– Тогда огрей его бутылкой по голове и выбрось с балкона.

– Я на первом этаже живу…

 Мы смеялись до колик в животе и расстались вполне довольные друг другом. Олеська выпустила пар и пошла умасливать своего привередливого бойфренда. А я благополучно скоротала время и чапала к Татьяне в занимавшихся сумерках, поглядывая по сторонам вполне добродушно. Суматошный день, Слава Богу, подходил к концу. Впереди меня ожидает тихий вечер в обществе лучшей подруги.

 Ах, как я ошибалась!

 Остановка встретила меня цветистой бранью. Рулады были изощренны и даже литературно насыщенны. Я с интересом огляделась. Недалеко от пластиковой будочки «сдох» серебристый «мерс». Водитель несколько раз пнул колесо и, чертыхаясь все так же вдохновенно, вытянул из салона приличных размеров сумку. Закрыл машину уже в полной тишине, смирившись со своей участью. А потом с завидной прытью ринулся к подъезжавшему автобусу.

 «Эка, приперло мужика», – подумала я, включаясь в начавшийся спринт среди потенциальных пассажиров маршрута № 7.

 Все лезли вперед и яростно толкались, из чего следовало, что автобус ожидали нескончаемо долго. Виртуозный матерщинник вломился в заднюю дверь одним из последних и шваркнул сумку себе под ноги. Я уже взялась за поручень, но получила такой тычок в бок, что едва не завопила. Длинный парень с наголообритым затылком отшвырнул меня, как шелудивую собачонку.

– Козел! – процедила я сквозь зубы и, согнувшись пополам, вспрыгнула на подножку в последнем усилии.

 А двери уже плавно начали закрываться. В результате я оказалась в салоне, а моя юбка веселым парусом трепыхала снаружи, зажатая створками. Я приплющила щеку к дверям и услышала впечатляющий треск. Бедру моему стало немного прохладнее, и я стрельнула глазами вниз. Ущерб был максимальный: шов надорвался до самого пояса, выставив кокетливо черное кружево моих трусиков. Одно неловкое движение и мне придется кричать в лица заинтересованных пассажиров: «Улыбнитесь, вас снимала скрытая камера!».

 А наглец, из-за которого произошло глупейшее событие, стоял прямо перед моим носом, поскрипывая кожаными штанами. Ему отчего-то было маетно. Руки беспокойно шарили по карманам, он топтался и ворочался, норовя при этом окончательно размазать меня по дверце. Потом пальцы добрались до бритого затылка, и принялись сосредоточенно скрести.

 «У козла – блохи!» – охнула я.

 Представив себя полуголой и вшивой, вынужденной еще минут 40 трястись в общественном транспорте, я взъярилась и под видом неосторожного движения въехала локтем мерзавцу по причинному месту.

 Эффект превзошел все мои ожидания. Парень побелел лицом, но хватался отчего-то не за свои гениталии, а за ухо.

 Благодарению Бога, автобус затормозил, и дверцы открылись. Я крутнулась, чтобы сбежать, но не успела. Крепкий тычок выдворил меня на тротуар быстрее, чем я предполагала сделать сама. Жесткие пальцы вклещились в мой локоть, а свирепый шепот «что ж ты делаешь, сука?» заставил проявить некоторое беспокойство.

– Простите меня, я не хотела, – залепетала я невразумительно. – Нечаянно получилось.

 Козел меня не слушал. Он стремительно вышагивал куда-то, волоча меня вслед за собой. Приближающийся сквер темнел густыми кустами и энтузиазма мне не прибавил.

– Никуда не пойду! – взвизгнула я испуганной крысой и попыталась упереться конечностями на манер упрямой лошади.

Никак не ожидала, что в его худощавом теле таится такая силища. Остаток пути до затененной скамейки я преодолела по воздуху. Причем, парень при этом даже не перестал дышать ровно и глубоко.

– Замолкни, – он бухнулся рядом, придерживая меня за плечи, как будто в любовной неге.

 Глаза, сокрытые под темными очками, пугали меня еще больше. Я пыталась разглядеть спрятанные «зеркала души», чтобы уяснить, к чему быть готовой, но только натыкалась на свои выпученные зенки. И тут спокойствие снизошло на меня.

 «Машка, готовься к самому худшему, а надейся на лучшее»

– И что будем делать? – спросила я вполне мирно, стряхивая тяжелую длань со своего плеча.

 Он все еще был полон беспокойства. Глаза, невидимые для меня, шарили где-то вдалеке.

– Оттрахаю тебя, – сказал небрежно, особо не задумываясь.

– Тогда не затягивай с этим, – посоветовала я. – Мне ещё к Таньке заскочить надо.

 Вот тут он осатанел. Вцепился в мои плечи, встряхнул, как сноп прошлогоднего сена и злобно прошипел, обдавая запахом мятного «орбита».

– Крутая бабенка, да? – и смазал мне ладонью по морде.

 Замахнулся снова, но я выставила свой баул преградой к собственному лицу. Третий раз за сегодняшний день мой ридикюль был подвергнут насилию. Все содержимое вывернуто и перетряхнуто.

– Студзинская Марианна Ивановна, Набережная 25, квартира 62. – Прочел похититель, распахнув мой паспорт.

– Вот что, Ма-ша, – парень снял очки и взглянул на меня черным, тяжелым взглядом. – С этой минуты начинаешь отрабатывать право на жизнь.

– Это на панели, что ли? – поинтересовалась я почти беззвучно: немигающие, как у кобры зрачки произвели на меня впечатление.

– Кто ж на такую драную кошку позарится?

 Он вновь стремительно поднялся и поволок меня куда-то. Фалды мой юбки развивались рваными клоками, а тело покрылось мурашками, сразу перестав ощущать сухой, душный воздух. Мы пересекли улицу и ввалились в бутик, сверкающий зеркалами и светом.

– Девочки, – промурлыкал мой кавалер мягко и глумливо кинувшимся навстречу продавщицам, – упакуйте мою крошку по первому разряду, чтобы при взгляде на неё хотелось. Только быстренько, быстренько…

 Я увидела, как он зашуршал зелеными купюрами, и испугалась по-настоящему. Чего же хочет от меня этот придурок, раз, не задумываясь, платит такие деньги?

 Меня водворили в примерочную с большим энтузиазмом. Видно, с покупателями была напряженка. Гора тряпок выросла передо мной, как по-волшебству.

– Я не хочу, чтобы ты выглядела дешевой шлюхой, – предупредил мой кавалер, засовывая морду за занавески.

– Я могу руководствоваться своим личным вкусом? – уточнила я на всякий случай.

– Нет. Твой вкус отвратителен. – Он дернул лохмотья моей юбки, отчего вновь раздался веселый треск. – Ты должна выйти через 15 минут в таком виде, чтобы я захотел тебя трахнуть. Не получится, пеняй на себя. Придушу голыми руками.

 Длинные пальцы изобразили скручивание головы тощему цыпленку. Получилось натурально, и я ощутила себя полуобщипанной птицей. Я присела на малиновый табурет, обтянутый розовой кожей, и пораскинула мозгами…

 Можно попросить девочек позвонить в милицию.… Только ни одна из них не захочет связываться с бандитской рожей и его подружкой.

– Хлопотно это… – пробормотала я известную фразу из известного отечественного боевика.

 Можно потихоньку удрать. Да только, козел знает мой адрес и, если захочет, достанет меня по всем статьям. И потом, Мария, ты не можешь бегать по городу в одной кофточке и трусиках.

 Программа-минимум была определена, и я пояснила симпатичной крашеной «коломенской версте» чего я желала бы надеть. Со вкусом у меня, слава Богу, все в порядке. Потом, высунула личико и пропела:

– Лапулечка, козлик мой ненаглядный, ты не мог бы купить мне баночку геля для волос.

 Я решила все же попытать счастья и скрыться. Поживу у Таньки на даче, отлежусь.… Только продавщица своей любезной предупредительностью спутала мне все карты.

– У нас есть хорошая косметика, я вам сейчас принесу.

Пришлось мне по-солдатски втискиваться в новый костюм, потому как черный свинцовый взгляд задержался на часах многозначительно. Девушка принесла мне целую корзиночку всякого женского барахла.

– Если умеешь, воспользуйся этим, – посоветовал мне бандит ехидно.

Продавщица одарила его взглядом полным неодобрения.

– Для этого нужно много времени, – сказала она убежденно.

– Ерунда, моя Маша справится за 5 минут.

Он подчеркнул голосом отведенный мне лимит, и я беспечно махнула потрясенной девушке: