– С этой справьтесь для начала. Какие новости в истории с изумрудом? Веретена сдали в канцелярию? А отчет о проделанной работе в облако?

Ангелина в ответ воодушевленно кивала. Привратник подозрительно щурился.

– Ла-а-дно! – протянул он. – Не пора ли показать вашей подопечной Базар? Что предначертано, должно произойти.

***

«Очередной сон Валерии»

Ученые считают, что кошмары снятся, если человек испытывает стресс, переживает из-за какой-то нерешенной проблемы или предстоящего волнующего события. Событий в жизни Валерии хватало. Одни призраки чего стоят. Но стресс? Стресс подстерегает нас везде. Будь то собеседование у работодателя, первое свидание или груда нестираного белья. Собеседование Валерии пока не грозит, впрочем, как и свидание. А по поводу нестираного белья… хм… мы не уверены.

Кошмары – это сновидения с ярким, реалистичным и угрожающим сюжетом, которые отличаются сложностью и сопровождаются сильной тревогой, ощущением надвигающейся беды, катастрофы, угрозы жизни или здоровью. Именно такой кошмар сейчас снится Валерии:

«Девочка, которая обычно проникает в каждый ее сон, осторожно, оглядываясь, крадется от дерева к дереву. Вдруг, ее взору открывается кровавая гора из тел. Уже мертвых и едва живых. Двое разбойников добивают тех, кто еще шевелится. Предсмертные крики и хруст, пронзаемой металлом, плоти терзают ее душу. Не отводя взгляда от этой страшной картины, девочка кусает губы, чтобы не закричать. Она пытается запомнить лица палачей. Каждую черточку. Каждую деталь. Черные бороды, доспехи, с бронзовыми шипами, и высокие плетеные сандалии.

После того, как убийцы уйдут, она обязательно спасет выживших. Раненых или спрятавшихся.

Из-за начавшегося дождя, кровавые реки текут девочке под ноги. Она опускает руки в красную лужу. Окунает лицо в ладони. Ненависть и жажда мести закипают в ее груди.

Вот девочка лезет в гору. Спотыкаясь и падая в грязь, она скользит по склону. Сбиты в кровь ее руки и ноги.

Она ползает от тела к телу, пытаясь уловить в жертвах хотя бы малейшие признаки жизни. Все тщетно.

Наконец, она падает на колени и, подняв лицо к небу, горько плачет.

– Мамочка, я теперь совсем одна, – причитает она. – Что мне делать дальше? Не могу же я всю жизнь прятаться, вздрагивая от каждой черной бороды, – девочка сжимает кулачки. – Ну, не-е-ет! Обещаю тебе, мамочка. Я найду способ выжить. Я отомщу за твою смерть. Я не дам им покоя ни в этой, ни в следующих жизнях. Я еще умоюсь их гнилой кровью».

Страшная картина и тошнотворный запах раненой плоти пробуждает Валерию ото сна.

– Все, – решает она. – Надоело. Повешу ловец снов. А лучше, два.

***

«Профессор Виль»

Табличка на двери гласила: «Ферштадт Виль Ефимович. Профессор. Факультет История». Зайдя в довольно тесный кабинет, Валерия увидела огромное количество, старинных и не очень книг, журналов и много призраков в костюмах разных исторических эпох.

«Бедняги» – подумала девушка. – «Сколько же веков они не могут упокоиться?»

Профессор оказался высоким, статным и красивым голубоглазым блондином. Почти альбиносом. Его рука, протянутая для рукопожатия, оказалась сильной и теплой.

– Чем же я заинтересовал ваши ведомства? – улыбнулся ученый блондин, после взаимного представления, приглашая Валерию с Валентином присесть.

Глядя на эту улыбку, девушка пожалела, что не повстречала Виля Ефимовича раньше. Может сейчас имела бы другую профессию.

Следователь положил перед историком фотографию клейма в виде стилизованного паука и сказал:

– Мы расследуем серийные убийства. Такое клеймо было на всех жертвах. Мы подозреваем, что это дело рук сатанистов.

После некоторой паузы, Виль Ефимович сказал:

– Существует немало сатанинских сект. Но не все адепты приносят человеческие жертвы. Немногие из так называемых сатанистов устраивают кровавые ритуалы на кладбищах, прежде изобразив какие-либо кабалистические знаки на своих жертвах. Тем более в России. Если это не подростки, тогда, скорее всего, психически больные люди. Боюсь, вы обратились не по адресу и вам лучше получить консультацию у психиатра. В смысле… – смутился профессор, – думаю, вам стоит поговорить со специалистом в психиатрии.

Профессор поднялся со своего места, показывая тем самым, что время их беседы вышло.

– Виль Ефимович, пожалуйста, посмотрите еще раз внимательно, на эту фотографию. Если мало одной, вот еще шесть, – Валентин выложил их веером на столе. – Это работа маньяка, серийного убийцы. И если мы его не найдем, жертвы будут еще.

Профессор, опустился обратно, отмахнувшись от чего-то, как от надоедливой мухи, и в голову Валерии закрались страшные подозрения. Потому что, в этот момент призрак в облачении монаха, косясь на Викторию, что-то шептал на ухо Вилю Ефимовичу.

После некоторых размышлений, профессор положил на стол старинную книгу с пентаграммой на обложке. Видимо, по оккультизму.

– Издавна и по сей день, культ Сатаны все же существует. Его жрецы и адепты не просто поклоняются ему и проводят ритуалы, ради своих амбиций, удовольствий в физических и материальных аспектах жизни, а по-настоящему, всерьез занимаются возвращением его на небеса. Такое клеймо использовала одна очень древняя секта. Паук символизировал подчинение, опустошение, разрушение и созидание. Клеймо заставляло жертву беспрекословно подчиняться жрецу. Исполнять все необходимое для ритуала. Если ваш маньяк ставит на свои жертвы такое клеймо, возможно он знаком с историей сатанизма, оккультизмом и… – профессор на секунду замолчал, как будто прислушиваясь к кому-то или чему-то и продолжил с нажимом: – и экзорцизмом. Чтобы избавиться от некоторых надоедливых… свидетелей.

«А у профессора с призраками тесные отношения» – подумала Валерия.

– Может вы, Виль Ефимович, или ваши… гм… «надоедливые свидетели» смогут посодействовать следствию? – спросила она. – Только не пугайтесь, поверьте мне и не выгоняйте нас. Я вижу ваших «свидетелей».

– Докажите, – профессор с подозрением смотрел на гостей.

– В правом углу, под потолком висит призрак, похожий на старика Хоттабыча, на книжной полке – кто-то в одежде буддийского монаха, и еще десяток других, – вздохнула Валерия.

– И все они говорят, – историк подался вперед, – что следующей жертвой будете вы.

– Не беспокойтесь, она под защитой полиции. – сказал следователь.

Виль Ефимович покосился на Валентина.

– Он в теме, – сказала Валерия. – Не видит, но знает.

Профессор кивнул.

– Чтобы поймать вашего маньяка, – сказал он, – вам нужно первыми найти то, что так отчаянно ищет он. Найдете это, найдете его. Кое-что у вас уже есть. Осталось совсем немного.

Валерия рефлекторно прижала к себе сумочку с изумрудом.

– Да, Ваше Высочество, – улыбнулся Виль Ефимович, – и он в том числе. Вы ведь переродившаяся принцесса Наири. Неужели еще не догадались. В короне Люцифера было пять изумрудов. Два из них хранит Анубис, один сейчас в вашей сумочке, а самый крупный, – профессор сделал паузу и положил перед гостями большой зеленый камень с характерным пазом, – у меня. Вам предстоит сущий пустяк – найти недостающий изумруд, отобрать у Анубиса два, найти Черную книгу и побрить голову, что мне было бы очень жаль, потому что у вас, принцесса, очень красивые волосы. После этого, доблестной полиции, т.е. вам, Валентин, останется только поймать убийцу, как говорится: «на живца».

– И всего-то? – ухмыльнулась принцесса. – самое простое из этого – побриться.

– Мне больше всего понравился пункт по повода Анубиса, – вставил следователь.

– Поверьте мне, Валентин, это вам под силу.

– А откуда вы все это знаете? Почему решили, что она принцесса Наири? Только не говорите, что от призраков. Подозрительно как-то. Может вы и есть наш маньяк? За ордером сходить не долго.

«Старик Хоттабыч» выдернул волосинку из бороды, и Валентин замолчал, испуганно вращая глазами.