Как и большинство служащих центрального аппарата гестапо на Принц-Альбрехт-штрассе, Буби Хартман в эти дни не уходил с работы из-за регулярных авианалетов англичан. Он спал на раскладушке. До трех часов ночи, когда ударила английская авиация, ему спалось хорошо. После получаса кромешного ада они улетели. Он плеснул в лицо холодной воды, сел за письменный стол и принялся читать документы. В следующую секунду в кабинет вошла Труди. «На прошлой неделе вы предупредили, что вас интересует все, что касается подполковника Гарри Келсо. — Она протянула ему листок с радиограммой. — Радисты только что получили вот это».

Он прочитал сообщение, и она спросила: «Вы известите барона?»

Буби отрицательно покачал головой: «Не могу себе этого позволить, Труди. Это пойдет к рейхсфюреру. Вызовите вестового». Он написал сопроводительную записку, положил ее в конверт вместе с радиограммой и заклеил его.

Гиммлер вызвал Буби уже в девять утра. Рейхсфюрер стоял у окна, наблюдая за происходящим на улице. «Еще одна кошмарная ночь, полковник, а этот толстый дурак Геринг клялся, что ни одна бомба не упадет на Берлин. Вот так Люфтваффе помогает нам выиграть войну. — Он повернулся к Буби. — Таким образом, именно на нашу долю выпала честь помочь фюреру исполнить его великое предназначение. — Он подошел к столу и взял листок с радиограммой. — Бог иногда смотрит с небес на грешную землю, полковник, и сегодня утром именно это и случилось. Я нашел для вас убийцу».

— Извините, но я не понимаю, рейхсфюрер.

— Это достаточно просто. Мы захватили подполковника Келсо, который служит в американских ВВС и часто пилотирует самолет Эйзенхауэра. Мы позволим ему бежать обратно в Англию, где при первой же возможности он с Эйзенхауэром разделается.

На какое-то мгновение Буби в голову пришла мысль, что Гиммлер сошел с ума. «Но, рейхсфюрер, зачем он будет это делать? И к тому же у него сломана лодыжка».

— Но у его брата-то не сломана, — улыбнулся Гиммлер. — Они внешне неразличимы, во всяком случае, меня так информировали. Им просто надо поменяться мундирами, вот и вое. Мы устроим так, что он благополучно сбежит из шато Морле, затем украдет самолет и улетит в Англию. Даже если его больше и не пригласят летать с Эйзенхауэром, добродетельный генерал наверняка захочет с ним повидаться.

Буби Хартман силился осознать сказанное Гиммлером. «Но, рейхсфюрер, чтобы барон фон Хальдер предстал в роли своего брата, ему нужно будет узнать о брате все, а это предполагает согласие полковника Келсо и барона с вашим планом».

— О-о, они согласятся. Особенно после того, как вы арестуете их мать сегодня утром. Тайно, разумеется.

Буби почувствовал дурноту.

— Вы, похоже, расстроены, — заметил Гиммлер. — Я думал, что вы с радостью ухватитесь за возможность послужить рейху, полковник. Это и вам пойдет на пользу, принимая во внимание ваших еврейских предков. — Буби оцепенел от ужаса, а Гиммлер мило улыбнулся. — Неужели вы могли предположить, что я не узнаю? Ваш отец ведь до сих пор жив? И его сестра?

Буби тяжело вздохнул: «Что от меня требуется?»

— Я всегда восхищался вашим прагматизмом. Итак, Жуэль Родригиш из португальского посольства переводится в Лиссабон дипкурьером. Вы повидаетесь с ним сегодня утром и напишете бумагу для его брата и Диксон, в которой изложите план операции и предупредите их, что прибытие в Англию барона —- вопрос нескольких дней. Завтра Родригиш вылетит в Лондон. Я не вижу, как мы можем проколоться. А вы?

У Буби пересохло во рту. «Согласен с вами, рейхсфюрер», — выдавил он.

— Прекрасно, полковник. Теперь, когда я сделал за вас вашу работу, будьте любезны, закончите ее.

Первым делом Хартман приказал Труди найти Жуэля Родри-гиша и передать ему, чтобы он незамедлительно явился за инструкциями. Затем он продиктовал письмо для Фернанду Родригеша и Сары Диксон, в котором детально изложил план, в общих чертах обрисованный Гиммлером.

Когда он закончил, на Труди лица не было.

— Какая свинья. Почему Келсо и барон должны согласиться на это? — спросила она.

Буби объяснил. Она побледнела еще больше.

— Перепечатайте письмо, — распорядился Буби. — Быстро. Затем выясните, где сейчас Макс, и закажите мне самолет, скажем, к трем часам. «Шторх» подойдет. Я поведу его сам.

— Пассажиры будут?

— Баронесса.

Эльза сидела в своем люксе в «Аддоне» у камина и читала журнал. Внезапно в комнату в сопровождении Розы вошел Буби Хартман. Баронесса протянула ему руку для поцелуя.

— Какая неожиданность, полковник.

— Я к вам с исключительно важной новостью, баронесса. Полковник Келсо был сбит прошлой ночью во время выполнения задания. Он находится в шато Морде, в Бретани. Мне приказано лететь туда и допросить его.

— Макс об этом знает?

— Нет. Но он будет информирован. Гиммлер разрешил мне взять вас с собой, если вы выразите такое желание.

— Могу я лететь с горничной?

— Конечно. Через час я пришлю за вами автомобиль. — Он надел фуражку, отдал честь и вышел.

В Ферманвиле был ранний вечер. Макс зашел в офицерскую столовую, чтобы пропустить стаканчик, когда там неожиданно возник Буби Хартман. Макс извинился перед сидевшими с ним офицерами и пошел его поприветствовать. «Буби, — он вопросительно поднял брови. — Что-нибудь случилось?» Буби жестом отослал официанта. «Ты ведь знаешь, где находится шато Морле?»

— Конечно. Там есть резервная база Люфтваффе.

— Я привез туда сегодня из Берлина твою мать.

Макс встревожился: «Она арестована?»

— Не из-за того, о чем ты подумал. Прочитай вот это. — Он вынул из кармана письмо и передал его Максу.

Рейхсфюрер СС

Берлин, апрель 1944

Предъявитель сего письма действует по моему личному приказу по делу, представляющему исключительную важность для рейха. Военные и гражданские власти обязаны выполнять любые его распоряжения.

Генрих Гиммлер

На документе также стояла подпись фюрера.

Макс вернул письмо Буби. «Твои полномочия, судя по всему, безграничны. Сейчас я бы не отказался выпить. — Он позвал официанта. —Два коньяка. Больших».

— Макс, ты отстраняешься от полетов.

— Даже так? — Официант принес коньяк, и Макс залпом выпил. — Я слышал, что в шато Морле расквартировано бронетанковое подразделение СС.

— Да. Оно подчиняется мне напрямую. Стальное кольцо.

— Потому что там моя мать?

— Нет. Потому что там твой брат.

— Гарри в Морле? — Макс побледнел. — Что это значит? Гиммлер так не любит счастливые семьи. Чего он хочет?

— Потом, Макс, потом. Собирайся, мы уезжаем.

Гарри, лежа на высокой кровати, листал журнал. Его левая нога была в гипсе и покоилась на подушке. В комнате появилась Эльза. Гарри посмотрел на мать с улыбкой: «Надо же, мутти, ты совсем не постарела. Невероятно!» Он уронил журнал и раскрыл объятия. Она бросилась к нему.

Прошло некоторое время. Эльза сидела у его постели.

— Так ты не знаешь, что здесь происходит? — спросил Гарри,

Она покачала головой: «Я рассказала тебе все, что знаю.

Макс, конечно же, передал мне твое предупреждение. Откуда у тебя информация?»

— Я выполняю особые задания британской разведки. У людей, с которыми я работаю, есть контакты в Берлине.

— Понятно. — Она зажгла сигарету. — Так ты не женат?

— Мутти, мне всего двадцать шесть лет.

— Отцу, когда он на мне женился, было двадцать два.

— Ну, что ж, я был довольно сильно занят.

Она кивнула. «У тебя есть девушка, достойная девушка?»

— Возможно. Ее мать была англичанкой, а отец — американский генерал. А сама она — прекрасный хирург.

— Это обнадеживает. Ты меня приятно удивил.

— Не надо, мутти. Она заслуживает большего.

Прежде чем она успела ответить, открылась дверь и вошел Буби: «К вам еще один гость, полковник». Он отошел в сторону, и Гарри увидел Макса.