Когда мы вновь оказались на улице, Миранда указала мне на кабинку общественного туалета и без тени смущения зашла туда вместе со мной. Улица была пустынна, но если кто нас и видел, то едва ли удивился, подумав, что дешевая проститутка оказывает экспресс-услуги клиенту.

Внутри, несмотря на все старания очистной автоматики, было грязнее, чем обычно бывает в подобных заведениях — все же район оправдывал свою репутацию. Садиться на сиденье здешнего унитаза я бы не рискнул, но мы, разумеется, пришли не за этим. Я сразу же достал комп, приложил его к ладони и ткнул пальцем левой руки в иконку «Личная информация».

— Ну и как, не Бенджамин? — осведомилась Миранда.

— Харольд Джэйкоб Кэрриган, — ответил я. — «Джейкоб» тут не к месту… Ну а в остальном — симпатичное имя.

— Рада, что тебе нравится. Открой бачок.

— Что?

— Сливной бачок унитаза. Твои документы там.

Я, конечно, знаю, что вода в бачке чистая, и все же не без брезгливости засунул руку и вытащил пакет из гидрофобного материала. Вскрыв обертку, я быстро просмотрел пластиковые карточки, выглядевшие чертовски настоящими, со всеми положенными голограммами. Паспорт, водительская лицензия, разрешение на оружие, пилотская лицензия…

— Даже пилотское? — удивился я.

— А что? Стражи Апокалипсиса ничего не имеют против воздушного транспорта. Какая разница, водить автомобиль или самолет?

— Хорошо, — я спрятал документы в карман рубашки и застегнул его.

— Теперь стой спокойно, займемся твоим гримом.

Через двадцать минут я вышел на улицу другим человеком. Парик и борода пока остались в сумке — в Опа-Локе не следовало провоцировать уличную шпану выделяющейся внешностью. Мы дошли пешком до Северо-Западной 151-й улицы, ограничивающей с севера пресловутый треугольник (внутри него нет ни одной автобусной остановки), а оттуда уже было рукой подать до остановки на Северо-Западной 22-й авеню. На сей раз автобус подошел быстро (Двадцать Вторая — это не какая-то занюханная Багдадская в Опа-Локе, она тянется на пятнадцать миль с севера на юг через несколько городов Майамской городской области, от стадиона «Дольфинз» в Майами Гарденз до парка Кеннеди на берегу Бискэйнского залива). Сорок минут спустя, с двумя пересадками, мы добрались до нашего нового жилья — точнее, сошли на остановку раньше у магазина одежды, дабы основательно пополнить свой гардероб, и в первую очередь — приобрести деловые костюмы. Старый добрый пиджак не так удобен, как современные комбинезоны, но, помимо того, что придает солидности, хорош еще и тем, что под ним удобно скрытно носить пистолет в кобуре. Скрытно, конечно, от глаз, а не от приборов.

Наконец, после плотного завтрака в кафе при торговом центре, мы со всеми покупками поднялись в свое новое жилище на восемнадцатом этаже. Это уже была, конечно, не какая-то конура, а современная квартира с видеообоями, кухонной автоматикой, кроватями с регулировкой мягкости и температуры, видеокамерами и экранами вместо зеркал, унитазом с функцией экспресс-анализа и прочими достижениями цивилизации. Одна комната оказалась немного больше другой, и мы малость поиграли в вежливость («Ты оплачиваешь квартиру, так что забирай большую» — «Да мне в общем-то все равно, в какой» — «Да мне в общем-то тоже» — «Ну ладно…»), а затем уселись рядом на диван в большой комнате каждый со своим компом.

— Ну, — потер руки я, — приступаем к штурму на финансовом фронте, — два года отдыха на собственном острове доставили мне массу удовольствия, но сейчас я вдруг почувствовал забытый интерес к работе. — Нашего клиента зовут Дональд Донахью, он владелец и директор «Старгайд Энтертэйнмент». Мои вчерашние изыскания подтверждают первоначальный вывод, что он чист, но тем интереснее наша задача. Для начала, конечно, просто отправим ему наше официальное предложение.

— Думаешь, с ним возникнут какие-то проблемы?

— Его компания существует уже шестнадцать лет, и он — ее создатель. Если бы он хотел ее продать, у него уже не раз были возможности это сделать, и на неплохих условиях. Не знаю, чего тут больше — сентиментальных соображений или настойчивых рекомендаций наших друзей из Альянзы, но, так или иначе, не похоже, что он радостно ухватится за нашу идею.

— Поднимем цену, только и всего, — пожала плечами Миранда. — Если сам он с Альянзой не связан, рекомендации коллег по Фонду, если они и есть, не могут иметь решающей силы. Как-никак, он бизнесмен.

— Тебе легко говорить — деньги-то не твои… Но главное — продажа по явно завышенной цене может привлечь совершенно ненужное внимание сразу нескольких сторон.

— Ладно, давай сначала ему напишем и дождемся ответа.

Я составил от ее имени официальное письмо с обтекаемым предложением «встретиться и обсудить возможность», и оно, скрепленное электронной подписью со всеми реквизитами, отправилось на комп мистера Донахью. Разумеется, ответ на столь серьезное предложение мог последовать нескоро, возможно, и не в этот день, так что мы занялись рассылкой приглашений на собеседование для бывших сотрудников интересующих нас компаний. Сюда входили не только компании-учредители Фонда, но также те, о которых мне было известно уже два года. Людей из последних, впрочем, нашлось крайне мало — хотя тогда работу потеряли многие, за два года большинство из них вновь трудоустроилось, а кто-то, вероятно, попросту отчаялся и не обновлял свои сведения в базах резюме, откуда устаревшие удаляются автоматически. Были, правда, такие, кто, успешно решив проблему тогда, теперь искал работу снова.

Однако не успели мы закончить с этим делом, как в почтовый ящик Миранды свалилось письмо. Донахью выражал вежливое сожаление по поводу того, что наше предложение не может представлять для него интереса.

Ни я, ни моя союзница не выглядели сильно разочарованными. Напротив, глаза Миранды засветились азартом охотника, взявшего след. Она включила отображение полной технической информации в заголовке письма и показала мне одну из служебных строк:

— Отлично, теперь мы знаем сетевой адрес его компа. Поскольку он — солидный бизнесмен, скорее всего, сетевой адрес у него постоянный, а не динамический. А теперь поищем этот адрес в логах серверов и узнаем, на какие сайты любит захаживать наш непреклонный мистер Донахью…

— Надеешься нарыть компромат? — осведомился я.

— Вряд ли что-то слишком серьезное — если он посещает, к примеру, сайты с детской порнографией, то наверняка шифруется через анонимные прокси. Если он не полный идиот, конечно — но в противном случае он бы вряд ли продержался в бизнесе столько времени. Но вот что-нибудь, что он считает вполне безобидным… Люди так беспечны, они оставляют о себе в инете столько сведений… Так… погода… уличный трафик… один из крупнейших геймерских порталов — ну само собой… смотри-ка, у него даже на онлайн-игры время остается — там он под ником night_knight — и откуда у инет-пользователей эта тяга к примитивным каламбурам?

— Ночной рыцарь? Увлекается средневековьем?

— Скорее фэнтези. Мужику пятый десяток, солидный бизнес за плечами, а туда же — подростковая романтика. Играет в игру своей собственной конторы — вот если бы конкурентов, это было бы забавней. Кстати, не самый лучший игрок — ну понятно, все же он не может рубиться сутками напролет, как некоторые. Но играет, похоже, честно. Другие пользователи не знают, кто он, но едва ли его можно устрашить угрозой разоблачения. Ладно, что там дальше… ну разумеется, экономические новости… а тут у нас что?… ага… Донахью — заботливый папаша, регулярно наведывающийся в инет-лог своей дочери. Из чего можно сделать вывод, что живет она, скорее всего, отдельно. Хотя бывают и родственники, общающиеся по инету из соседних комнат…

— Так он ей пишет или просто заходит?

— Чаще просто заходит. Видимо, не хочет быть навязчивым.

— Что мы можем нарыть по этой дочери?

— Сейчас… Ее зовут Лиза, ей девятнадцать лет и она замужем за неким Тимми. Беременна, ждет двойню, мальчик и девочка, восьмой месяц. Сейчас глянем, что это за Тимми… Тимоти Дуглас О'Донован, двадцать восемь лет, диплом MBA…[23] Ага, вот это тебе будет интересно: работает в компании «Краун Констракшин» и значится в списке ее акционеров.