– Как замечательно, – мачеха хлопнула в ладоши, недоуменно переводя взгляд с меня на Винтерса. Она не верила в происходящее.

Впрочем, я тоже. И дело даже не в свадьбе, а в поцелуе. Что это еще за странные чувства, которые я испытываю?

– Можем сыграть хоть сегодня, – мачеха потерла пальцы, как делец, обстряпавший выгодную сделку. Ну вот, все впечатление от встречи испортилось. А мне так понравилось видеть её ошеломленной!

– Предлагаю завтра. Невесте нужно подготовиться, – мягко сказал Винтерс. – Вот только у меня есть одно условие.

Я замерла. Какое условие? Ни о чем таком мы не говорили!

– Вы навсегда оставляете эту семью в покое, – безапелляционно заявил Винтерс.

– Как? – удивилась мачеха. – Как это оставляю?

Я не верила собственным ушам и была поражена не меньше нашей семейной мучительницы.

– Отказываетесь от опеки над падчерицами, передаете титул старшей дочери покойного мистера Пемброка, забираете причитающуюся вам часть выкупа и уезжаете, – в его голосе сквозило столько силы и требовательности, что даже мне захотелось собрать вещички и уехать. Мне, правда, тоже придется покинуть родительский дом, но по иной причине. Чему вдруг я неожиданно обрадовалась.

– Но… – мачеха сильно растерялась. Она взглянула на меня с… мольбой? Нет-нет, не стоило возлагать на меня надежды. После смерти отца не было и дня, когда я бы не думала о том, как избавиться от неё.

Мечты мои по большей части крутились вокруг того, что мачеха уйдет сама. Представить, что кто-то выгонит ей не получалось. Потому что а кто бы это мог быть? Муж одной из нас? Без приданного нам не светило благополучное замужество. Кто ж знал, что мне встретится дракон-авантюрист.

– Я не приму возражений, – властно заявил Винтерс. – Вы гарантированно получите вашу часть выкупа сегодня же. Завтра можете уезжать.

– Но куда… Здесь… мои девочки… – мачеха попыталась изобразить печаль. Показать, что расстается с любимыми дочками. Актриса из нее никудышная, да и факты говорили против неё.

– Настолько ваши, что вы встречаете их с розгами? – цинично заметил мужчина.

– Ну… Это вынужденная мера. Детей нужно воспитывать, – от возмущения мачеха тряхнула головой.

– А отправлять юную леди в ночи за лекарством тоже вынужденная мера воспитания? – не унимался Винтерс, чем вызвал не только уважение с моей стороны, но и полный восторг.

– Я… ну… – она сделала шаг к нам и остановилась, сначала уничижительно посмотрела на меня, а вот на мужчину уже так взглянуть на посмела. Лишь пристыженно опустила голову.

– Рад, что мы пришли к согласию, – издевательски изрек Винтерс.

На долю секунды мне захотелось вставить, что мачеха вроде как не сказала, что согласна, но вовремя осеклась. Её поведение говорило само за себя.

– Что ж, раз мы пришли к консенсусу, то давайте обговорим последние формальности, и я вернусь в город. Меня ждут дела, – заявил мой жених.

– Разумеется, – не стала спорить мачеха.

– А я… – мне не терпелось поделиться радостной новостью с сестрами. Да и что мне обсуждать с ними? Все и так понятно.

– Иди, Мари, готовься с завтрашней церемонии, – Винтерс с такой легкостью взял мою ладонь в свою, будто делал это не один раз, – и отъезду. Не забывай, после завтра мы уезжаем в Сергалию.

– Да, – я улыбнулась ему, краем зрения, уловив как скривилась мачеха. Наверно, она расстроилась, что брак все-таки состоится, а её участие сошло на нет. Видимо, мечтала, как будет через меня выпрашивать у дракона деньги для своих нужд. Не вышло.

А еще мачеха думала о том, что я не заслужила такого счастья. Это улавливалось в её жгучем взгляде. Признаться, я тоже не верила. Но невозможно передать какой же счастливой я себя чувствовала в эти минуты. У меня будто выросли крылья. Хотелось прыгать от счастья и кружиться по комнате. Внутри все пело от радости. Сестры спасены.

Винтерс нежно поцеловал тыльную часть моей ладони на прощание. Я едва удержалась, чтобы не начать благодарить его за помощь. Это точно испортило бы наше милое представление.

– До завтра, – пролепетала я, представляя в красках отъезд мачехи.

– До встречи, – сдержанно произнес он. – Завтра я пришлю за тобой карету.

Мариэтта

Младшие сестренки восприняли новости с большой радостью. Они схватились за руки и принялись кружиться по комнате рядом с кроватью Алиссон и смеяться. Так развеселила их новость о скорейшем расставании с мачехой и моей нежной любви с первого взгляда во вчерашнего визитера.

И Диана, и Анна верили в каждое мое слово, а вот Алиссон. Впрочем, ничего другого я и не ожидала. Убедить её будет намного сложнее, но я должна это сделать не только ради нашей авантюры, но и ради безопасности самих сестер.

Как только я встала за приготовление очередной порции лекарств для Алиссон, младшие убежали сломя голову на улицу. Это был мой шанс поговорить с угрюмой сестрой с глазу на глаз и заставить поверить в сказку.

– Ты знаешь, я и подумать не могла, что эта маленькая ложь, которую навязала мне мачеха обернется таким сильным чувством. Если бы я не притворилась тобой, – начала я, отмеряя на крошечных медных весах желтый порошок, – то не встретилась бы с ним так близко.

– Мари, не дури мне голову. Я, конечно, болею, но рассудок мой не омрачен, – неожиданно просипела Алиссон. – Ты не любишь его.

На долю секунды я растерялась, не зная, что и сказать. Врать у меня не получилась. Любви нет, но зато какое сильное чувство признательности. Если бы не Винтерс, то я бы сейчас здесь не стояла. На этом вполне можно сыграть.

– Нет, Элис, с чего ты взяла? – на пару секунд я обернулась, чтобы посмотреть на сестру. Та ответила недоверчивым взглядом.

– Ты не выглядишь влюбленной девчонкой, Мари. У тебя глаза не горят, – высказалась она. – А еще ты вся дрожишь. Ты рада, что мачеха оставит нас в покое. И рада, что теперь у нас будут деньги. Но тебе страшно за себя. Ты не знаешь, что тебя ждет.

Все-таки не зря Алиссон считалась самой умной из нас. Она действительно обладала проницательностью, умела рассуждать и наблюдать за другими. Боги, она видела меня насквозь и говорила именно то, о чем я старалась не думать.

– Зачем ты выходишь за него замуж? – настойчиво спросила Алиссон. – Ответь мне. Пожалуйста.

– Так надо, – я пожала плечами. Что ж, раз в любовь не поверила, то пусть думает, что поступаю так из чувства долга. Так с моей стороны будет честнее.

– Ты жертвуешь собой, – заявила Алиссон.

Я взяла миску и принялась смешивать порошок с отваром.

– Зато ваша жизнь наладиться, – улыбнулась ей. – Ты быстро пойдешь на поправку. Будешь управлять здесь всем. Сама решишь за кого выходить замуж.

Прекрасное лицо сестры исказила вселенская грусть.

– Ценой твоего личного счастья?

Неожиданно мне захотелось её хорошенько встряхнуть, но я не могла. Она же болела. Поэтому просто закатила глаза.

– Какого счастья, Элис? Если бы не это замужество, то мы вообще на улице остались, – я с остервенением перемешивала лекарство, потому что чувствовала раздражение от этого разговора. – Просто будь мне благодарна, ладно?

– Я только переживаю за тебя, Мари, – прохрипела Алиссон. – Ведь если бы я не заболела, то это бы мне пришлось бы выйти замуж за Винтерса и уехать в Сергалию.

– Возможно, – я отвернулась, чтобы перелить содержимое миски в стакан. Не знаю почему, но мысль, что Винтерс изначально хотел жениться на Алиссон кольнула в самое сердце. Я вдруг начала сердиться на него, на сестру и на себя… С чего вдруг мне стало так неприятно? Между мной и Винтерсом только деловые отношения. Впрочем, у Алиссон тоже были бы деловые отношения, просто она об этом не знает.

– А зачем ему бесприданница, Мари?

Хороший вопрос! Потому что ответа у меня не было, кроме правильного. Никакого выдуманного предлога для приезда и женитьбы на дочке разорившегося покойного лорда не было.