Если все так хорошо, то почему Северную войну наша армия встречает с голландскими ружьями и негодными пушками?
Технологический процесс изготовления ружей (фузей) гораздо сложнее, чем отливка пушек, поэтому, неудивительно, что практически все ручное огнестрельное оружие Россия закупала за границей (в Голландии). На основании документов этот факт подтверждал известный историк Милов Л. В.:
«…Тульские и Каширские заводы готовых мушкетов и карабинов практически не выпускали. В казну, как правило, сдавали полуфабрикат — мушкетные стволы». (Милов Л. В.)
В упрощенном варианте технологический процесс изготовления ружья (фузеи) состоит из следующих операций:
— Из криц выковывали ствольное железо в прутах.
— Из прутов ковали мушкетные доски.
— Загибали доски в трубы и заваривали шов.
— Сверлили канал ствола.
— Обтачивали (шлифовали) ствол вдоль и поперек.
— Окончательная зачистка.
— Монтировка ложа и замка.
Как видим, изготовление самих стволов не вызывало особых трудностей, а вот с замками были проблемы. В итоге выпускали полуфабрикат, который, в общем-то, никому не был нужен!
Есть данные, что при Петре I в 1695 году была изготовлена партия ружей (фузей) в 1000 штук, но с импортными (шведскими) замками. Если это и так, то дальше дело не пошло.
Мы видели, что для достижения успеха нужна целенаправленная многолетняя работа (пример — Швеция и Англия), чего Петр I совершенно не понимал.
Ему нужно было все и сразу, а скоро только кошки родятся!
Глава 19
Глава 19. На одни и те же грабли.
Зачем России в начале XVIII века нужен военный парусный флот?
Вопрос опять далеко не праздный, поскольку никаких задач у российского флота в то время ни на Балтийском побережье, ни тем более на Азовском побережье просто не было. Охрана водных рубежей и ведение заморской торговли? Но линкоры XVIII века не предназначены ни для охраны, ни для торговых операций, это средство агрессии, используемое только для нападения. Именно с помощью военного парусного флота страны Европы (Англия, Голландия, Испания и т.д.) создавали свои колониальные империи.
У России в тот момент таких задач на Балтийском и Азовском морях не было, и быть не могло. Единственное реально выгодное направление, это Каспийское море и создание транзитной торговли между Западом и Востоком. Вот там строительство кораблей и создание транспортной инфраструктуры экономически обосновано, и что самое главное, не сопряжено ни с какими войнами.
Однако Петр I с маниакальной настойчивостью строит корабли там, где они совершенно не нужны. Поэтому неудивительно, что созданный им военный парусный флот не принял участия ни в одном сражении за все время его правления и практически полностью сгнил стоя в гаванях.
Петр I имел иррациональное мышление (1) с ним все ясно, удивляют восторженные отзывы наших историков о его «великих деяниях». В частности это касается и строительства военного флота.
Что представляет собой корабль XVII века?
На 90% это дерево, но вроде с деревом в России все в порядке, куда, ни глянь, кругом девственные леса. Все это так, вот только для строительства кораблей нужны доски и бруски, а не целиковые бревна. Для того чтобы бревна распустить на доски и бруски нужны лесопилки, а вот их-то в России в конце XVII века нет от слова совсем!
Итак, лесопилок нет, а значит, доски и бруски придется вытесывать топором из целого бревна — это так называемые «топорные» доски. При подобной «технологии» из целого бревна получается, как правило, одна доска, реже две, в то время как при распиловке стволов — пять или шесть. Как видим, разница колоссальная, и отсутствие лесопилок обернется огромным перерасходом ценной древесины, что, собственно и произошло.
Знал это Петр? Конечно, знал, вот только никаких мер к исправлению ситуации не принял. За время его правления было построено не более трех десятков пильных мельниц, а это капля в море. Судите сами: на изготовление одного корабля среднего класса требуется примерно 2 000 деревьев, а производительность петровских мельниц — четыре ствола в день. Это максимум 1200 — 1500 деревьев в год, т.е. одна мельница не сможет обеспечить материалом даже строительство одного корабля!
Да, не будем забывать, что 2 000 стволов это европейская норма, а в России, при отсутствии лесопилок это, как минимум 4 000 — 5 000 стволов. Причем, это не ель или сосна, а редкий для России дуб. Для полноты картины прикинем, какую площадь реликтового дубового леса придется вырубить, чтобы построить один корабль среднего класса, учитывая, что на одном гектаре растет примерно сто деревьев.
Несложные арифметические расчеты покажут, что в нашем случае это как минимум 40 — 50 гектаров. Причем, это теоретические расклады, на практике, как правило, значительно больше. Некоторые историки с восторгом рассказывают, как Петр I берег лесные богатства страны и называют его первым лесоводом, но судя по тому, что мы видим, его правильнее было бы назвать первым черным лесорубом. Несмотря на острую нехватку пиломатериала, он так и не создал в стране лесопильное производство, и даже весь Петербург был построен из «топорных» досок. Остается только вздыхать и разводить руками по поводу того, сколько было загублено строевого леса при подобной бесхозяйственности.
С лесопилками разобрались, пойдем дальше. По технологии суда строятся только из сухого дерева. Влажность свежесрубленных деревьев достигает 80%, в то время как при естественной сушке этот показатель снижается до 20%, а при камерной вообще до 10%.
Сушка древесины это отдельная технологическая операция, но такая же важная, как и распиловка. Почему? Дело в том, что детали или части изделия, изготовленные из сырой или недостаточно просушенной древесины, неизбежно будут высыхать в эксплуатации. При этом будут изменяться их размеры и форма, в результате чего уменьшится плотность их соединений, нарушится прочность и внешний вид изделия, а в худшем случае оно может разрушиться.
Кроме того, корпус корабля пропитывают специальными антисептиками и смолами, что предотвращает гниение, но это возможно только на сухой древесине, поскольку сырые доски пропитке не поддаются из-за избыточной влаги. Кроме того, Сушка предохраняет древесину от поражения дереворазрушающими грибами, повышает ее прочность и снижает массу. Например, сухие дубовые доски весят на 25% меньше, чем сырые.
Знал все это Петр I? Конечно, знал. Что он сделал? НИЧЕГО! Не было создано не только специальных сушилок, но даже простых ангаров для естественной сушки. Все корабли строили из сырого дерева, в результате чего срок их «службы» не превышал пяти-шести лет. Для сравнения скажем, что на Западе корабли служили по тридцать лет и более.
Историки называют Петра I отцом российского флота, рассказывая читателям басни о том, как бурно развивалось кораблестроение в период его правления. Да, при Петре I было построено много кораблей, но это не значит, что он создал кораблестроительную промышленность России. Все, что он сделал, это настроил верфей, на которых допотопным способом, из сырых «топорных» досок строились корабли, больше напоминающие плавающие гробы.
Как и в случае с металлургической промышленностью, Петр полностью игнорировал создание инфраструктуры — заготовка строевого леса, транспортировка, распиловка, сушка и т.д. Все это сказывалось не только на качестве продукции, но и на сроках изготовления.
Голландия 1697 год. Мы помним, что бургомистр Амстердама Николас Витзен, зная страсть Петра к кораблестроению, решил услужить ему и приказал заложить на одной из верфей новый корабль фрегат «Петр и Павел», на строительстве которого работали и русские волонтеры, в том числе Петр Михайлов. Заложили корабль 9 сентября, а уже 16 ноября он был готов. Два месяца!!!
Россия 1709 год. Лично Пером I был разработан проект корабля «Полтава» (фактически тот же линейный корабль 4-го класса, как «Петр и Павел»). Корабль был заложен 5 (16) декабря 1709 года на верфи Санкт-Петербургского адмиралтейства, а спущен на воду 15 (26) июня 1712 года. Два с половиной года!
