– Ровно десять?

– М-м… Нет, – он пожал плечами и облизнул губы, – Я посмотрел на часы, когда мы выходили, было десять часов и девять минут.

Ручка офицера скрежетала по поверхности бумаги, – Вы встретили кого-нибудь по пути?

– Да, Залию.

– Хэй, детка, – сказал Миша ожидавшей лифт девушке, она посмотрела на него искоса и вернула взгляд к дверям лифта, – И чего молчишь? – он облокотился спиной на стену, пока ты стоял рядом и искал в сумке пропуска.

– Привет, Залия, – сказал ты, легко улыбнувшись ей. Она была потрепанной, темные волосы топорщились из низкого хвостика, в глазах лопнуло пару сосудов, а белая футболка с надписью “SPORTEX” была сильно мятая.

Она выглядела так, словно плакала всю ночь.

– Здравствуйте, – ответила она тебе, не поднимая взгляда. Двери лифта открылись, и Миша толкнул ее внутрь, она споткнулась и, прилетела лбом в зеркальную стену лифта, – Ай! – она взялась за голову.

– И почему это мы молчим?

Девушка сглотнула, развернулась и посмотрела на него снизу вверх, он стоял вплотную, перегородив ей выход рукой, – От тебя воняет Миш, – голос девушки был хриплым, дрожащим от боли, но все равно строгим. Она оттолкнула его руку, хотя в глазах читалась тревога, и вышла из лифта.

– Тц, – Миша уперся затылком в стену лифта, закрыв глаза.

– А потом мы с ней разошлись, она села в другое такси, – мужчина сделал неопределенный жест рукой, – Я, признаться, не придал этому значения. Они часто ругались. Потом мы поехали в спорткомплекс, – Леонид сморщился, пытаясь вспомнить детали, – Миша был раздражен, всю дорогу смотрел в окно и ничего не говорил.

– Что за пропуск? Вы упомянули.

– Ах да, – он порылся в кармане и протянул тебе карточку с желтым стикером, – чтобы пройти в некоторые места зала, нужно воспользоваться им, – ты разглядывала маленький кусочек пластика в руках, – Такие дают только спортсменам, тренерам и их родственникам.

– Вот как, – ты убрала пропуск в карман, – Вы опоздали на выступление? – ты заметила, как он непроизвольно постукивал ногой о ножку стула.

– Мы приехали в спорткомплекс в… – он замялся, – В десять двадцать.

Ты кивнула, стараясь не сбивать мужчину с мысли.

Леонид машинально потер шею рукой, – Соревнования немного задержали ради него. Устроили, так сказать, антракт. Он должен был идти почти последний, седьмой вроде, большая часть спортсменов уже выступила к этому времени.

– Какая-то странная система, — сказал младший офицер, – Разве обычно борются не по системе туров?

– Миша победил в Гран-При Янера, и ему автоматически присвоили статус финалиста, – он развел руками, – Не придавайте значения.

Ты всем весом уперлась в стол. Он неприятно прогнулся под тобой.

– Мы расстались в холле спортцентра, я отдал ему его пропуск и бейджик, и Миша побежал в раздевалку, а я на трибуны. После этого я видел его только… – он сглотнул, – Простите, мне становится плохо, когда я вспоминаю эту картину.

– Очень сочувствуем вашей потере, – сказал офицер, – Если вам нужно немного воды скажите, – ты посмотрела на паренька подняв одну бровь, он пожал плечами.

Предлагать подозреваемым воды – не совсем твой стиль работы.

— Заметили что-нибудь странное в спортцентре?

Леонид долго молчал, словно подбирал слова, затем качнул головой, – Нет, ничего такого. Все было, как всегда. Много народу, шум, — он снова потер шею, будто этот жест мог успокоить его, – Хотя… – Мужчина пододвинулся к тебе, и осмотревшись по сторонам прошептал, – Залия не появлялась в зоне для родственников. Я хотел поговорить с ней о том, что произошло утром, но ее нигде не было. В следующий раз я увидел Залию только когда нас собрали в конференц-зале.

Младший офицер на этот раз прекратил писать и взглянул на тебя, явно ожидая твоей реакции. Ты, не торопясь, выпрямилась и сказала, – Вы подозреваете в убийстве ее?

– Да.

Ты забираешь кофе и воду из рук младшего офицера. Бутылку ставишь на стол, ожидая следующего подозреваемого, а со стаканчика снимаешь пластиковую крышечку. Кремовая пенка с глянцем переливается на свету. Ты вдыхаешь аромат, пахнет приторно сладко и отдает ванилью. Ты морщишься от этого запаха.

– Какой кофе ты купил? – ты садишься на стул, закинув ногу на колено, и делаешь глоток.

Парень садится на корточки у стены и кладет блокнот на пол, тоже отпивая свой напиток, – Латте с сиропом «Тирамису», как заявили маркетологи на кофейном автомате, – фыркнул он.

– Почему взял именно его?

– Ну, – он перебирает пальцами по дешевому бумажному стаканчику, – Говорят, сладкий кофе помогает от похмелья, – натянул сжатую улыбку, – Простите, – и спрятал лицо, сделав еще один глоток.

Наверное, ты выглядишь действительно ужасно, раз младший коллега тебя жалеет.

– Ничего, – выдохнула ты и отвернулась от него, – Спасибо за кофе, – сказала ты, вновь отпив латте.

На вкус вообще не тирамису. Но действительно *помогает*.

Дверь позади вас хлопнула и в импровизированную комнату допроса зашла молодая темноволосая девушка.

– Присаживайтесь, — сказала ты, поставив стакан на стол. Залия села перед тобой на пластиковый стул, – Расскажите, что произошло сегодня.

– Хочу сразу вас уведомить, что я не настроена на разговор, – она сложила руки на груди, – Но вы же не отпустите меня, пока я не отвечу на ваши вопросы, – ворчит она под нос, — Я пришла в зал около половины одиннадцатого. Взяла в буфете перекусить и пошла на трибуны, увидела, как моего молодого человека хладнокровно убивают, – она старалась звучать холодно, но ты чувствовала нервозность в ее голосе.

Ты переглянулась с офицером, он кивнул тебе, жуя булочку и открыл блокнот, — Ничего странного не заметили? – спросила ты. Залия помотала головой, – Все было как обычно.

А она немногословна.