– Я,вообще, со своей мамой поговорил – продолжил Андрюшенька – и она сказала, что из этого училища можно будет перейти в Плехановский институт!
– Как это?! – удивился я – ведь оттуда уже не слиняешь, если присягу дашь.
– Проф, ты странный. Никто сразу линять и не собирается. Можно год отучиться, а потом вдруг у тебя язва откроется или геморрой в сложной форме…
– Что за геморрой в сложной форме?
– У тебя зубы когда-нибудь болели?
– Конечно!
– Так вот, представь, что у тебя полная жопа больных зубов – это и есть геморрой!
– Невесело.
– Согласен, но можно придумать любую болезнь, не обязательно гимор.
– То есть, ты предлагаешь поступить, а потом закосить? А ты уверен, что всё у тебя получится?
– «Делай, что должно, и будь что будет» – отмазался Андрюшенька поговоркой братьев-масонов и перевёл разговор на другую тему – может, в Москву сгоняем, по пивку встрянем?
– Ну да, по пивку – повеселел Серж – а то несёте тут всякую херню! А служить надо честно, если пошёл – нечего косить!
– Никто косить и не собирается – надулся Лунатик – я ж это так, теоретически.
– В бубен бы тебе зарядить за эту теорию! – Серж потряс перед носом Андрюшеньки тяжёлым кулаком и сплюнул в сторону.
– «Ребята, давайте жить дружно» – выступил я в роли мутного кота Леопольда, который пытался дружить с мышами-пакостниками, не зная о том, что ещё древнегреческий философ Гераклит сказал: «Война отец всех» и был прав.
На следующий день с высочайшего дозволения предков мы втроём отправились в «Оружейную палату», если так можно было назвать парк Сокольники, который ещё с детства был нашим любимым местом в столице.
По всему парку из допотопных репродукторов неслись переделки хитов UFO, Smokie и Baccara, записанные «Весёлыми ребятами».
– Вотки найду?! – подражая скрипучему Крису Норманну, пропел Серж и показал нам головку «малышки» спрятанной в сумке с надписью «Москва. Олимпиада 80» – чё, по стопездесят?
– Не, ты погоди, я тут место одно знаю, где пиво есть «Останкинское» в маленьких таких бутылочках, тёмное и убойное. Сейчас мы его купим, а потом всё остальное.
– Тоже нехило – согласился Серж – давай, веди.
– Ты что же это, без нас тут промышляешь? – спросил я – договаривались ведь всегда вместе ездить.
– Понимаешь, тут такое дело, старухан, ко мне на пару дней брат из Тюмени приезжал, ну мы с ним и зависли. А у него здесь дальняя родственница «Фантой» на разлив торгует… Вобщем, отгрузила нам килограмма два порошка, апельсинами пахнет. Думаю, хорошо бы его водкой разбавить – Лунатик достал из кармана небольшой полиэтиленовый пакетик с жёлтым порошком – вы как?
– Что ж ты, слон аморфный, раньше-то молчал?! – Серж крепко сжал Андрюшеньку в своих медвежьих объятьях и поцеловал в макушку – жизнь-то налаживается!
– Давайте, пока мы всё не наладили, придумаем, что скажем родакам насчёт Оружейной палаты – сказал я – надо , чтобы мы говорили одно и то же.
– А что тут думать – на ремонте она – быстро сообразил Андрюшенька – и запомнить легко, и предки проверять не поедут.
– Вот это алиби – Серж уважительно похлопал Андрюшеньку по плечу – не доебёшься. Всё, пошли в палату!
В то время, как мы оживлённо обсуждали план «боевых действий», мимо нас, шатаясь, продефилировал сильно пьяный гражданин крестьянской внешности с пустым пластиковым стаканчиком в руке. Размахивая этим стаканчиком и перекрывая своим сочным басом пердёж репродукторов, он с надрывом орал «Катюшу».
– С утра выпил – весь день свободен – с завистью произнёс Серж и хотел сказать что-то ещё, но вдруг замолк и мотнул головой, указывая в сторону «зелёных насаждений».
Из аккуратно подстриженных кустов вышли двое крепких парней в одинаковых костюмах и подошли к мужику. Ни слова ни говоря один из них коротко ударил «певца» под дых, а второй заломил ему за спину руку и достал из кармана рацию. Спустя пару минут подъехал небольшой фургон без опознавательных знаков, в который и был загружен нарушитель общественного порядка. Фургон быстро укатил, а парни заняли своё место в кустах.
– Ты это видел? – спросил Лунатик, глядя на Сержа – вот и нас также свинтят! Не, здесь пить нельзя.
– Сам говорил, что если хочешь спрятать – положи на видное место – сказал Серж и развёл руками – идём за пивом. Это – приказ по части и обсуждению не подлежит.
– Ну, ладно – нехотя согласился Лунатик – только давайте я вам сначала анекдот расскажу, а потом пойдём?
– Рассказывай, только недолго, а то у меня слюни уже текут, как у собаки
– В одном сказочном королевстве жил король, а у короля был сын, у которого в заднице вместо дырки была замочная скважина для ключа. Когда сыну исполнилось три годика , он подошёл к королю и спросил
– Папа, а зачем у меня в попе замок?
– Есть тут, сынок, один маленький секрет. Подрастёшь скажу – ответил король и ласково погладил мальчика по голове…
– Хорош сиськи мять, давай короче – прервал Андрюшеньку Серж – а то он так до тридцати лет к нему будет ходить!
– Ну да, до тридцати трёх. Король сына этого мудака всё отговаривал, а он всё клянчил и клянчил. Король не выдержал и дал ему ключ от этого замка, он сунул его в задницу, провернул и развалился на части! Мораль: не ищи на свою жопу приключений!
– А мы здесь при чём? – Серж раздражённо посмотрел на Андрюшеньку – плохой анекдот. «Уж если я чего решил, то выпью обязательно»! – процитировал он Высоцкого – пошли!
– Мы, кажется, не хотим жопу свою поберечь – я кивнул на торбу Сержа – «Мальтус» в такую жару не очень попрёт.
– Да, ладно, всё будет тип-топ, или вы хотите в Третьяковку? – Серж с ухмылкой посмотрел на нас с Андрюшенькой.
– Нет!!! – громко проорали мы , и Серж с победным видом повёл нас к новым приключениям.
Мы купили «Останкинского» в одном из летних кафе и там же, вместе с «малышкой» Сержа его выпили. Я посмотрел на эскадру облаков, плывущих курсом норд-вест, и забылся. Жизнь была прекрасна и удивительна, а Москва в тот момент показалась мне самым чудесным городом в мире! Так , вероятно, и было, потому как в своей жизни городов я особо и не видел. Когда мы с папашей служили на Кольском полуострове до ближайшей железнодорожной станции было почти сто километров, и я жаловался приехавшим с «Большой Земли» пацанам, что тундра мне надоела и я хочу жить в городе. Они дружно крутили мне пальцем у виска и говорили: «Ваще дурак? Здесь же так здорово играть в индейцев и смотреть на северное сияние»! Действительно, всё это было здорово, но я не понимал.... Размышления мои прервал грубый пропитый голос
– Пойдём, ребятишки, поговорим.
Я поднял голову и увидел трёх пузатых чуваков , затянутых в джинсу и украшенных хаерами а ля Джон Леннон. Их небритые лица отдавали синевой и не сулили нам ничего хорошего. Мы переглянулись с Сержем, он кивнул мне головой, а Лунатик достал из кармана металлическую монетницу, в которой было копеек сорок мелочью.
– Я что, повторять должен? – чувак махнул рукой в сторону кустов – пошли, буратины!
За кустами оказалась небольшая лужайка с примятой травой и валявшимися на обрывке газеты остатками нехитрой снеди.
– Давайте ваши денюжки – чувак протянул лапу к Андрюшеньке, а его друзья лениво закурили «Мальборо».
– Вот – Лунатик выдавил мелочь из монетницы и насыпал в ладонь чуваку, оставив монетницу у себя в руке.
– Теперь – ты – чувак рукой поманил к себе Сержа.
– У меня нет – спокойно ответил Серж, держа руку в кармане.
– А ты попрыгай! – предложил чувак.
– Ладно – Серж сделал вид, что собирается подпрыгнуть, и втащил чуваку нижнего «крюка».
Мы услышали, как хрустнула челюсть и глухо взвыл, падающий на землю сборщик податей. Я дал ногой по яйцам второму, а Серж зарядил ему за ухо кастетом. Третий чел оказался хорошим бойцом и коротким прямым рассёк мне губу, резким ударом в печень вырубил Андрюшеньку ,провёл удушающий захват Сержу и повалил его на землю. Увидев монетницу, которую Андрюшенька выронил из руки, я поднял её с земли и, зажав в кулаке, начал молотить душителя по затылку. Он схватился за голову руками и, мыча от боли, отвалился в сторону. Серж поднялся на карачки, подполз к своему обидчику и кастетом врезал ему по носу. Чувак бессильно откинул голову и затих. Из носа его на примятую траву быстро текли весёлые ручейки крови.
