Переводчика не было, но почему-то Клеон был уверен, что даже если вернется и уговорит проводника пойти с ним, толку будет мало. Как и в прошлый раз, вполне вероятно, жители деревни Пурос не поймут местного языка.

Медленно он шел по деревне, осматривая каждый дом. Деревня была обитаема, он видел движение между неплотно приколоченных досок к окнам.

Стучаться Клеон не стал, внутренне понимая, что это бесполезно. Однако ожидал, что выйдет хотя бы кто-то из местных, просто ради любопытства.

– Извините! Здесь есть кто-нибудь? Я – ученый. Исследую местные вулканы. Хотел спросить дорогу. – Клеон говорил достаточно громко, проходя по дороге между домами, и поворачиваясь на любое движение за окнами.

Так и получилось. Ожидания оправдались.

Непонятно из какого именно дома прямо перед ним на узкой дороге возникли двое, мужчина и женщина. Вроде пожилого возраста, но Клеон уже ни в чем не был уверен. Длинные, потрепанные одежды. Лица, замотанные платками до самых глаз. В это раз Клеон не собирался соблюдать правила приличия. Он внимательно вглядывался, стараясь запомнить как можно больше.

Глаза. Ну конечно, глаза. Откуда берется это ощущение, что у подошедших нет белковой оболочки, и глаза полностью заполнены маслянистым черным блеском? Клеон ничего не мог поделать с тремором, возникшим ниоткуда и постепенно охватывающим все тело. Дрожь становилась все сильнее.

– Извините. Здравствуйте еще раз, – Клеон понимал, что выбора у него нет, придется говорить на своем родном языке без переводчика. – Я ищу дорогу к вулканам, Серые вулканы, «Грисес Болкан».

– Ну разумеется, услышали они только «Грисес Болкан», – Клеон тихо сказал сам себе, наблюдая за тем, как резко изменились лица жителей деревни.

Парализующий страх сложно с чем-либо перепутать.

– Грисес Болкан. Андрон. Каелестес венире. Цетерус каелестес. Алии. – Женщина говорила отрывистыми короткими словами, постоянно оглядываясь по сторонам и на стоящего рядом мужчину.

Спасло то, что Клеон в молодости изучал латынь, как и множество других языков, которые давались ему легко. Он понимал, что слышит очень неправильную и ломаную речь на латыни. И от того, что мозг автоматически перевел, тщательно скрываемый страх прорвался в разумную часть мозга.

«Andron. Caelestes venire. Ceterus caelestes. Alii».

«Проход. Боги приходят, вернее прибывают. Боги прибывают. Другие боги. Иные. – Ужас ледяными каплями поднимался вверх по позвоночнику прямо к мозгу. – Почему люди заброшенных деревень с разных концов света говорят то же самое? И почему они одинаково выглядят?».

Клеон не смог сдержаться, и независимо от страха, пристально разглядывал лица и фигуры жителей деревни Пурос. В первый раз он не успел детально все рассмотреть. Теперь же заметил множество деталей.

Ощущение, что жители деревни только изображали немощность и убогость, демонстрируя сгорбленную позу, усилилось. Снова в мозгу четко появился образ, что под длинными ветхими одеждами скрываются гибкие и мощные тела, намного выше, сильнее и совершеннее человеческих.

Откуда взялись подобные мысли?

«Другие, – невольно возникла фраза, сказанная проводником. – Они другие. Он не сказал уродливые. Он не сказал больные. Он сказал – другие».

Черепа были существенно длиннее обычного человеческого. Уж в чем Клеон разбирался, так это в строении черепов и скелетов разных рас и субрас. Он обратил внимание, что вышедшие жители тщательно прятали руки, и одеяния были настолько длинные, что не видно было ступней.

Значит, согласно строению скелета, с учетом длины черепа, руки и ноги, особенно кисти рук и ступни ног также должны быть намного длиннее. Страх перекрыло любопытство ученого изучить редкие физические данные.

Клеон взял в себя в руки, потому что пока разглядывал жителей заброшенной деревушки, так и не узнал – где, собственно, находятся вулканы.

– Хорошо. Боги так боги. Как мне пройти к Серым вулканам, к «Грисес Болкан»? – Клеон отчетливо проговорил последние два слова.

Черные раскосые глаза, занимавшие пол-лица, казалось, стали еще больше. Мужчина резко помотал головой, явно зная значение жеста «нет».

«Скорее всего, пытается сказать, что мне не нужно идти к Серым вулканам, – подумал Клеон. – Ничего нового. Все говорят, чтобы я не ходил в те места, ради которых я, собственно, и собирал экспедиции».

– Грисес Болкан. Но. Но Грисес Болкан. – Женщина усиленно мотала головой из стороны в сторону, дублируя жесты мужчины.

«Это на тот случай, если я не понял с первого раза», – мозг Клеона автоматически переключался на сарказм, когда другие методы не работали.

– Хорошо. Вы можете показать, где это? В какую сторону идти? – задавал вопрос Клеон уже скорее по инерции.

– Они ничего тебе не скажут, – глубокий утробный голос прозвучал, мягко говоря, внезапно. – Они боятся. Ужасно боятся.

Наверное, если бы у подножья горы произошел ядерный взрыв, реакция Клеона была примерно такой же. Голос. Он знает этот голос.

– Анагиана? – автоматически спросил Клеон только потому, что ни с чем не мог перепутать хриплый голос женщины, которой не могло здесь быть.

Невольно он оторвал взгляд от местных жителей, хотя не успел полностью их рассмотреть, и посмотрел туда, откуда, по его мнению, мог идти звук.

Искреннее недоумение Клеона, вернее, полный ступор, вызвали сразу два события, произошедших почти одновременно. Вернее три события.

Во-первых, он прекрасно видел знакомый силуэт женщины, которую встречал раза три в своем родном городе. И если в горах он был уверен, что разговор ему приснился, то сейчас посреди белого дня он не мог ошибиться.

Во-вторых, он не понимал, как настолько четко мог услышать голос, если Анагиана стояла в самом конце деревни примерно на расстоянии ста метров. Причем стояла она на самом краю очень высокой скалы.

В-третьих, реакция. Страх жителей деревни от вопросов о Серых вулканах показался ничтожным по сравнению с реакцией на появление Анагианы.

Жители деревни находились ближе всего и поэтому Клеон не мог не заметить, как одновременно задрожали и мужчина, и женщина.

«Значит не только у меня возникает дикая дрожь на появление Анагианы», – мысль пронеслась в голове словно сама по себе.

Клеон не мог сказать, что испугались жители деревни Анагиану больше, чем упоминания о «других богах», прибывающих в Серые вулканы. Испуг был другим, что бы это ни значило. И реакция была молниеносной.

Исчезли жители буквально за несколько секунд. Промелькнула мысль, что он был прав – пожилые люди не могут ни ходить, ни бегать с такой скоростью. В резком исчезновении, однако, был один плюс. Каким-то образом, с женщины упал платок, который Клеон поднял чисто автоматически.

Образцы. На платке должны остаться волосы. Значит совершенно случайно у Клеона оказались образцы ДНК, которые он так жаждал заполучить.

Подумать об этом Клеон не успел, потому что снова услышал голос.

– Клеон! Не ходи к Серым вулканам, – несмотря на усиливающийся тремор, охвативший все тело, Клеон слышал в голосе Анагианы нечто наподобие мольбы. Как будто она пыталась выразить то, что чувствовать не могла.

Автоматически Клеон засунул платок в большой карман куртки и быстро пошел через всю деревню к стоящей на краю скалы женщины. Он все еще не понимал, как можно на таком расстоянии четко слышать голос.

– Анагиана! – Клеону пришлось крикнуть, когда он подошел немного поближе. – Как ты здесь оказалась? Что ты тут делаешь? Там же опасно стоять.

– Не ходи к проходу, – Голос приобрел повелительные нотки. – Не подходи к вратам и не спускайся вниз. Уходи. Просто уходи.

– Почему? Что это за проходы? Какие врата? – Клеон понимал, что задает вопросы в пустоту и не знал, слышит ли его Анагиана.

– Не подходи к проходам, Клеон, – в этот раз в странном утробном голосе слышалась теплота, словно женщина переживала за того, кто был очень дорог. – Это очень опасно. Уходи. Просто уходи.

Клеон уже практически приблизился к Анагиане, когда женщина исчезла. Какое-то наваждение. Почему в последнее время люди не ходят, как обычно, а просто появляются из ниоткуда и исчезают в никуда?