– Как всегда, – пробурчал Далариан. – Никаких ответов. Ещё… гродая начала сильнее цвести. Как будто рада зеркальной деве.

– Может и рада. А может… уже ждёт на том свете.

– И почему она внезапно расцвела на ровном месте в моей спальне? Это богиня её вызвала?

– Нет. Это ты вызвал бурное цветение гродаи в своей спальне.

– Как?

– Скорее всего, ты сильно возжелал богиню, и это чувство дало выход твоей силы в комнате в виде гродаи.

– Что за бред? Я что цветочная фея?! Я – мужчина, воин, повелитель Амарии!

Шаман снова пожал плечами.

– Это всё так, однако…

– Ладно. – Махнул рукой в перстнях. – Тебя слушать себе дороже. Прощай. Я отвезу её обратно.

– На всё воля Морага.

Далариан фыркнул и вышел из бамбукового дома шамана, находящегося за его замком в долине водопадов.

Шаман, стоял в дверях, смотря ему в след. А вокруг по лутки двери неожиданно разветвилась гродая и расцвела.

Он поднял седую голову, вдохнул пряный аромат, и уголки его морщинистого рта чуть приподнялись.

– Тебя ещё столько всего ждёт впереди. И только вы сами должны решить её судьбу. А какова она даже мне неизвестно.

Небольшой отряд сопровождал повелителя и его прекрасную невольницу к зеркалу переговоров. Амарийцы молча наблюдали за ним, не понимая, зачем он туда едет, если всегда к зеркалу они шли только раз в год. Мораг освящало их оранжевыми лучами, преломляясь в золотой броне воинов, создавая зеркальные блики.

Далия с тоской выглядывала из паланкина, любуясь статью повелителя: крепкой спиной, мягкими волосами, лежащими локонами на широких плечах, сильными руками, сжимающими кожаные поводья годарбака. Такого же гордого, как и наездник.

«Почему он хочет избавиться от меня? Ведь желает же, значит, может взять в жёны и всё бы у нас сложилось. О Мораг! И… как там брат? Наверное, весь Ротанг перевернул в поисках меня. Он всегда относился ко мне снисходительно как к малому дитя. Хотя… по сути, я такая и есть: наивная, слабая, влюбчивая. Как можно было влюбиться в первого же мужчину не из нашего Зазеркалья? Ещё и глупая. Но… Далариан так красив, силён, горд. Даже то, как он держит голову, уже выдаёт в нём особу королевских кровей. Мой брат – король Зазеркалья – Бог. А Далариан – повелитель Амарии. И… если я не ошибаюсь, в нём тоже есть какая-то не человеческая сила. Его глаза иногда сияют как у нас. Однако… почему же я тогда такая слабая? И часто лью слёзы. Ах, как глупо. Где же моя сила?»

Развернула руки ладонями вверх и уставилась в них.

– Сила?.. Где ты?

Пыжилась, пыжилась и ничего. Снова выглянула из паланкина и, заметив зеркальные блики, ощутила такой острый голод, что громко сглотнула. Далариан, ощутив её взгляд на себе, оглянулся. Их глаза встретились, и каждый увидел те золотые искры, которые олицетворяли божественную силу. Он сразу отвернулся. Она вздохнула и задёрнула шторку. Откинулась на подушки и закрыла глаза.

– Нет. Почему он сердится на меня? В чём я виновата? И ещё… я хочу есть.

Снова выглянула и крикнула:

– Остановитесь.

Её крик не казался громким, наоборот, снова каким-то завораживающим для всех. Повелитель поднял руку в кожаной перчатке и отряд остановился. Он подъехал, приподнимая бровь.

– Я хочу есть. – Прошелестела.

Далариан неподдельно изумился.

– Тебя не покормили в гареме? Я накажу Гайду.

– Дело не в этом. Еды у вас там хоть отбавляй, только…

Замолчала, опустив глаза и теребя кисть паланкина.

– Договаривай. – Его тон стал серьёзен. Воины напряглись.

– Я не ем человеческую пищу.

Он распахнул глаза.

– Вот это новости! А что же ты ешь?

– Зеркальные блики.

Мужчина на миг потерял дар речи.

– Повелитель… – Аккуратно позвал его Гал.

Тот повернулся к нему.

– Возможно, зеркальная дева имеет в виду это? – указал на бегающие по броне зеркальные вспышки.

Далариан всё с тем же недоумением посмотрел на Далию.

Она лучезарно улыбнулась и кивнула.

– И как же ты их будешь есть?

– Разрешите мне спуститься, и я их буду ловить, только пусть ваши воины не двигаются.

Он помог ей выйти из паланкина, сам снял, взяв за тонкий стан, и поставил на Ротанг.

Девушка прыгала вокруг воинов и ловила блики, засовывая в рот.

Все мужчины были ошеломлены, но никто не проронил ни слова.

Наевшись, девушка подошла к повелителю.

– Я готова ехать. Этого мне хватит очень намного дней.

– Зеркальное чудо.

Он опять поднял её и помог влезть в паланкин.

Отряд медленно двинулся дальше.

Вскоре она задремала, и ей приснился необычный сон:

«Разъярённый брат увидел её и Далариана. Далия не успела объяснить ему ничего. И он, собрав руками мощную зеркальную энергию, бросает в него. Она впилась в него сотней зеркальных пик. Далариан падает на колени. Истекает кровью. И…»

– Нет! – Далия вскрикивает и просыпается.

Со страхом осматривается: всё тот же паланкин: цветастый изнутри.

«Нет. Этого не может быть. Далариан не должен погибнут. Брат как всегда спесив и гневлив. Он не даст мне ничего объяснить. Что же делать? Мораг! О Мораг, помоги!»

Дорога вильнула. Паланкин поставили на Ротанг. Далия замерла, с напряжением, смотря на шторку.

Через минуту её резко отдёрнули.

– Мы на месте. Выходи.

Голос любимого был жёсток. Она медленно вышла.

Здесь опять бушевал ветер. Зеркало, будто гудело. Девушка сделала маленький шаг, и очередной порыв ветра сорвал с головы капюшон. Воины – охранники повелителя подсознательно уставились на красавицу. Таких они тоже видели впервые. Маленькое лицо, тонкие черты, длинные, густые, вьющиеся волосы взметнулись за ней, будто золотой плащ. Многочисленные золотые украшения добавляли ей некой звёздности. Не девушка, а луч Морага. Каждый мужчина ощутил некое замешательство, невольно вспомнив, как мельком видели её обнажённой, тогда когда она выпала из зеркала в руки повелителя. В тот же короткий момент, когда она прыгала за зеркальными бликами, капюшон был плотно завязан, да они и не разглядывали её.

Далариан, заметив замешательство своих воинов, поднял капюшон девушки и надел обратно.

– Придерживай его и опусти глаза вниз! Ты – всё ещё моя невольница! И не смущай своей красотой моих верных воинов. – Жёсткий тон любимого мужчины полоснул по ней как кинжал.

– Простите. – Прошептала. Завязала капюшон, но завязки мало что давали, ветер грозил снова его снять, и ей пришлось его придерживать одной рукой, так как за вторую повелитель схватил и подвёл её к зеркалу.

– Зеркало переговоров, забери свою зеркальную деву! – проорал. – Она не может оставаться в моём мире и… замке. Хотел крикнуть: «Сердце», но не смог.

Все устремили настороженные взгляды на гудящее зеркало, однако ничего не происходило, кроме звука завывания ветра.

Прождав несколько минут, Далариан повторил те же слова и снова ничего.

Он рассердился и размахнулся для удара в него. Далия сжалась. Бить в зеркало переговоров вообще нельзя. Последствия могут быть непредсказуемы. Кулак мужчины врезался в зеркальную гладь и…

Вокруг пары завертелось тысячи зеркальных осколков, не причиняя им вреда. Они создали зеркальную феерию, заполняя пространство серебром и светом. Множество радужных огоньков замелькало в сознании. Казалось, оно на миг отключилось. Далия попыталась осмотреться, но не получалось. Далариан продолжал крепко держать её за руку. Вспышки одна за другой сверкали со всех сторон, создавая хлопки. Особенно мелькал серебристый цвет, так похожий на само зеркало. Туманные всполохи витали вокруг как огромные листья. Искорки завораживали обоих и не давали возможности даже заговорить друг с другом. Мужчина попытался обнять девушку, чтобы выбраться из всего этого разноцветного хаоса. Спустя несколько бесполезных попыток, всё же схватил её и прижал к себе. Зеркальный яркий свет пробежал по глазам, и они погрузились во тьму.

Пришли в себя вместе. Далариан, смотря перед собой, нахмурился. Встал, отряхнулся от зеркальной пыли. Помог подняться Далии и оглянулся. Зеркало мира было так далеко, что утопало в тумане и лёгком серебристом сиянии.