— Еще чего, один ты никуда не пойдешь. Решил без меня? Не выйдет! — Юля хотела показать ему язык, но вовремя опомнилась, в респираторе ничего видно не будет.

— Придется постучать. Арнольд, скройся отсюда, — Илья махнул назад, пес бесшумно скрылся. Он достал беруши и протянул Юле. — Воткни в уши, а то болеть будут.

Юля послушно вставила беруши, с интересом следя за ним. Илья достал массивный молоток, примерился, потом надел матерчатые перчатки и четкими сильными ударами, стал двигать рычаг. Грохот, наверное, стоял дикий. Рычаг скрипел, стальная дверь дрожала, но в берушах это было вполне сносно, даже забавно. Она и забыла, что они в жилом доме, и что кто-то может найти их, вызвать полицию. Их и так могли засечь, но, зная трусливость жильцов своего дома, способных орать только друг на друга, Юля не сомневалась, что никто не пойдет проверять, откуда шум. У них в подъезде два часа пилили железную дверь и обчистили квартиру, и никто не вызвал полицию.

Рычаги сдались, Илья дернул дверь, и она с жутким скрипом приоткрылась. Пахнуло такой вонью, что даже сквозь респиратор было трудно дышать. Они некоторое время кашляли, всматриваясь в черноту. Арнольд стоял рядом и ждал команды.

— Первым пойдет дрон, — Илья готовил своего робота, проверяя и включая нужную программу. — Там по плану много коридоров, если верить секретной карте, то мы сможем даже в «Курчатник» прокрасться.

— Страшно, — честно сказала Юля, заглянув за дверь. Оберег на груди неприятно обжег кожу. — Я что-то чувствую.

— Понятно, я пока только вонь. Похоже там кто-то сдох.

— Наверное, и там что-то есть. Мне кажется, что я видела движение, — Юля отпрянула от двери.

— И да, и нет. В темноте и не такое может привидеться. Сейчас посмотрим. Я включу ИК-камеру. Можно было бы попробовать сначала покидать бумажек с заклинанием, но я его так и не выучил.

— Я тоже, Альфа запомнила. У нее сразу получается иероглифы рисовать, я наши буквы криво пишу, — вздохнула Юля.

— У тебя читаемый почерк, не переживай.

— Вот именно, читаемый, а у Альфы красивый.

Илья подошел к ней и дал команду дрону. Робот зажужжал, аккуратно поднимаясь, выбирая точку для входа. На экране показался кусок длинного коридора, Юля затаила дыхание, все происходящее ужасно напоминало компьютерную игру, в которую она с Альфой играли по ночам, так и не пробравшись дальше третьего эпизода. Как она ни старалась вспомнить ее название, в голову ничего не приходило, зато оберег напоминал, что внутри кто-то есть, и этот кто-то уже ждет их. Она помотала головой, сбрасывая накатывающий на мозг муар, будто бы кто-то пытался влезть к ней в голову, накидывая тонкую невидимую сеть, одну за другой, медленно, почти не касаясь воздуха.

— А как тебя отпустили ночью? Я помню, какие у тебя строгие надзиратели, — Юля попыталась придать лицу чрезмерно строгое выражение, Илья рассмеялся.

— Я сказал правду, — ответил он, Юля удивленно вскинула брови. — А зачем врать? Я сказал, что иду гулять с тобой. Мне отец перед уходом два гондона сунул. Видишь, в меня верят.

— Это для Арнольда, чтобы безотцовщины не наплодил по кустам! — рассмеялась Юля.

— Мне тоже что-то такое в голову пришло, но я промолчал, а то началось бы. Мама бы узнала, тогда бы точно не отпустили. А тебя как выпустили?

— Меня? — Юля задумалась, глядя в темноту. Ей вспомнилось, как перед уходом Лана долго смотрела в глаза, держа ее руку, как жуткий холод пронизывал все тело, и если бы не плотная ткань чосоната Юля бы замерзла. Легкий озноб и сейчас пробежался по телу, но это было даже приятно, она взбодрилась, а мышцы налились силой, как после хорошей разминки. Потом она вспомнила лицо мамы, когда вернулась домой с пакетом, как мама отшатнулась от нее и ничего не сказала за весь вечер, не выходя из комнаты. Юля просто оделась и ушла, не спрашивая, ничего не говоря, и только сейчас она поняла, что оставила квартиру замороженной, или ей так кажется, но точно она не скоро туда вернется. Странно, но это совсем не страшило ее. — Я просто ушла и все. Мать в комнате заперлась, отец еще с работы не вернулся, по-моему, он просто бухает в каком-нибудь баре.

— Ясно, короче, ты ее заколдовала.

— Я?

— Ты-ты, я никогда не забуду твой взгляд после ваших переглядок с Ланой. А ты помнишь, как она ушла?

— Нет, не помню. А как?

— И никто не помнит, я уверен. А она и не уходила, просто исчезла за секунду. Я камеру поставил и все заснял, там четко видно: вот она есть, а вот уже и нет. Надо по кадрам разобрать, но не было времени. Извини, я не предупредил тебя, никого не предупредил. Сама решишь, стереть или нет.

— Не надо, ты все правильно сделал, — Юля погладила его по руке, ей хотелось обнять его, поцеловать, она не хотела понимать этот странный прилив нежности, потом, все потом станет ясно. — Пошли, путь свободен.

Альфира проснулась в полночь. Вернувшись из ресторана, она тут же легла спать, как была, не переодеваясь. Мама и бабушка ругались, будили ее, но все без толку, она спала и не реагировала ни на что. Она проснулась с криком. Альфира кричала долго и страшно, словно кто-то всадил ей в живот нож и резал внутренности слева направо, по диагонали и, забираясь выше, желая разрезать грудину. Ей было невыносимо больно, но еще страшнее, боль все равно была не ее, а чужая, прошлая, вернувшаяся в мир снова фантомным эхом, напоминая о другой, которой уже не было в живых.

Все всполошились, пытаясь ей помочь, успокоить, но Альфира кричала и билась на кровати, отбрасывая всех, кто к ней прикасался.

Потом все резко кончилось. Альфира встала и, смотря на всех невидящим взглядом сквозь запотевшие очки, сказала: «Сабина умерла. Давно, я знаю, как это было. Я должна идти вслед за Юлей».

С этими словами она пошла в прихожую, когда мать попыталась ее остановить, Альфира отбросила ее в сторону, как ребенка.

— Не прикасайтесь ко мне, чтобы я не причинила вам вред. Я не хочу никому вредить, никому и никогда — не прикасайтесь ко мне!

Альфира вышла из дома, рюкзак висел сзади, она надела его машинально. Телефон неистово вибрировал, почуяв хозяйку.

— Привет, Максим… я на улице… Я иду за Юлей, они прошли вход, теперь пора мне… Где ты?

— Да здесь я, — Максим схватил ее за руку и убрал смартфон в карман. — Я и не уезжал. Мы просидели в ресторане до закрытия, а потом просто почувствовал, что надо остаться. Ты думаешь, они пошли в бомбоубежище?

— Я знаю это, — Альфира сняла очки и вернулась, став вновь обыкновенной девушкой, напуганной и растерянной. — Надо их остановить.

— Ты что-то видела?

Да, очень много видела! Не могу все рассказать! Пошли, ну пошли же!

— Пошли-пошли, я не спорю. А ты взяла блокнот и ручку?

— Чего? — удивилась Альфира.

— Блокнот и ручку, — невозмутимо повторил Максим. — А то, как ты будешь писать заклинания, ведьма?

Он обнял ее и поцеловал. Альфира засмеялась и слегка толкнула его.

— Ты все шутишь. Здорово, что ты не уехал, — Альфира поцеловала его и, взяв за руку, повела к ресторану. — Я знаю, что будет в конце, если мы сможем.

— Мы сможем, — уверенно сказал Максим и достал телефон. — Интересно, Илья прислал какую-то ссылку на трансляцию, но это локальная сетка. Похоже он посыпал тропинку мелкой фасолью.

— Это не сказка, Максим, — серьезно сказала Альфира. — Все гораздо хуже и страшнее. Я пока не могу точно подобрать слова.

— Я знаю, что это. Потом сверим наши версии, — усмехнулся он.

23. Попали

— Ты понимаешь, куда мы идем? Это было на твоем плане? — Юля осторожно шла вперед за Ильей, почти ничего не видя перед собой. Свет от налобного фонаря безнадежно терялся в густом мраке, успокаивало то, что рядом, немного впереди них бесшумно ступал Арнольд. Юля слышала свое дыхание, часто путая с Арнольдом или Ильей, которые не издавали почти ни одного звука. Ей все время хотелось что-нибудь спросить, неважно что, лишь бы не чувствовать себя здесь совершенно одной. — И куда делся наш дрон?