Мобильный издаёт сигнал о новом сообщении.

Итан:

Тоже соскучился. Можешь выходить. Жду тебя около дома.

Собираюсь за рекордно короткие сроки и уже через двадцать минут подхожу к моему парню, обнимаю его за талию и еле уловимо целую. Как же приятно, когда тебя не держат глупые оковы. Теперь ощущаю себя птицей, парящей в небе. Тепло взаимных объятий заставляет улыбаться. И впервые мне кажется, что я попала на страницы самого красивого любовного романа. Надеюсь, что в нашей истории не будет неприятных поворотов, а концовка - обязательно хеппи-энд.

– Оказывается, ты можешь быть не только колючей? Или мне стоит ждать подвоха “Мисс, тебе ничего от меня не светит”, – Итан ухмыляется, как последний засранец, припоминая мне мои же слова.

– Хочешь проверить мою выдержку? И, чтобы я реализовала свои угро…

Окончание тирады заглушает собственнический поцелуй. Ньюман сминает мои губы, прикусывая нижнюю. Лёгкий укол боли сменяется удовольствием. Стон непроизвольно рвётся наружи и тут же тонет в нашей страсти. Горячий язык Итана с напором проникает в рот, играя с моим. Ноги подкашиваются от такой настойчивости. Я явно не была к этому готова.

– Я в силах взять сам всё, что хочу. Тем более ты совсем не сопротивляешься, – он отстраняется. Сбившееся дыхание, высоко вздымающаяся сильная грудь и самодовольная ухмылка на красивом лице показывают, что Итан едва не потерял самоконтроль и не закинул меня на капот. – Что за груда металлолома у тебя стоит около дома?

Он с отвращением смотрит на мою красоточку, кривя губы. Конечно, моя машина не сравниться с его громилой. Но я довольна, что смогла приобрести хоть какое-то средство передвижения. К тому же она очень экономичная на расход бензина. И в случае необходимости Купер сможет починить её сам.

– Знакомься, это Бусинка, моя первая машинка, – показываю в сторону ладонью и не могу сдержаться от довольной улыбки.

Завтра первый раз поеду в колледж за рулём собственного авто. Сомневаюсь, что Итан согласится, чтобы я сейчас нас покатала. Хотя мне бы безумно хотелось ощутить лëгкую вибрацию мотора, волнение от скорости.

– Если ты выбирала способ покончить с собой, то могла загуглить что-нибудь поинтересней аварии, – всё также с пренебрежением ворчит Итан. – У машины вид, словно она готова развалиться в любую минуту. Я не разрешаю тебе ездить на ней.

Первый раз вижу его ворчание. Но у меня слишком хорошее настроение, чтобы обращать на такие мелочи внимание.

– Сделаем вид, что я этого не слышала, А завтра ты меня встретишь уже в колледже, но сегодня, – стою спиной к дому, чтобы Марта не увидела моих действий, мало ли ей станет любопытно. Запускаю ладони под футболку Итана и провожу по напряжённым мышцам пресса, спускаясь к поясу джоггеров. – Куда поедем?

Он бросает взгляд на окна моего дома, затем переводит на меня, и я замечаю вспыхнувший ураган в янтарных радужках. Неутолимый голод разжигается с каждой секундой всё сильнее.

– Как ты себя чувствуешь? Дискомфорт прошёл? – он смотрит на низ моего живота, многозначительно выгнув бровь. – Скажи, что всё хорошо, а то я не выдержу. Хочу тебя, пиздец как сильно. Только и думаю, чтобы оказаться внутри тебя.

От такого откровения щëки вспыхивают, а между ног разливается приятное тепло. Всего пара пошлых фраз Итана хватает, чтобы пробудить во мне желание.

– Марта дома. На другой вопрос - чувствую себя хорошо, – прижимаюсь щекой к его груди, чтобы не встречаться взглядами.

Даже после всего, что между нами было, я до сих пор не могу чувствовать себя полностью раскованно. А вдруг в этот раз будет так же больно, как и в первый? Итан ощущает напряжение, сковывающее моё тело. Гладит по позвоночнику, целует в висок.

– Второй раз не должен быть болезненным. Если ты не готова, то мы просто покатаемся по городу.

Так мы и сделали. Вечерние улицы Чикаго, мелькающие в окне, успокаивают. Мы проезжаем мимо Линкольн-парка. Появляется мысль попросить Итана остановиться и прогуляться, но мне не хочется терять чувство уединения. Молчание не напрягает, а ладонь Ньюмана на моём бедре посылает приятные импульсы по всему телу. Терпение рушится, подобно хрупкому стеклу.

– Хочу потрогать тебя, – с любопытством смотрю на пах Итана.

От неожиданности машина дëргается и чуть не глохнет.

– Малышка, ты точно сведëшь меня с ума. Разве так можно? – мы выезжаем на круговую и разворачиваемся.

– Ты не хочешь этого? – уже жалею, что сказала.

Я ещё ни разу не прикасалась к нему, и любопытство слишком велико. Но, возможно, Итан не хочет моих прикосновений и привык всю инициативу брать на себя. Совершенно не знаю, что ему нравится.

– Ты ещё спрашиваешь, – рычит он. – Чëрт, да я от одной мысли о твоей руке на моём члене готов кончить. Не лучшее время ты нашла для таких разговоров. Как мне теперь вести машину, когда думаю совершенно о другом, а мой член находится в полной боевой готовности?

От подобного признания бросает в жар, а бёдра непроизвольно сжимаются. Но мне и правда хочется проявить инициативу. Кружащий вокруг аромат парфюма Итана лишь усугубляет ситуацию. От кожаного сиденья жарко, а я вспоминаю, какой жар исходит от тела Ньюмана. Он и сейчас на расстоянии готов спалить своей близость. Но вопреки законам самосохранения, хочется нестись вперёд, к обжигающим языкам пламени и молиться, чтобы они меня не уничтожили.

– Хочу попробовать тебя, – мозг окончательно перестаёт контролировать мою речевую функцию, и слова вырываются быстрее, чем я осознаю своё желание.

Машина снова дёргается, и тяжёлое дыхание Итана становится более отчётливым. Опускаю взгляд на его пах, вижу очертание каменной эрекции сквозь ткань хлопковых брюк. В груди одновременно всё трепещет от волнения и дрожит от предвкушения. Хочется сказать, что поторопилась, не готова и одновременно упрямо стоять до последнего, наслаждаясь игрой. До чёртиков нравится наблюдать, как он теряет голову, самообладание и меняется, поддаваясь моим действиям.

Или это я меняюсь? Плевать! Главное, что мне нравится игра.

– Что ты сказала? – глухой рык вырывает из размышлений, заставляя поднять глаза и встретиться с огнём, бушующим в растопленной карамели.

Оказывается, мы съехали на обочину и остановились, а я даже не заметила. Пульс слишком громко колотится в ушах, заглушая все окружающие меня звуки. Облизываю нижнюю губу, вспоминая привкус поцелуев, которые слишком свежи в памяти. Но этого мало. Хочу большего. Всего его. Только боюсь сделать что-то не так. Хотя… К чёрту страх.

– Хочу, чтобы ты кончил мне в рот, – произношу с придыханием, а Итан запрокидывает голову и протяжно стонет.

Более не жду ни секунды. Щелчок. Отбрасываю ремень безопасности и выхожу из салона. Лицо ласкает осенний ветер, немного остужая кожу. Только этого не достаточно. Наверное, нужно сгореть заживо в нашей страсти и лишь потом ощутить облегчение. В голове что-то щёлкает, и я осознаю простую истину. Ничего не могло быть по другому. Уже при первой встрече искра вспыхнула между нами и с каждой минутой становилась более всепоглощающей. Сколько бы мы не сопротивлялись ей, стихия рано или поздно всё равно поглотила бы нас. Наше безумие было заранее предрешено, и теперь остаётся только наблюдать и гадать, чем же всё закончится.

Надеюсь, мы выстоим и не сломаемся.

На дрожащих ногах обхожу капот зверюги Итана, распахиваю водительскую дверь и ловлю на себе удивлённый, но в то же время жадный взгляд. Не получается ничего сказать, язык присох к нёбу. Кивком прошу Ньюмана подвинуть сиденье назад до максимума. И он понимает.

Молча выполняет, приподнимает бровь, с вызовом ожидая моих дальнейших действий. Чёрт, не могу отступить. Порывы ветра от мимо проезжающих машин чуть не сшибают с ног. Никому нет до нас дела, как впрочем и нам до остального мира. Сейчас я сконцентрирована только на той необъятной бесконечности, которая разрастается внутри меня. И это далеко не пустота. Она наполнена разрядами молний, яркими вспышками счастья и головокружительной влюблённостью. Не хочу влюбляться, но глупое сердце не спрашивает разрешения. Берёт и устраивает Итану полный карт-бланш с экскурсией по всем моим эмоциям и чувствам. Они с лёгкостью читаются в моих глазах, от которых он не может оторваться.