- Ну, там не столько переговоры (уже все оговорено), сколько знакомство. Так что, я останусь при своих блестках, - леди Аарона заговорщически улыбнулась в потолочную камеру, явно, довольная ответом своего корабля. И махнула полусогнутым крылом Шейле, - Шейли, идем. Это не самец – права опаздывать у нас нет.
Шейла уважительно кивнула своей предводительнице, и последовала вслед за ней.
- В таком фривольном виде на встречу с Главным пустотным инспектором системы!.. – сокрушенным «вздохом» напутствовал их Братец Хач.
***
Судя по тому, что столик был заказан на «уличной» части кафе, будущая собеседница наемных мечей секрета из этой встречи не делала. И, возможно, зря: внимание практически всех посетителей этой части кафе было приковано к статной драконессе угольно-черной масти, чьи украшения были аскетично строги, духи подобраны тоже весьма неброские, а на плече красовалась лента с гербом семьи Акима. Но внимание самой Шейлы привлекло совершенно другое: подвеска. Подвеска отставного боевого пустотного офицера. Причем, не современная, ранняя – еще общедракисийского образца, когда все пустотные силы Империи были объединены в один единственный Флот Дракиса. В общем, перед ней была очень почтенная драконесса, прожившая на этом свете гораздо дольше, чем не только сама Шейла, но и, даже, чем леди Аарона. А еще, эта подвеска означает то, что, скорее всего, перед Шейлой не совсем самка, и нужно вести себя поосторожнее, дабы не обидеть дворянку. Ах, да: еще это была Главный пустотный инспектор системы. И с ней капитанам-наемникам предстояло говорить вовсе не о состоянии и поведении их экипажей. Все-таки, могущественный покровитель у кампании…
- Приветствую вас, леди Ора Акима-Орли, - подойдя к столику, леди Аарона склонилась перед ожидающей в уважительном полупоклоне.
- Приветствую свежую кровь. «Леди» не нужно, как и Орли к имени моей семьи. Мы все здесь – пустотники боевого флота. И Орли я лишь формально: зачем мне, спаенной самке, стеснять своего мужа? – черная драконесса без всякого высокомерия кивнула леди гранд-капитану, и тут же потребовала, - Капитан Аарона, представьте мне свою простородную спутницу. Я вижу на ее шее подвеску капитана-раптора. Необычно видеть самку-раптора. Неужто, вы смогли раздобыть для своего дела корабль-самца?
Шейла неловко улыбнулась в ответ на слова благородной драконессы. С одной стороны, та, действительно, оказалась больше-не-самкой – чутье Шейлу не подвело. А, с другой, ее саму иногда смущало то, что она – капитан раптора-самца: ей и Ванири в свое время несказанно повезло с их кораблями и теми странными заказами, что иногда поступают (и так полностью и не оплачиваются) на верфи. Леди же Аарона собственную легкую растерянность от неожиданных манер леди Акима ловко замаскировала, и, благодарно наклонив рога, приступила к представлению.
- Шейла Вани, капитан-раптор экипажа «Сокол Солнца», и одна из нас, наемных клинков кампании «Охотники Аароны», - леди гранд-капитан приобняла крылом простородную коллегу, и в манере дворянства своей планеты сделала рукой круговой жест перед грудью Шейлы, - Капитан Шейла простого происхождения, но ее семья – пустотники в третьем поколении, и имеет дарованное губернатором их колонии право носить меч.
- Рона, пытаешься произвести на меня впечатление угодливостью, - в ответ совершенно неформально усмехнулась высокородная собеседница (Шейла от удивления замерла: это что за манеры такие?!! это, вообще, в какой благородной семье так принято?!!), - Не старайся. Я, ведь, тебя знаю. Хоть и заочно. Ты не угодлива. Наоборот, бунтарка. Помнишь капитана Ному Орли?
- Да, леди Ора, помню. Это мой капитан-патрон. Она сделала из меня боевого офицера, - леди Аарона осеклась (на нее манеры собеседницы произвели не меньшее впечатление, чем на Шейлу), и тут же склонилась в подчиненном четвертьпоклоне перед черной драконессой. Шейла обалдела еще больше. Для нее это было чудом: чтобы гранд-капитан терпела такое хамское обращение! и не поставила другую дворянку (хоть и куда более высокую) на место…
- Как и говорила моя правнучка: ты, Рона, смешиваешься и теряешь контроль, когда вынуждена просить у тех, кого сама считаешь выше себя. Но можешь завершать это самомучение: я, как и передал Лерджер, согласна удовлетворить твой запрос и подчиняться тебе как моему капитану, - судя по улыбке, заигравшей на губах спаенной драконессы, та была очень довольна неловкой реакцией леди Аароны. Но, нет, это было не то довольство, что обычно показывают дворяне, только что унизившие кого-то, кто ниже их по рангу (уж это-то Шейла ни с чем не спутает – опыт собственной шкуры). Драконесса веселилась как подросток, только что совершивший какую-то дурацкую выходку, - Мы, Акима, с радостью выполним пожелание наших союзников Лазури. К тому же, мне самой хочется наконец-то ступить на палубу корабля как снова полезной пустотнице, а не как ненавистному всему экипажу инспектору.
- Леди Первопроходица, вы всерьез? Ваша должность… - не смотря на веселость собеседницы (или благодаря ей?) леди Аарона все еще была подавлена. А Шейла про себя присвистнула: Первопроходица! Одна из тех, кто начинали космическую эру драконьего рода! Нет. Не может быть. Наверное, леди Аарона имела в виду первопроходица, а не Первопроходица.
- Моя должность… Держу пустотников в повиновении теми законам и актам, что охраняют их собственные жизни. Это неблагодарное дело и, в этой системе, бесполезное: шестеренки справляются с дрессировкой пространствоплавателей лучше самой злой флотской или губернаторской чернильницы. Они принимают благо кораблей, «машинных духов», как они их называют, близко к сердцу. Так что, уж поверьте мне, коллеги, Стигия Прайм даже не заметит отсутствия Главного пустотного инспектора – он тут не нужен. Я же, наконец, снова смогу хотя бы прикоснуться к тому, что осталось у меня за хвостом, - мечтательно улыбнулась черная драконесса, но, краем глаза заметив ошарашенное выражение на лице Шейлы, развеселилась еще больше, и добавила, - Да, юная простокровая, перед тобой живая история освоения пустоты: я, Ора Акима-Орли, отпраздновала свое совершеннолетие в тот год, когда Первое Крыло впервые прыгнул за пределы системы Дракиса. И я успела стать капитаном Меча Олистона до того, как он был модернизирован по образу Первого Крыла, и обрел разум. Жаль, он почти ничего не помнит о тех наших годах… А они были насыщенные. Мы тогда пару раз чуть не стали кормом для пустотного зверья, пока участвовали в усмирении космической фауны Дракиса.
- Вы спаены? - Шейла превосходно понимала всю бестактность этого вопроса, но он давал шанс ошарашить черную, и перехватить инициативу в покатившейся в гнездо к виверне беседе.
- Ну, конечно. В мое время не было таких препаратов, что теперь, а коннекторы и преобразователи были паршивее, чем сейчас пользуются на Фронтире. Да и моя вина в этом тоже есть: не слушала предупреждения лекарей, - в ответ Первопроходица весело-покровительственно взглянула на Шейлу, - И, мой тебе совет, не доводи до этого. Время с кораблем того стоит, но… сейчас не мое время. Сейчас умеют точно предсказывать спаенность: не упрямься, слушай медиков, и уходи тогда, когда скажут. Рано или поздно, но они научатся полностью регенерировать гонады, и твоя задача – сохранить до этого времени свои яичники. Чтобы было из чего новую ткань выращивать. Чтобы потом снова вернуться к кораблям.
- С такого ракурса я этот вопрос не рассматривала, - снова попробовала перехватить инициативу Шейла.
- Я – тоже. Это благодаря машинникам: Алая Дельфин, Дельфин Сидонии, Алая Звезда и Восходящая Луна – корабли полностью ненормальные, но очень хорошие собеседники. Если научиться выносить саму беседу с ними. Тогда можно почерпнуть очень много совершенно новых мыслей, - перехват не удался, а у теперь совершенно веселой Оры Акима-Орли, похоже, у самой не все было в порядке с психикой. Это последствия непростого пути Первопроходицы? Или проблемы с гормонами? Иногда (не часто) бывает, что у спаенных драконесс личность очень сильно меняется, в болезненную сторону. Или это, просто, так глушь цивилизации действует на благородную леди? Как Шейла могла судить по опыту своего прошлого посещения системы Стигии, тут никакого привычного аристократам Света даже в проекте не было – лишь пара десятков самих Акима и еще столько же благороднокровых из совершенно незначимых семей, что удалось заманить в колонию губернатору Лерджеру, - Что же вы все еще стоите? Присаживайтесь. Мы же, все-таки, в кафе. Плевать на то, что все уже решено! Поговорим. Мне уже давно не доводилось говорить с другими пустотниками не с позиций чернильной чернильницы. Ну, не считая родственников, разумеется. Но это совсем не то: родственники – это родственники. А другие пустотники – это… то, куда я хотела бы вернуться. Присаживайтесь.
