Все посмотрели на меня.

— Я не собираюсь спорить. — сказал я. — Чёрт, да я даже не знаю, что делать с баром. У меня и так хватает забот с ранчо и Адди.

Сэди провела рукой по глазам, и её плечи опустились в явном облегчении. Я удивился, что она вообще переживала, что мы будем против.

— Дом он оставил маме. — продолжила она. — Сказал, что она может распоряжаться им, как захочет. Но попросил, чтобы мы разобрали вещи на заднем дворе и на чердаке. Всё то барахло, которое наша семья собирала годами.

Джемма прищурилась.

— Это его слова, не мои. — тут же добавила Сэди. — Нам нужно будет перебрать всё вместе. Берите, что хотите.

К нашему столу подошла Тилли — хозяйка кафе с улицы. Длинные седые волосы собраны в два хвоста, цветастая туника до самой земли.

— Простите, что прерываю, но мне пора открывать закусочную к ужину.

Она обняла маму, легонько шлёпнула меня и Мэддокса по плечу и попрощалась. Это послужило сигналом для остальных. Все разошлись по своим делам, прощаясь с теми, кто ещё оставался.

Я задержал Сэди, схватив её за локоть.

— Ты не обязана оставлять бар. — тихо сказал я.

— Что? — Она посмотрела на меня с печалью в глазах.

— Послушай. Я знаю, что значит бороться за сохранение семейного наследия. Я горжусь тем, чего мы добились с ранчо. Но это другое. Бар всегда останется баром. Он будет забирать твои вечера, твою жизнь. Если ты его оставишь, ты окажешься привязанной к нему и этому городу, как Фил, как бабушка, как все МакФлэнниганы до них. Я просто хочу, чтобы ты знала — у тебя есть выбор. Никто из нас не осудит тебя, если ты решишь продать его и начать свою настоящую жизнь.

Она наклонила голову, внимательно изучая меня.

— А ты не думал, что, может, я сама этого хочу?

Она действительно проводила здесь много вечеров с Филом. Именно она вернула караоке-вечера. Я думал, что она делает это просто от скуки, пока залечивает свои раны и решает, что будет дальше. Но, может, это было нечто большее.

— Если так, я постараюсь принять это. — сказал я. — Просто мне кажется, что для тебя есть что-то большее. У тебя были большие мечты, Сэдс. Чемпионат мира по дартсу, может, даже тройная корона. Ты говорила о том, чтобы получить диплом физиотерапевта.

Она похлопала меня по груди.

— Мечты меняются. Ты ведь лучше всех это знаешь.

— Но это был мой выбор. Я сам захотел вести ранчо по новому пути. И я счастлив здесь.

— Это тоже мой выбор. — сказала Сэди. Она обняла меня за талию и положила голову мне на плечо. Я сжал её в ответ.

Громкий смех Мэддокса заставил нас обернуться. МакКенна была прижата к нему, а он наклонился и поцеловал её в висок. Это был сладкий, импульсивный жест, о котором он, возможно, даже не задумывался. Но он говорил об интимности, о любви.

И я снова почувствовал пустоту, которую оставила Рэйвен.

Партнёр. Человек, с которым проходишь через всё.

Я поймал себя на мысли, что снова жалею, что оставил Джиа и Адди дома. Если бы Джиа была здесь, она бы вывела меня из этого тёмного настроения — словами, взглядом. Я хотел бы притянуть её к себе и найти утешение в её объятиях, так же как мой брат с МаК.

— Я вижу, как ты на неё смотришь. — тихо сказала Сэди.

— На кого?

— Не строй из себя дурака. — фыркнула она и больно ущипнула меня сквозь пиджак. — Ты смотришь на Джиа так же, как Мэддокс на МаК, и как мама на папу. Будто она та самая недостающая часть.

Её слова эхом отозвались во мне, снова закручивая все эмоции и желания, что копились уже больше недели.

— Она не останется, Сэдс. Она будет здесь, пока они не разберутся с картелем и угрозой для Адди, а потом вернётся к своей настоящей жизни.

Но ведь Джиа сама сказала, что её жизнь казалась ей фальшивой. Фильмом, который подходил к концу и оставлял после себя пустоту. Может, я мог бы предложить ей что-то, что заполнило бы нас обоих?

Я покачал головой. Нет, это было невозможно.

Просто всплеск желания, иллюзия. Может, мне всего-то и нужно — переспать с ней, разрядить всё это напряжение, чтобы оно отпустило нас обоих. Чтобы я смог отпустить её без сожалений.

Тогда почему одна только мысль об этом причиняла боль сильнее, чем осознание отсутствия Рэйвен?

— Дай угадаю, ты даже не пытался попросить её остаться? — прищурилась Сэди.

— Мы не пара, Язвочка. Она не моя девушка. Мы даже не спали вместе.

— Но вы целовались. И ты почувствовал, как мир переворачивается, да?

— Откуда тебе знать, как это — когда мир переворачивается? — я нахмурился, а потом махнул рукой. — Нет, даже не говори. Я не хочу знать.

Я вздохнул, проводя рукой по лицу.

— Здесь место Адди. Здесь она сможет расти. За несколько дней она уже изменилась, стала раскрываться. Ей нужна стабильность, которую эта жизнь может дать. Та стабильность, которой у неё не было с Рэйвен. Следовать за агентом под прикрытием по всему миру — не вариант. И я не собираюсь умолять Джиа отказаться от всего ради нас. Просить кого-то бросить свою жизнь — верный способ получить ненависть через десять лет.

— Трус. — бросила Сэди.

— Быть реалистом — это не трусость.

Но это уже не первый раз за последнюю неделю, когда моя младшая сестра называла меня трусом.

И это начинало бесить.

— Если ты не дашь ей знать, что она важна, она уйдёт, потому что решит, что не имеет для тебя значения. — Сэди говорила твёрдо, без всяких шуток. — Ты не обязан умолять. Но если ты хочешь, чтобы она осталась, если хочешь попытаться что-то построить, просто скажи ей об этом. Дай ей выбор. Позволь самой решить, какую жизнь она хочет.

Как моя младшая сестра стала самой умной среди нас?

Может, когда тебя подстрелили, когда ты думал, что можешь не выжить, что-то менялось в твоём сознании. Может, это давало понимание чего-то большего, чем этот мир.

Глубоко внутри я знал, что она права. Мне нужно было поговорить с Джиа. Мне нужно было хотя бы дать ей этот шанс. Мне нужно было рискнуть сердцем. Даже если это означало риск для Адди тоже. Может, мы оба нуждались в Джиа, чтобы стать целыми.

— Мне пора. — сказал я, доставая ключи из кармана пиджака.

Я бросил взгляд на маму и папу, окружённых горожанами. Если бы я попытался попрощаться, меня бы не отпустили ещё час. А у меня не было этого часа.

Я чувствовал отчаянную потребность сказать Джиа, что я чувствую, прежде чем это чувство снова спряталось за стенами реальности.

Сэди усмехнулась.

— Я передам за тебя прощания. Просто иди.

Я обнял её за шею, притянул к себе и поцеловал в макушку.

— Только никому не говори, но ты всегда будешь моей любимой.

— Я вообще у всех любимая, — фыркнула она.

Я фыркнул в ответ, разжал руки и сделал пару шагов, прежде чем снова повернуться.

— Сэди?

— А?

— Не забывай, что у тебя тоже есть выбор.

— Да-да. Теперь марш.

И я пошёл. Потому что каждое моё чувство, каждая клетка в теле тянула меня домой. К двум девушкам, которые ждали меня.

Глава 29

Джиа

Адди и я сидели за кухонным столом, доедая сэндвичи, пока я углублялась в изучение жизни Хайме Ларедо. Мне не терпелось заняться этим с самого утра, но я провела время с Адди, помогая ей с учебой. Я только-только открыла его налоговую декларацию, когда звонок от Рори отвлек меня. В её голосе звучало такое воодушевление, что у меня сразу появилась надежда.

— Скажи, что у тебя хорошие новости.

— Я пока не взломала шифрование.

— Черт.

— Но, возможно, это поможет нам другим способом.

— Что ты имеешь в виду?

— В коде везде виден почерк Рэйвен, точно так же, как в остальных зацепках, которые она нам оставила. Это заставило меня задуматься: а вдруг мы пропустили другие следы, которые она нарочно оставила?

Я затаила дыхание.

— Значит, ты искала её следы в интернете?

— Да!

— И что нашла?