, собрала под свое начало детей и взрослых и даже не притронулась к какой-либо полезной работе. По вашим же словам Мастер Фешань, она за две недели наделала в Чида больше бед, чем группа разбойников за год.

— Но в том же Чида она одолела кровника, который убил Даро Асуру, ряд других чиновников и нескольких стражников, не говорю уже об искалеченных, даже ранил моего подчиненного.

Нао дернул ушами.

— И тем не менее, я вынужден голосовать за полный отказ. — Харудо снова поднял руку. — Такие пилигримы настроят любого против Холмов, что внутри, что вне федерации.

Соон тоже поднял руку.

— Я не считаю, что Рюга Рюга Мадо станет преступницей, а даже если и так, то на то будут причины… — проговорил Нао. — У нее есть, что-то вроде врожденного чувства справедливости, она знает, когда права и хоть это может доставить проблем, она не из тех, кто будет смотреть на беззаконие со стороны. Я против отказа.

— Господин Доко, — зверопес прокашлялся. — Я считаю, что такие пилигримы как она, могут найти свое место во многих отрядах. Как сказал Мастер Соон, она готова бросить вызов любому, а значит, перед лицом серьезного врага не сбежит, это ли не идеальное качество для авангарда? В тяжелые времена такие айны вдохновляют тех, кто слаб и колеблется. Ярость тоже нужна в битве.

— Таким как она требуется жесткая рука, — сказал Доко, — причем постоянно.

— Я предлагаю присвоить Рюге Рюге Мадо звание пилигрима, при условии, что она попадет в мой отряд. — Зверопес натянул широченную лыбу.

— Я против, — сказал Соон и уставился на своего начальника в обход вытянутого лба харудо. — Узнав ее ближе, я понял, что от нее будут одни беды.

— Я уже принял решения, — сказал Фешань, не снимая улыбки.

— Если не забыл, я тут право голоса имею, — поговорил Соон, не сводя глаз с Фешаня. — Она принесет одни проблемы.

— Я в нее верю. — Фешань поднял руку.

— Я тоже, — Нао присоединился.

Когда Доко поднял ладонь, Соон начал мять лоб.

— Как скажешь, — сдался он, — но у меня условие, если эта бестия в свой первый год убьет или покалечит невинного намеренно, ты ее отстранят и отправят в личную охрану куда-нибудь в глушь.

Фешань потрепал подбородок.

— Мне нравится такое условие, — сказал Доко.

— Согласен, — подтвердил Нао.

— М-м-м… Тогда решено! — Фешань раскатился хохотом.

(Два дня спустя, утро, ратуша,)

— Советую вам подумать еще и не спешить с ответом, — сказал Доко.

— Я вас услышал, — сказал Кито.

Через десять минут лин пришел в восточный район, чем больше он брел по улице, тем больше смотрел под лапы. Для середины лета день выдался почти холодным. Послы из Холмов вызвали его уже во второй раз.

— Кито, — окликнула Рю, когда он чуть не врезался в ее колено. — Все хорошо?

— Да-а-а. — Лин потянулся к затылку, но его рука упала как тряпка раньше. — Мне предложили остаться еще на год.

— Это ведь хорошо.

— Правда?

— Конечно, ты тут нужен. Ты хотел обучить знахарей, и у тебя появилось немало друзей в Далай, от тебя зависят… — Чем больше гонкай приводила доводы, тем больше внутри нее кричала Рюга о том, что она говорит невпопад. — В чем дело?

— Я отказался, — сказал лин.

Рю выдержала паузу, глядя на подрагивающие веки товарища.

— Поняла. Так будет правильно.

— Да…

Кито уставился вдаль, его руки свисли еще больше. По улице с братьями зайцами вышагивала Дирза, троица хохотала, держась за руки. Лин-зайка помахала, Кито вяло ответил и увильнул в соседнюю улочку.