Хебат привлёк к работе своих Советников, но оказалось, что лишь двое из них, не считая Странника, прониклись новыми идеями Султана и готовы к активным действиям. Остальные вяло выполняли его поручения и недоуменно пожимали плечами. У Хебата даже появилась мысль сослать лентяев наместниками в регионы, но Мзурураджи остановил его. «Регионы должны осознать суть перемен и работать в унисон со столицей, – убеждал он Султана. – Если твои горе-советники устроят саботаж на окраинах, дело закончится бунтами и стычками с центральной властью. Нам нужны вменяемые руководители на местах». Хебат согласился с доводами Странника, но не позволил своим Советникам отлынивать от работы. Трое из них по приказу Султана отправились в Агабундо «на перевоспитание». Оставшиеся «саботажники» мигом осознали свои ошибки.

Крайне удивляя Странника, на ведущие роли в деле обновления Султаната Берсату и преобразования союза двух стран в объединённое государство вышли Вухуакуо и Хао Жу. Философ без устали устранял пробелы Хебата в его однобоких знаниях истории развития государств мира и не позволял ему принимать скоропалительные решения. Успевший почувствовать на себе ужасы и тяготы братоубийственной войны, Дикобраз деятельно помогал Султану сохранять порядок в армии, перенастраивать систему безопасности внутри страны и на её границах. После трёхдневного результативного визита в Берсату Фарх и Алсу вернулись домой, а Вухуакуо и Хао Жу остались в Султанате по личной просьбе Хебата.

Неожиданно важную роль при дворе Султана стала играть его ближайшая подруга Роя. Она коротко сошлась с Алсу и быстро нашла с ней общий язык в вопросах культурного сближения двух государств. Вскоре Роя наладила отношения и с Ушинди Ва Имани, живо интересовалась у неё особенностями образа жизни людей на других континентах. Нередко они присутствовали при обсуждении животрепещущих вопросов между Хебатом, Странником и Вухуакуо, а порой и участвовали в спорах, оказывая влияние на принятые решения.

Живые подарки Султана Страннику – Фаина и Алевтина приняли активное участие в обновлении системы безопасности дворца, а затем и столицы Берсату в целом. Ею, вместе с одним из советников Хебата, руководил Дикобраз. Через месяц с первыми переселенцами из Агабундо к Хао Жу приехала его семья. Королевские подданные селились на свободных землях вдоль русла реки в окрестностях Хати. Они занимались земледелием, мелиорацией полупустых земель, ремёслами. Местные жители поначалу встретили чужаков настороженно, но быстро заинтересовались незнакомыми способами хозяйствования, завязывали добрососедские, а со временем и родственные отношения. Новая жизнь пошла своим чередом...

- Не следует преувеличивать мою роль в изменении жизни, в преобразованиях двух государств, – настаивал Странник в разговоре с Вухуакуо наедине. – Гораздо важнее не позволить людям забыть об эволюционных, гуманистических идеях наших предков. Желательно, не искажая их сути, адаптировать мудрые мысли к изменяющимся реалиям и доносить до максимального числа людей. Например, я часто ссылаюсь на Белого Волка, но не идеализирую его.

- Почему? – удивился Философ. – Слово покойного Императора легче доходит до людей, считающих Ричарда легендарным персонажем. Многие обожествляют Белого Волка, особенно женщины.

- А я категорически не желаю, чтобы мой друг после смерти превратился в идола! – нахмурился Странник. – Моя цель – нести людям его живое слово, и ты – достойный продолжатель моего дела. Обретая новые возможности, Вухуакуо вряд ли осядет в Берсату или надолго вернётся домой в Агабундо. Я вижу, как влекут тебя новые просторы и открытия. Не пройдёт и года, как ты отправишься в странствия. Философу есть что увидеть и что сказать новым знакомым...

- Нести человеческую мудрость, цитируя Белого Волка и Странника – ответственная деятельность. Справлюсь ли я? – засомневался Вухуакуо.

- Несомненно, – уверенно ответил Мзурураджи. – В тебе нет страха, а от случайных неприятностей Философа уберегут спутницы.

- Спутницы?.. Такие, как твоя Ушинди Ва Имани? – заинтересованно переспросил он.

- Свою Имани тебе ещё предстоит отыскать, – заулыбался Странник. – А телохранители весьма пригодятся странствующему мудрецу в грядущих путешествиях, не правда ли? Насколько тебе известно, Хебат одарил меня двумя амазонками. Знаю, что Султан намерен вручить подобный подарок и тебе. Конечно, даже дорогого гостя не пустят в гарем властителя Берсату, но, если ты доверяешь Имани, она выслушает твои пожелания и подберёт подходящих спутниц.

- Ей я доверяю, несомненно, однако... – озадаченно покачал головой Вухуакуо. – Постоянной женщины у меня не было давно, а тут сразу две?.. Нет, от подобных перспектив отказываться я не стану, но ответственность... Не только телохранители должны заботиться о хозяине, но и он о них.

- Философ, ты забываешь, что находишься на службе Короля Агабундо и Султана Берсату! – похлопал его по плечу Мзурураджи. – Вухуакуо – материально обеспеченный мужчина, способный позаботиться о своих спутницах. А Ушинди Ва Имани приведёт тебе не домоседок и лежебок, а женщин, мечтающих о дальних странствиях с самостоятельным мужчиной, настоящим хозяином... Кажется, я чрезмерно увлёк тебя разговором об амазонках?

- Нет-нет, Волчий Глаз зрит в корень! – потёр лоб Философ. – Некоторые вопросы мужчине следует решить заранее, чтобы не отвлекаться на них позднее, быть может, в самый неподходящий момент...

Лишь несколько месяцев спустя у Мзурураджи появилась возможность спрятаться с женой в укромном живописном уголке Султаната и привести в порядок мысли в своей голове.

- Мне нельзя оставаться на долгое время в одном месте, – задумчиво рассуждал Странник. – Я начинаю привыкать... Сейчас я чувствую Берсату своим новым домом, о котором следует заботиться...

- А полгода назад ты так же относился к Агабундо, – улыбалась ему Имани.

- Верно, – вздохнул Мзурураджи. – К Королевству Фарха я тоже не могу относиться равнодушно, и обязательно хочу вернуться туда к окончанию строительства Софийского Собора.

- Однажды ты сказал, что твой дом – весь земной шар, – положив голову на плечо Странника, напомнила ему жена.

- И снова ты права, – с прищуром взглянул на неё Волчий Глаз, – именно поэтому мне нежелательно задерживаться на одном месте. Я должен чувствовать дыхание жизни, ветер свободы... Вероятно, это чувство и соединит нас с тобой однажды окончательно и бесповоротно.

- Уже соединило! – поправила его и отчего-то загрустила Ушинди Ва Имани. – Я-то надеялась, что после того, как ты уничтожил демона...

- Мы вместе стёрли его с лица земли, – теперь поправил её Странник.

- Да... Мы... – вздохнула Вероника. – Но и это не отменило твоего обета. Ты так и не определился с главной целью?

- Знаешь, – доверительно заговорил он, нежно обняв жену, – теряя последние силы там, в каменной пустыне, я увидел, скорее почувствовал... Не могу внятно объяснить видение, казавшееся странным, предсмертным бредом... Обещаю, что поделюсь с тобой своими мыслями после того, как мы с тобой… обвенчаемся в Софийском Соборе.

- Ты понимаешь, что сейчас произнёс?! – вздрогнула Вероника. – Странник признает Ушинди Ва Имани своей женой перед Богом и людьми?

- Не так, девочка моя, – улыбнулся Мзурураджи. – Наш союз будет освящён Его светом и любовью...

- Хочу сейчас же, немедленно посмотреть, как продвигается строительство Собора! – рассыпая по плечам шелковистые чёрные волосы, тряхнула головой темнокожая красавица Вероника.

- Ну, это не так сложно, как можно себе представить, – засмеялся Странник. – До перехода отсюда рукой подать...

Невидимыми тенями они прошли вокруг прекрасного строения, сама мысль о появлении которого казалась сказкой ещё год тому назад, а затем проскользнули внутрь здания. В Софийском Соборе велись отделочные работы, которыми руководили… первая ученица Белого Волка Дебора, Королева Анна и Лесная Птаха – Проводник Белого Волка. Волчий Глаз вздрогнул от неожиданности, едва не выпал из режима невидимости и чуть не столкнулся с Дэбби. Во избежание новых столкновений, он отошёл в боковой предел Собора и присел на пол, прислонившись спиной к побеленной стене. Имани тут же пристроилась рядом. Невидимая пара с восхищением смотрела по сторонам, стараясь не издавать громких звуков и не жестикулировать. Странник лишь растерянно покачивал головой, когда… к нему подошла Леся и тихо, но отчётливо произнесла: «Через полчаса в пещере». Голова Мзурураджи пошла кругом, но он взял себя в руки и вывел жену из здания. Очутившись в пещере, она воскликнула горячим шёпотом: