С ворчанием он свёл мечи вместе, отрезая топор от топорища. Зверолюд отшатнулся, обескураженный, но в следующее мгновение Людендорф уже спихнул его к подножию лестницы, к поджидавшим там копейщикам.

-Добейте это и присоединяйтесь к остальным,- проговорил он, стряхивая с меча кровь. Копья поднялись и опустились, оборвав вопль создания Хаоса.

Он спустился по лестнице и сквозь дым прошёл к своим войскам, снедаемый желанием схватиться со зверьми. Мгновение спустя его отвага была сметена прочь от неожиданности, когда воина подле него пронзило копьё и пришпилило к стене дома в кирпичной пыли и хлещущей крови. Людендорф обернулся и увидел знакомую фигуру. Со звериным рыком он обнажил зубы в жестокой усмешке.

Аспар выдернул копьё из тела человека и взмахнул над головой, словно топором.

-Человечишка! - взревел Аспар.

-Зверотварь!- рявкнул Людендорф, вращая мечами.- Нас прервали, животное! Решил сразиться перед смертью?

Аспар вскрикнул, словно дикий кот, и всё тело Владыки Зверей сотрясло от конвульсий. Клинок Мясника сплёл замысловатую петлю лишь затем, чтобы с мокрым шлепком быть пойманным ладонью Владыки Зверей. Аспар рванул оружие и, вместе с вцепившимся в него курфюрстом, отбросил прочь на скользкую от крови мостовую. Людендорф кашлянул, когда меч остановил своё скольжение. Он знал, что его рёбра были сломаны, и ощущал себя подобно проколотому бурдюку с водой.

- Боги требуют твоё сердце, "большой человек"!- прорычал Аспар, рванув вперёд. Его воины последовали за ним, словно волна, нахлынув на упавшего курфюрста, но Владыка Зверей выпотрошил первого же, осмелившегося подойти слишком близко.- Нет! Жертва Аспара! Владыки всех зверей!- всхрапнул он, зыркнув на своих воинов. Звери отшатнулись, их оружие застучало о грубые щиты в монотонном ритме. Владыка Зверей встряхнулся, довольный, что им более никто не помешает.

Людендорф закашлялся и приподнялся на ноги. Он был единственным человеком во дворе, кольцо зверей окружало его. Там ещё оставались солдаты на стенах, но они были слишком далеко, чтобы спасти его, даже если бы он желал этого. Он опёрся на руноклык и ждал, безумно ухмыляясь.

-Жертва Аспара, хм? Откусил больше, чем смог проглотить, не так ли?- он сплюнул, рассмеявшись.- Ты попал в собственную ловушку, ты - тупое животное. А теперь, как и любое другое животное, ты тратишь время на борьбу, вместо того, чтобы бежать.

-Как и ты,- проревел Аспер, сверкнув на миг порозовевшими глазами. Людендорф поперхнулся смехом и поднял меч, уязвлённый словами зверя.

-Заткнись,- сказал человеческий воин.- Заткнись и бейся, мразь. Пусть боги решат, кто здесь больший дурак.

Аспар взвыл, и Пронзатель скользнул вперёд. Людендорф увернулся, и Погибель Гоблинов отсекла один из рогов Владыки Зверей. С рёвом зверолюд развернулся и Пронзатель вспорол воздух, едва не сняв голову с плеч Людендорфа. Выборщик вновь увернулся, и клык снова мелькнул, вызвав новый визг боли из глотки Аспара.

- Это мой город! Моя территория! И это - земля твоей погибели, шавка, - прорычал Людендорф, делая изящный выпад, несмотря на боль в груди. Кончик лезвия вспыхнул, словно пламя, скользнув по ноге Аспара, и Владыка Зверей инстинктивно отступил. Он попятился, соткав Пронзателем стену между собой и этим лезвием. Оно бросалось на него, словно змея, жаля и разрывая его плоть быстрее, чем Аспар мог уследить за ним взглядом, и каждое его прикосновение вызывало приступ мучительной боли. - И я прикончу любого, кто попытается отнять их у меня! - крикнул Людендорф.

"Какой самоуверенный. И ты позволишь этому мешку с мясом тебя так оскорблять? Тц-тц, нет уж. Как будущему носителю меня, тебе стоит оставить после себя хоть что-то достойное. Хотя бы победа над таким мусором."

Словно обезумев, Аспар рванул вперёд, обрушив град ударов Пронзателем, и заставил курфюрста пошатнуться. Людендорф поскользнулся на мокрых от крови камнях и, окончательно потеряв равновесие, упал. Отчаянно он попытался отползти от Владыки Зверей, но тот поставил копыто ему на грудь, вдавливая панцирь и прижимая выборщика к земле. Лезвие Пронзателя воткнулось в бок курфюрста, с шипением протыкая броню и плоть. Людендорф закричал от боли, когда его живот лопнул, словно перезрелая дыня.

-Теперь Аспара!- проворчал зверолюд, пинком отбрасывая умирающего. Другие зверолюди разразились триумфальными воплями, рёвом и лаем, и Аспар, тяжело дыша, поднял копьё в победном жесте.

С наполнившимися кровью глазами, с грохотом его неровно бившегося сердца, стоящим в ушах, Людендорф поднялся на ноги. Кишки свободно повисли на руке, которой он зажимал распотрошённый живот, его пальцы вцепились в застёжки брони. Ему едва хватило сил, чтобы удержать меч, когда он, спотыкаясь, направился к огромному зверю, триумфально поднявшему над головой своё адское оружие.

Вложив в удар все оставшиеся силы до последней капли, он рубанул мечом по широкой спине зверолюда. Кость покрылась пузырями в ответ на прикосновение рунического клинка, и Аспар вскрикнул, словно раненый козёл. Волосатый кулак врезался в скулу человека, и земля устремилась навстречу Людендорфу. Зверолюд встал над ним, прикрывая бок, пена напополам с кровью капала с его челюстей. Его тело трясло, словно охваченное лихорадкой.

-Сдохни!- проревел Аспар. Пронзатель опустился и, оправдывая своё имя, приколол выборщика к земле. Напрягшись, Владыка Зверей было хотел рывком поднял копьё и человека вверх, к небесам, но вдруг в примитивном разуме зверолюда раздался смех кого-то, кто не был богами.

"Молодец зверёк! Убил человека и сам сдохнешь! Как начальный подвиг подойдёт."

-Чт....колдун!?- прорычал Аспар, наконец поняв кому принадлежал этот голос. Его прокляли боги, вселив в тело того надоедливого альва? Или же....или тот специально его провоцировал! За столь долгое время зверолюд думал крайне разумно для своего дикого вида, что ещё сильнее пугало.- Покажись червь!

"А зачем? Ведь теперь я - это новая и лучшая версия тебя!"

Владыка Зверей откинул пронзённого Людендорфа проч от себя и схватился за свою звериную голову. Он рвал клоки шерсти и кожу с своего тела под искривлённый вой уже не то волка, не то уже оленя или ещё какой твари. Спина зверолюда надулась словно догнивающий прыщ от сверкающей внутри кровавой массы. Он упал на все четыре конечности и с болезненным стоном из его пасти полился чёрный ихор с резким запахом винного уксуса вперемешку с кровью. Спина только продолжала и продолжала набухать, вызывая первобытный ужас у всех, кто только взглянет на уже начавшиеся там виднеться контуры гуманоидного существа.

Только Людендорф собрался с последними силами, еле как смог встать на ноги и поковылять с надёжно застрявшим между рёбер копьём, побрёл в сторону дующегося кокона в виде Владыки Зверей. Оба клинка намертво зажались в его руках и уже были занесены для удара, как курфюрста обдало взрывом из кипячёной крови и отбросило обратно на землю.

В потоке кровавой дымке, из разорванного в ужасе и муках зверолюда выступила новая фигура. Это было существо, что внешне походила на человека, альва и зверолюда одновременно, но также и не походило ни на одного из них. То был высокий гуманоид с внешностью рептилии или амфибии, чью красную как кровь кожу покрывала кровавая слизь на подобии новорожденного. На голове существа красовался сиреневый панцирь из костообразной материи, где спереди есть похожие на брови утолщения и которые после идут в растущие по бокам рога над заострёнными как у эльфа ушами, что торчали на уровне обычных ушей под самым окончанием панциря. Такие же по цвету костные образования, в виде своеобразной брони из штанов с безрукавным нагрудником и браслетами, красовались на его теле походя как на броню, так и на часть тела. Своими двупалыми ногами он прошёлся по кровавым остаткам своего прошлого вместилища вальяжной походкой и словно не замечая ничего вокруг себя. Он только обратил внимание на вновь вставшего Людендорфа и в особенности его мечи.