— А ты не лезь, — строго ответила на папино замечание мама и снова перевела взгляд на меня, — я не позволю, чтобы у нашей дочери были от нас секреты. Мы одна семья. Поэтому имеем право знать, с кем встречается наша дочь и где днями пропадает, прикрываясь подработкой.

Я ошарашено вылупила глаза. Она что серьёзно?

— Мама перестань говорить глупости, — начиная злиться, откинулась на спинку кресла и, сложив руки на груди, надула губы, — этот букет не от моего парня. Так что можешь успокоиться.

— Это ещё интереснее, — последовав моему примеру, мама сложила руки на груди, и, облокотившись о стол, стала ждать более развернутого ответа. Мне ничего не оставалось, как рассказать родителям правду.

— Когда я возвращалась домой, Алексей нагнал меня и извинился за бабушкину откровенность. Я сказала, что не обижаюсь, но видимо он не поверил. И сегодня утром мне принесли этот букет, как дополнение к вчерашнему извинению. — закончила свой рассказ я. И вновь одарив мать серьёзным взглядом, добавила. — Теперь все? Я могу идти?

— Ну, хорошо, — мама пропустила мой вопрос мимо ушей, — предположим, что все так и было. Но как же ты поняла, что букет именно от Алексея?

Я пожала плечами, искренне ответив:

— Просто больше некому…

Видно было, что мама не поверила, но, на моё счастье, больше допрашивать не стала. А только сухо добавила:

— Там в прихожей письмо. Забери. — и вышла из комнаты.

Я только сейчас вспомнила, что совсем про него забыла. Подпрыгнув с кресла, я подбежала к отцу и, поцеловав его в щетинистую щеку, отправилась за письмом.

Уже в комнате, удобно устроившись на кровати, разорвала конверт и, прижав к носу листок бумаги, вдохнула его пыльный запах. Я делала так каждый раз, стараясь уловить Ромин аромат.

"Здравствуй, Ромашка.

У меня не так много времени, чтобы сказать тебе то, что хочу. Но, как обычно, постараюсь уложиться в несколько строк.

За последние двенадцать месяцев службы не было ни дня, чтобы я не думал о нас. Вспоминая, наши мелкие разногласия, понимаю, какими они были глупыми и нелепыми. Но тому есть простое оправдание, мы были детьми. Обычными детьми, которые даже в песочнице могли найти из-за чего повздорить.

Сейчас я — солдат. У меня есть долг и ответственность за его исполнение. Я делаю то, что мне приказывают. Но даже не смотря на это, в первую очередь я остаюсь человеком, у которого есть воля и желание создавать, а не разрушать.

Я вернусь. Я верю в это. Мы встретимся, чтобы снова взять друг друга за руки и пойти в одном направлении. Мы построим Мир и будем счастливы. Потому что обречены на это.

Обнимаю тебя, моя ромашка. И убегаю служить Родине."

Отложив письмо на подушку, я натянула на колени одеяло и, уткнувшись в него носом, тихо заплакала. Ведь только сейчас поймала себя на мысли, что за целый день ни разу о нем не вспомнила. Я понимала, что не могу противиться чувствам, которые пробудил во мне Алексей. Но также понимала, что для Ромы это будет равносильно предательству. Ведь никогда прежде мы не делили друг друга ни с кем. А теперь ему придётся принять тот факт, что моё сердце разломлено на две части, одна из которых ему больше не принадлежит.

Заливаясь слезами, я не знала, смогу ли написать в ответе об этом. Но была уверена в одном, как раньше уже не будет. Даже если у нас с Лешей ничего не выйдет, я больше не стану той Алей-ромашкой, которая еще год назад провожала лучшего друга в армию и клялась в том, что дождется.

Сегодня я предала его, впервые в жизни впустив в своё сердце ещё одного мужчину помимо него.

Глава 3

Прошла неделя с тех пор, как я в первый и последний раз видела Алексея. За эти семь дней кроме букета роз, не было никаких предпосылок к скорой встречи. Почти с этим смирившись, я стала потихоньку возвращаться к прежней жизни, где не было места новым чувствам.

Каждую ночь, повторяя выученные наизусть цифры номера телефона Алексея, я умоляла сердце не биться так часто при воспоминании о нём. Я предупреждала его, что если оно ослушается, то нам двоим, придётся несладко. Мы будем страдать из-за того, что чувства не взаимны. Что ничего не значим для синеглазого похитителя наших дней и ночей, которые уже семь дней были заполнены мыслями о нем.

Изо дня в день я повторяла себе, что эта ночь станет последней, когда, тоскуя, я плакала, уткнувшись носом в подушку, и обещала, что завтрашнее утро расставит все по местам и я перестану мечтать о несбыточном. Вот только осуществить это в действительности было сложнее, чем я думала. Потому что, не смотря на уговоры, запреты и обещания, сердце продолжало отбивать имя Алексея, скучая по тому волнению, которое мы испытали, находясь рядом с ним.

Взглянув на себя в зеркало, я выдавила слабое подобие улыбки и грустно прошептала:

— Да, кто ты такая, Алевтина Воскресенская, чтобы заинтересовать такого мужчину? Как тебе вообще пришла в голову такая мысль? У него таких, как ты — вагон и маленькая тележка. На кой чёрт ты ему сдалась?

Эта была та правда, которую не хотело признавать сердце. Но сегодня, в конце концов, я встала на сторону разума и решила, что больше никаких "нас" в моём рисующем красивые картинки воображении — не будет. Теперь только "я" и "он". И у каждого своя налаженная временем жизнь.

— Ты ему не нужна. Опомнись, дурочка. И спустись уже с небес на землю.

На этих словах я поставила жирную точку в отношениях, которые даже не успели начаться. И, схватив с прикроватной тумбочки, телефон, поспешила на встречу с подругой. Мне необходимо было проветриться. Отвлечься. Чтобы навести в голове порядок, развеять туман и собраться с мыслями.

— Мам, я к Зое. — крикнула я, выбегая из дома. — До десяти вернусь.

К Зое идти я, конечно, не собиралась. Сказала так, чтобы не переживали. А встретиться мы договорились на пляже, где в это время часто собиралась молодежь со всего посёлка. Погулять им особо негде было, поэтому они сами находили себе развлечения. То устраивали вечерние посиделки у костра с песнями под гитару, то ночные купания с искрящимся шампанским и громким смехом. Мы же с подругой были из числа немых зрителей, которые любили наблюдать за тем, как веселятся другие.

Устроившись под деревом и облокотившись спиной о ствол, я стала ждать прихода подруги, которой пока нигде не было видно. В поле моего зрения попал Костян, который, как и я, сидел один, уставившись куда-то вдаль. Поначалу хотела подойти к нему, но пришедшие мысли о Роме остановили. Я вспомнила, что до сих пор ничего ему не ответила. Хотя несколько раз пыталась… Начинала и бросала, не находя нужных слов.

За своими мыслями, не заметила, как на горизонте появилась Зоя. Помахав перед моим лицом ладошкой, подруга осуждающе спросила:

— Опять в облаках летаешь?

Тряхнув головой, вздохнула и просто ответила:

— Нет. О Роме вспомнила.

— Ахах, ну, в этом я не сомневалась.

Плюхнувшись на траву рядом со мной, Зоя достала из сумки пакет с чипсами и протянула мне.

— Бери. На голодный желудок плохо думается, — я улыбнулась. До чего же она забавная. Так часто мечтала похудеть, сбросив лишние килограмм, которые по её словам обступили со всех сторон, и в тоже время ела всякую ерунду, наподобие этих чипсов. — Ну, что, чем будем заниматься?

Я пожала плечами:

— Не знаю. Наверное, как обычно, слушать местных певцов.

— Надоели. — недовольно фыркнула подруга. И о чем-то задумалась. — А давай, на дискотеку?

— Ты, конечно, пошутила? — скептически заметила я.

— Нет. Я вполне серьёзно, — протянула Зоя и мечтательно заулыбалась, — потанцуем, развеемся. Надоело уже сидеть. Всю молодость просидим.

— Ну, нет, — запротестовала я, — ещё на дискотеки не ходили. Там же одни малолетки собираются.