Ее соседкой по коммунальной двухкомнатной квартире была грузная, неопрятная тетка с отросшей химией на голове и неизменным ярким макияжем из 80-х. Сегодня, она встречала Валерию в синем, с большими красными цветами, фланелевом халате и такого же цвета трениках, растянутых на коленках.

– Явилась? – поигрывая потрепанным йо-йо, спросила соседка и перекинула, «приклеенную» к губе, потухшую папиросину из одного уголка губ на другой.

Дело в том, что Акулина Титовна лет тридцать, как бросила курить, но избавиться от навязчивой привычки посасывать папироску, так и не смогла. Поэтому ее ежедневный… гм… «Look» не обходился без этого аксессуара.

– Работу на дом взяла? – прищурившись, соседка кивнула на сумку девушки.

«Рентген у нее там, что ли?» – подумала Валерия, а вслух сказала: – Да. Язык одной болтливой тетки. Буду исследовать его на предмет опухоли от извергаемой скверны.

Акулина Титовна обиделась и ушла в свою комнату, тем самым, дав возможность Валерии заняться изучением изумруда. Именно он был той самой работой, которую она взяла на дом. Просто Валерия знала «мертвые зоны» в своей прозекторской.

– Камень изумительного травянистого оттенка, что говорит о его естественном происхождении, – сказала она, включив диктофон. – Огранка совсем не современная, а значит изумруд извлечен из старинного украшения. И судя по пазу на одной из его граней, был использован довольно странный способ крепления… ну… там, где он когда-то был прикреплен, еще до того, как оказался в желудке красавчика. А кстати, как он там оказался? Эй, новенький, ты созрел? Поговори со мной.

Вдруг, дверь распахнулась и в комнату ввалилась Акулина Титовна. Девушка едва успела прикрыть изумруд салфеткой.

– Лерка, у тебя молоко на плите убежало, – возопила соседка.

Валерия ахнула и уже вскочила было со стула, совсем как фрекен Бок, но вспомнив, что вовсе не пьет молоко, выпроводила Акулину вон.

«Что, интересно, она хотела увидеть в моей комнате?» – мелькнула мысль.

– Господи, – подняв вверх глаза, взмолилась девушка, – раз уж ты наказал меня такой соседкой, сделай так, чтобы мне повысили зарплату и ее хватило бы на ипотеку.

– Кхе-кхе, – услышала она из угла комнаты и повернулась на звук.

Призрак бывшего владельца изумруда, в позе смущения, опустив голову, водил ножкой по полу.

– Говорить будем? – спросила Валерия.

Призрак кивнул.

– Я – просто курьер. Мало, что знаю.

– Заказчика видел?

Тот отрицательно помотал головой.

– Понятно. Стандартная схема. Но зачем тогда тебя накачали токсинами? Ты стал курьером не добровольно?

Призрак ненадолго задумался.

– Я… Я не помню, – пробормотал он.

– Если бы призраки все помнили, хлопот было бы меньше. Во всяком случае, у полиции. Ладно. Давай желание. Только в пределах разумного.

«Новенький» рассказал, где спрятал свой гонорар и попросил передать его бабуле вместе с приветом.

***

«Х век до н.э. Жрец и воришка»

Эфрат был адептом сатанинского культа. Служил падшему ангелу. Единственным смыслом его существования было возвращение Люцифера на небеса. До цели оставалось совсем немного. Для выполнения ритуала, жрецу были необходимы заклинание и корона, которую Люцифер потерял, падая с небес.

Корона уже была в руках жреца. В ней не хватало только пары изумрудов. Их поиски Эфрат решил оставить напоследок. Что же касается заклинания, то он нашел его в Черной книге, которую позаимствовал у царя Соломона… гм-м… во «временное» пользование.

Книга хранила в себе древние и тайные знания, которыми очень неохотно делилась. Однако, жрец был хитер, умен и настойчив. Он нашел в ней, нужные для проведения ритуала, магические слова. Но, то ли составители были шутниками, то ли часть мудрости затерялась в веках, но в, нужном жрецу, заклинании не хватало пары знаков, зато была подсказка, где их найти.

Знаки эти и тайна, о месте их нахождения, веками хранились кланом ассирийских жрецов.

Оказывается, из поколения в поколение, в королевской семье, под контролем служителей клана, новорожденная принцесса, получала «божественное благословение». Это была печать с изображением недостающих в заклинании знаков. Принцесса получала «украшение» на голову, в виде татуировки, которая, со временем, «пряталась» под ее волосами.

Оставалось только найти принцессу. Что жрецу казалось маловероятным. Ведь все члены последней ассирийской королевской семьи были жестоко убиты во время мятежа.

Однако, шпионы Эфрата выяснили, что принцесса осталась жива и, в данный момент, находится в Иерусалиме. Прячется в клане воров под покровом мужского платья.

«Да, но как среди пары дюжин грязных оборванцев найти одну девчонку?» – размышлял жрец. – «И татуировка находится на ее грязной голове! Вшей на них натравить, что ли?»

Однако, Эфрат пошел по другому пути. Поэтому, сейчас, в просторном зале, освещенном, мерцающим огнем лампад, на мраморной плите, в трансе, лежал возможный носитель нужной жрецу информации. Знаний о точном нахождении принцессы Наири. Маленький воришка из банды Захавы. А рядом с ним, лежали инструменты для изъятия органов, снадобья и сосуды разных форм и размеров.

Отсутствующий взгляд и отрешенная улыбка мальчишки убедили жреца, что снадобье уже подействовало.

Тогда Эфрат, бронзовым ножом, вырезал мальчику правый глаз, который поместил в небольшую золотую чашу, наполненную кровью ягненка. Налил в нее четыре капли горного масла, после чего, с жадностью, уставился в сосуд. На поверхности жидкости замелькали картинки: «Детский силуэт, в большой, не по размеру, штопаной рубахе, черные локоны, выбившиеся испод, повязанного, головного, платка и грязные пятки». В общем, ничего информативного.

Совершив сложные манипуляции, жрец достал из шестиугольной шкатулки, покрытой древними шумерскими символами, черного паука. Оказавшись на лице мальчика, паук встрепенулся и заполз в пустую глазницу, запустив все свои восемь ног в мозг воришки. Устроившись, паук превратился в человеческий глаз.

«Теперь у меня будет самая достоверная и оперативная информация» – потер руки жрец и залил мальчишке в рот пахучее снадобье зеленого цвета.

Мальчик моргнул раз и еще. Сел, испуганно уставившись на жреца. Попытался вспомнить, как сюда попал, что здесь делает и кто этот страшный дядька. В голове была пустота.

– Проваливай, – зарычал Эфрат и воришка, не заставляя себя долго упрашивать, поспешно ретировался.

***

«Мозговой штурм»

Когда двое и более умов собираются вместе, чтобы сообща придумать способ решения, беспокоящей их, проблемы, это называется «мозговым штурмом».

Сейчас, Валентин с Валерией собрались за чайным столом именно за этим. Им было над чем подумать. Серийный убийца, клеймо в виде стилизованного паука, схожесть жертв, изумруд и странность в поведении призрака.

– Лера, думаю, нам нужна консультация специалиста, – сказал следователь.

– Это маньяка, что ли? – ахнула девушка.

– С ума сошла? Я про клеймо. Что там за специалист должен быть? Демонолог, маг, криптолог, оккультист?

– Думаю, историка, с какой-нибудь ученой степенью, будет достаточно. Есть у меня один знакомый…

– Призрак?

– Знакомый призрака. Живой историк. Профессор.

– Сходим к нему? Где этот твой призрак? – Валентин закрутил головой. – Договоришься?

– Уже. Продумай вопросы, которые хочешь задать, – Валерия пододвинула приятелю блокнот с ручкой. – Профессора обычно очень заняты.

И хотя ситуация, не очень располагала к романтике, Валентин все-равно украдкой поглядывал на Валерию. Так хотелось обнять ее, прижать к себе, поцеловать. Но он не осмеливался. Черт, никак не осмеливался.

«Ну почему так сложно выйти из френдзоны?» – думал он. – «Она даже смотрит на меня, как на брата. Хоть бы раз вздрогнула от моего прикосновения».

И хотя, в романтических сериалах, влюбленные герои, обычно, до последней серии не могут сделать решительный шаг, Валентин счел, что пора действовать и пошел ва-банк.