Потом, осторожно, он попросил её рассказать о том, что происходило без него. Она так и сделала, но словно пережила всё заново и сердце её отозвалось болью. Казнь Фонси. Предательство Морела. Чужаки и осада цитадели. Коты и Дом Копий. Интриги Илана и Четверых. Битва и то, как она увидела его.

Амару смотрел на неё с уважением, пожалуй, впервые за всё время:

— Знаешь, Неомони, если кто и заслужил быть императором Тинсу, то это ты и только ты. Очень несправедливо, что женщина не может им стать.

Она печально улыбнулась:

— Спасибо. Мне приятно, что ты так думаешь.

Неомони уснула под утро и глядя на неё, Амару испытывал восхищение перед её твёрдостью в отстаивании того, что она считала своим долгом. Молча покачав головой, он подумал, что не знает мужчины, в котором можно быть уверенным так, как в этой кажущейся такой хрупкой с виду девушке, но сердцем крепче алмаза. Он пообещал себе, что если станет императором, то постарается быть её достоин. Пока нет, но может быть когда-то, он сможет достичь этого.

* * *

Они похоронили убитых прямо на поле битвы. Только Чардона не оставили там. Погребальный костёр запылал во дворе Дома Света и прощаясь с другом, Бойнед еле сдержал слёзы. Хмурые и печальные они стояли вокруг, глядя на ревущее пламя. Победа была за ними, но какой ценой! Четыре провинции в хаосе, столица едва не пала, а от её защитников не осталось и трети. Но тем не менее, враг был повержен.

Илан провёл обряд, как и обещал и новый император появился перед народом. Размах празднества был далеко не тот, что во времена Техкаси, но измученных жителей и он привёл в восторг. Появившись на Площади Четырёх в окружении троих жён, Амару вызвал тихие обсуждения, но не более. Император, каким бы он не был, олицетворяет порядок и жителям хотелось верить в наступление лучших времён. Его приветствовали рёвом тысяч глоток и махая им с пирамиды, Амару пытался подражать Техкаси, опасаясь сделать что-то неправильно.

После общих торжеств он задержался во дворе, разговаривая с Бойнедом. В Зале Совета, теперь почти всегда пустом, женщины ожидали его. Тайп, чувствуя неловкость, поглядывала на Лорену и Неомони, словно пытаясь их примирить. Они холодно игнорировали друг друга.

Двери распахнулись и Амару вошёл в зал. Обращаясь сразу ко всем, он произнёс:

— А Илан не теряет времени. Местная знать ищет к нему подход, чтобы повлиять на меня. Как говорит Бойнед, он берёт деньги с каждого, но результат не гарантирует.

— Что им от тебя нужно?! — спросила Тайп. — Они бы так рвались помогать, когда было трудно.

— Как что? Четверых больше нет. Кто-то же должен быть назначен наместниками.

— И что ты сказал Бойнеду?

— Что я назначу наместников, когда придёт время. Ещё очень много предстоит сделать.

— И что именно? — чувственный голос Лорены, вызвал у него мурашки по коже. — Что ты задумал?

— Многое. Но не хочу говорить заранее. В первую очередь необходимо попасть в Мауле. Надо договориться с наместниками Канбе и Орми, чтобы они согласились объединиться с Тинсу. Не зря ведь наш брак с Неомони был заключён. Мауле и Тинсу должны объединиться.

Неомони кивнула головой. Тайп удивилась и только Лорена заговорила снова:

— А что ты будешь делать, если они не согласятся?

Лицо его стало жёстким:

— Они должны согласиться. Я не хочу заранее ожидать плохого, но им придётся согласиться на это.

Лорена сделала сомневающееся лицо, но промолчала. Амару захотелось развеять нехорошую атмосферу и, дурачась, он надел свой императорский венец Тинсу на голову Неомони. Та, сделав гордое лицо, уселась на место императора. Тут же древний венец Кинто был надет им на Тайп, скорчившую гримасу надменности. Взгляд остановился на Лорене и поклонившись, он протянул ей копьё, увитое змеями. Она нарочито соблазнительно взглянула ему в лицо, нежно проводя рукой по древку копья и вдруг отшвырнула его в сторону, вскрикнув от боли. Амару ничего не понял. Он глядел на неё, осматривающую свою руку, на которой не было никаких следов.

— Что случилось? — он беспокойно спросил, заглядывая ей в глаза. — Что случилось, Лорена?!

— Оно жжёт, — произнесла она, помедлив. — Оно жалит и жжёт огнём. Как ты только его держишь?!

Амару недоверчиво поднял копьё, очевидно ничего не замечая. Тайп нерешительно протянула руку:

— Дай я попробую.

Он протянул ей копьё с большой осторожностью, придерживая своей рукой. Тайп схватила древко, сделав такое лицо, словно окунулась в костёр, но ничего не почувствовала. Неомони, не выдержав, тоже подошла, но так же, как и Тайп сделала недоуменное лицо.

Лорену озарила догадка:

— Отпусти его, Амару. Пусть одна из них возьмёт его сама. Ты не держись за него с ней одновременно.

Он с лёгкостью отпустил копьё и Тайп, шипя, уронила его, выскочив из-за стола. Теперь копьё вызывало у неё страх.

Лорена покачала головой.

Неомони захотелось убедиться, но результат оказался тот же, что у Тайп. Она с недоверием смотрела на сияние металла. Теперь она уже не решилась больше дотронуться до него.

Амару убрал копьё в сторону, обескураженный. Три пары женских глаз пристально изучали его с ног до головы.

В дверь осторожно постучались и голова стражника просунулась вовнутрь:

— Ваше величество, там Верховный Жрец Тиу, просит об аудиенции. Вы приказали никого не пропускать.

— Впусти его.

Илан возмущённо вошёл внутрь. Он едва сдерживался, чтобы не вспылить. Что этот мальчишка себе позволяет! Но взглянув в ледяные глаза Неомони, сразу потерял свой пыл. Её он боялся.

— Что случилось, Илан? Почему ты явился так поздно? — проговорил Амару с удивлением. — Всё ли благополучно?

— Нет, — отвечал тот, багровый от волнения, — не всё благополучно. В Доме Света не всё хорошо. Сегодня наконец удалось восстановить ворота, взорванные чужаками, и я хотел выставить всех лишних за пределы Дома Света. Такого ещё не бывало. Целое крыло занимают дикари! Когда я попытался объяснить, что им здесь не место, они не пожелали меня слушать! Меня! Верховного Жреца! Да ещё и равнинного кота притащили! Это просто возмутительно!

— Ах, в этом дело?! Я забыл тебя предупредить. Забыл совсем. Всё в порядке. Теперь Облачные Воины займут первый круг. Гвардия там больше не нужна. Они справятся. Всё равно им пока нет применения. Пусть охраняют цитадель. Я не хочу размещать их в городе, пока народ к ним не привыкнет. Не переживай, они не доставят тебе хлопот. А что до лишних в Доме Света, то здесь ты прав. Лишним тут не место. Я завтра сделаю бумаги, примерно как в Мауле, и выдам их тем, кто постоянно находится здесь. А то могут быть конфликты, если кто-то отправится в город, а потом не сможет пройти назад мимо стражи. А так всё будет ясно. Кому можно, а кому нет. Тут ты прав.

Илан опешил. Облачные Воины в Доме Света. Если это не богохульство, то что тогда?! Он решился сказать:

— Но они не верят в наших богов и не могут находиться в Доме Света.

— Брось, Илан. Как раз в Богов они верят точно так же. Тут никаких особых отличий. Не больше, чем у других народов. Ты же не станешь выгонять жителей Льендо или Мауле? Облачные Воины не отличаются от них.

— Но всё равно. Дом Света должна охранять Гвардия Солнца. Я хотел бы набрать её заново. Средства в Храме для этого имеются.

— Ах, Гвардия Солнца?! — в голосе Амару зазвучал металл. — А скажи мне, достопочтенный, где была она, когда убили императора?! Я отвечу сам. В этом зале. И ничего не сделали, чтобы остановить убийство. Больше того, они чуть не лишили жизни мою жену! Не говори мне про Гвардию Солнца. Она запятнала себя позором. Если она и будет восстановлена, то нескоро. У тебя есть немного людей для охраны тебя и Храма. Этого более чем достаточно. Что-то ещё?!

— Только одно. Надо выбрать новый совет. Ведь так много работы.

Амару прищурился:

— Совет не выбирают. Его назначает император. Ты знаешь это лучше меня. Из старого совета уцелел лишь ты и, конечно, займешь своё место в новом совете. Об этом можешь не волноваться. Остальной совет я назначу завтра же. Ты прав, это не нужно откладывать.