Я долго сидела одна на заброшенной спортивной площадке. Меня вдруг охватило странное ощущение уходящей, ускользающей от меня жизни. Я ничего не могу сделать, чтобы ее ухватить. Я лишь сижу и считаю свои потери, которых с каждым годом становится только больше. Я думала обо все своих болезненных «уже никогда». И вот теперь еще одно «уже никогда» поселилось в моей душе. И переполнило ее. Столько бесплодных попыток, столько вечеров жадного всматривания в экран… Я бы уже давно нашла Его, если бы это было возможно… Мне трудно было это принять… Но я поняла, что, наверно, никогда не найду Дима, никогда Его больше не увижу. Я горько вздохнула. Прошлое от себя отрывать тяжело, но это необходимо сделать. Я приняла решение Его забыть.
***
О принятом решении забыть Дима, хоть вслух и не высказанном, каким-то мистическим образом стало известно матери. С азартом и воодушевлением она предприняла попытку самостоятельно устроить личную жизнь своей непутевой безынициативной дочери.
– Доченька, я нашла тебе жениха!
Я восприняла эту «радостную» новость без энтузиазма. Но мать светилась от счастья: по меркам нашего городка это была завидная партия.
– Ты бы видела, какая у него машина! Самая крутая в городе! Соседки умрут от зависти!
Моя мать всегда мыслила совершенно чуждыми мне категориями. Ее глаза горели так, как будто мы сорвали джекпот.
– Он точно тебе понравится! – уверила она.
Только чтобы она от меня отвязалась, я согласилась на это «свидание» – с человеком, которого совсем не знала, с которым даже не была знакома.
Когда я впервые увидела «жениха» через лобовое стекло его машины, больше похожей на дом на колесах, у меня сердце в пятки ушло: в своем внедорожнике он напоминал огромный шар, застрявший в огромном параллелепипеде. На вид ему было лет на двадцать больше, чем мне. «Жених» с трудом вылез из салона, чтобы открыть мне дверцу, а потом с трудом упаковался обратно. Видно было, что от этих небольших усилий у него началась одышка.
«Он точно тебе понравится!»
Стараясь не глядеть на него, я кратко и сухо отвечала на его вопросы, понимая, что это первое свидание я сделаю последним, а дома выскажу матери все, что думаю об этом. «Жених» тем временем, украдкой меня рассматривал, словно прицениваясь. Нельзя было все время отворачиваться, поэтому из вежливости я взглянула на него. Он перехватил мой быстрый взгляд, и мне стало физически неприятно от того, как загорелись его маленькие заплывшие глазки. Чтобы как-то отвлечь его и тем самым избавить себя от этого разглядывания, я спросила «жениха», чем он занимается, на что тот подробно, в деталях, принялся излагать мне все тонкости своего дела. Его рассказ, длинный, скучный, похожий на презентацию бизнес-плана, ужасно меня утомил. «Жених» говорил о том, сколько денег он загребает и как легко ему это дается. Казалось, что с каждым произнесенным им словом монетка падает с его губ и звонко стукается об пол.
«Типичный делец! – вынесла я вердикт. – Скучный до тошноты!»
Но как хорошая воспитанная девочка я продолжала слушать, вежливо улыбаясь. Надо было придумать, как смыться, не обидев его.
– Ты извини, мне пора. Дела еще кое-какие вечером…
«Жених» выглядел разочарованным.
– А я думал, мы покатаемся…
Он обиженно выпятил толстую нижнюю губу. Я попыталась улыбнуться.
– Как-нибудь в другой раз.
«О боже, заберите меня отсюда!»
Я лихорадочно нащупывала рычажок, чтобы открыть дверцу. Вдруг с неожиданным для человека его комплекции проворством «жених» нагнулся в мою сторону и, схватив мою свободную руку, оставил на ней свой влажный поцелуй. Он не отпускал мою руку и настойчиво заглядывал мне в глаза.
– А может, все-таки сегодня?
Волна омерзения прокатилась по моему телу.
– Нет.
Нащупав, наконец, ручку, я открыла дверцу и вышла, нет, буквально выпрыгнула из машины. Пока я деревянной походкой шла к подъезду, я чувствовала, как взглядом «жених» буравит мою спину, словно уже почему-то считая меня своей собственностью.
***
– Вы договорились о свадьбе, когда я с ним даже не была знакома?! Вы нормальные вообще? Сейчас ведь не Средние века!
Мать удивленно округлила глаза.
– А что в этом такого? Все так делают. Я показала ему твою фотографию, и он согласился. Да кто ж мог подумать, что ты заартачишься? Ведь только дуры отказывают таким, как он.
– Почему? Потому что у него машина «самая крутая в городе»?
От унижения и возмущения я чуть не плакала. Мать перешла в наступление:
– Глупая! Тебе все соседки завидуют, а ты не понимаешь своего счастья!
В отчаянии она заламывала руки. Ее непослушной дочери, видите ли, не понравился тот, кого она нашла и одобрила!
– Да ты знаешь, сколько у него денег? Всю жизнь будешь как сыр в масле кататься!
– Если у него столько денег, зачем ему я? С такими деньгами он запросто может себе купить, ой прости, я хотела сказать найти любую другую девушку – более сговорчивую и «умную». Которая не отказывает таким, как он. Которая вообще никому не отказывает!
– Что ты такое несешь?! Ему понравилась ты!
Мы обе были накалены до предела. Я выдохнула, пытаясь успокоиться.
– Он мне неприятен. Понимаешь, о чем я?
Мать воздела руки вверх.
– Да какое это имеет значение? Да какая разница, как он выглядит! Да разве это главное в мужике? – она резко выдохнула. – Послушай! Ты уже взрослая, и не можешь этого не понимать. Приятен тебе мужик или неприятен – какая разница, если он способен обеспечить тебе безбедную жизнь!
Я смотрела на нее с сочувствием.
– Я не верю, что ты действительно так думаешь…
– А что ты хочешь? Это и есть взрослая жизнь, дочь. Да, вот она такая! Что мы можем с этим поделать?
Я не отвечала, продолжая покачивать головой.
– Ты что, хочешь остаться одна, без мужа? Ты что, хочешь, чтобы твоя старая мать совсем сошла с ума от беспокойства за тебя? Мне уже перед соседками стыдно: они все время спрашивают, когда моя дочь выйдет замуж и подарит мне внуков!
– ПЕРЕД СОСЕДКАМИ СТЫДНО?
Я думала, что вот сейчас я точно ее ударю. Но мать, внезапно согнувшись, присела на краешек дивана и зарыдала. Она вдруг стала какая-то маленькая, жалкая… Глядя на ее скрюченную фигурку со вздрагивающими плечиками, я почувствовала острую жалость к ней. Мой гнев тут же остыл. Я села рядом и обняла мать. Она повернулась и уткнулась носом мне в плечо.
– Пойми, это для твоего же блага. Я очень переживаю, что будет с тобой, когда меня не станет, а так ты будешь в надежных руках…
Я обреченно вздохнула. Мать еще что-то лопотала, но я ее не слушала. Смотреть на ее слезы было невыносимо. Я внезапно почувствовала безысходность и безразличие к своей участи.
– Ну, он неплохой человек… наверное.
– Конечно, – мать радостно утирала слезы, – вот и умница! Не отталкивай его: вдруг, что и получится у вас…
В нашу вторую встречу «жених» сразу попытался взять меня в оборот. Оказалось, он уже давно все продумал и решил за меня, что мне делать и как мне жить. Он рассуждал практично, по-деловому:
– Рисовать ты больше не будешь: времени у тебя на это просто не останется. Понимаешь, вот начистоту, только без обид: в голове у тебя пока – детская манная каша. Но ничего, я это исправлю. Да и твоя мать считает, что тебе пора заняться чем-то более серьезным. Повзрослеть, одним словом, остепениться.
Я мило улыбнулась ему.
«Все ясно. Значит, и об этом вы уже успели поговорить. Мать все тебе про меня выболтала …»
Мое молчание и загадочная улыбка озадачили «жениха», но он истолковал их по-своему – как знак поощрения. Он решил подробно изложить мне свое видение моего будущего. Оказалось, мой «жених» заранее, в подробностях, разработал бизнес-план нашей семейной жизни. Мне отводилась в ней роль не только его жены, но и личного помощника в бизнесе. А значит, самое время в этот бизнес помаленьку вникать. Даже не спрашивая, насколько мне все это интересно, «жених» долго и нудно, с еще большими подробностями, чем в прошлый раз, рассказывал о своем деле, которое у него поставлено на широкий поток. Он жаловался на необходимость неустанного контроля над жуликами-работниками, которые только и мечтают о том, чтобы его облапошить. Слушать его было невыносимо скучно, и я, отвернувшись, смотрела в окно, благо что «жениха» не смущало невнимание его вынужденного слушателя. Он так увлекся своим монологом, что даже этого не замечал. Он что, специально возит меня по тем же самым местам, по которым мы когда-то гуляли с Димом? Я злилась, как будто эти аллеи и улицы принадлежали нам, а этот чужой человек грубо пытался их себе присвоить, по-хозяйски проезжая по ним на своем огромном внедорожнике. Монолог «жениха» длился уже двадцать минут. Кажется, ему совсем не важно, что я думаю и слушаю ли я его вообще. Я поняла, что если буду с ним, то всю жизнь буду просто фоном, бессловесной вещью. Я повернулась и с возмущением посмотрела на него. Я разглядывала его, думая о том, что неужели вот этот неприятный, обрюзгший, до цинизма практичный человек действительно станет моим мужем. Да как такое может быть? Да кому только в голову могла прийти такая идиотская мысль? Я горько усмехнулась над той издевательской насмешкой надо мной, которую позволила себе моя Судьба:
