– Где Греден?

– Что? – взвизгнул Итель.

– Как далеко мы от Ригорона? – уточнила она.

– Ригорон? – ужаснулся он. – Он на той стороне моря!

– Как близко мы от Гралиции?

– День пути до Пирлена, там, рядом моя деревня.

– Пирлен – это почти север Моря течений?

– Какого моря?

Аяна вспомнила, что гралийцы называют его иначе. Ласковое море.

– Северный край моря?

– Да, здесь и до северного, и до восточного побережья недалеко. А ригоронцев здесь нет, они на западе, – охотно пояснял мальчишка. – Тут все друг друга знают, и лодку нашу знают. А течение берёт разворот и уходит вдоль восточного побережья на юг.

– А течение, которое идёт в Ригорон?

Мальчишка ответил не сразу.

– Это к знающим людям надо. К пиратам, они это течение знают. Мы простые рыбаки, в Ригорон не ходим. Я бы не позволил тебя убить…

Он услышал резкий удар о дерево и замолк. Алесцийка рубила верёвки.

– Пожалуйста, я помогу тебе! – взвыл он.

– Угу, – заканчивала работу алесцийка, обрубая последние концы мечом. – Весь день помогал, ляжки натёр.

Он заслужил худшего, но Алесцийка уступила Аяне. Та привычно спасала его от верной гибели. В лодке у него есть шанс выжить. Места здесь судоходные, его быстро найдут.

Она устала, почти обессилела, впотьмах искала воду и провиант, трижды споткнулась о тело гралийца и поскользнулась на его крови, но сил не было перекинуть его за борт. Тяжёлый, не до того.

В углу её одежда, можно скинуть тухлые тряпки рыбаков и вернуть себе свою кожу. Но сначала смыть с себя его пот и семя, так лучше, без этого она не уснёт. Поверх одежды она наденет вещи Ителя, но это уже меньшее зло, это маскировка. Она и волосы готова отрезать, лишь бы больше не привлекать к себе внимания, не подвергаться насилию. Но сделает это завтра, покуда сил нет совсем.

Дрожащими руками она связала шнурок и вернула мешочек с перстнем на шею. Так спокойней, он, как талисман, связь с домом, с прошлым, с Аяной настоящей, а не этой бездушной тварью, что резала глотки и даже не испытывала тошноты от запаха крови. Она убила человека, двух человек и не чувствовала ничего, кроме удовлетворения от хорошо сделанной работы.

Море течений, побережье Гралиции, город Пирлен

Аяна сладко потянулась и улыбнулась тёплому лучику солнца. В теле приятная лёгкость, так хорошо ей не было давно. Ночные кошмары растаяли с новым днём. Она не испытывала жажды, была приятно голодна, над головой качалась мачта с собранными парусами, чайки разрезали воздух своими пронзительными криками, земля близко, её путешествие закончилось, она прибыла в… Гралицию.

Девушка резко поднялась на ноги. События вчерашнего дня восстанавливались в памяти. Аяна помимо воли проверила мешочек на груди, фамильный перстень на месте. Одежда на ней, оружие рядом, она в лодке, лодка чужая, её хозяева мертвы, всех кроме мальчика убила Алесцийка. Убила, потому что защищала свою жизнь и иного пути не нашла.

Аяна осторожно приблизилась к телу гралийца. Он лежал ничком, она перевернула его и стошнила прямо на тело. Зрелище было ужасным, на лодке два покойника, она сделала это своими руками. Воспоминания были отрывочными, будто наблюдения со стороны, только сейчас её настигали эмоции, которым в тот момент было не место. Её к такому не готовили, она всего лишь маленькая принцесса в большой семье, на её голове берегли каждый волос, а вчера ей пришлось убивать, чтобы остановить насилие и выжить.

Она только сейчас начала понимать, в какую ужасную историю попала, только сейчас позволила себе расслабиться и в голос разрыдаться. Её изнасиловал мальчишка, который младше её брата Гора. Она испытывала настоящее омерзение, её тело осквернили, она лишилась невинности и вовсе не на ложе с любимым человеком. Девичьи мечты разбиты в прах, она никогда не станет прежней. Ей нужна поддержка, ей нужна Мама и Тенна. Или даже нет. Ей нужен Родион. Он найдёт слова, от которых станет легче.

– Что с того? – фыркнет тот.

– Мне плохо.

– У тебя хотя бы обстановка романтичная была. Лодка, море, ветер, два трупа. Хочешь знать, как это было у меня в первый раз? – в своей манере спросит брат.

– Нет! – взвилась девушка и подскочила на ноги. – Обойдусь без таких подробностей.

Аяна, утирая слёзы, смеялась. Сначала тихо, потом в голос. Остановиться не могла, до боли и новых слёз, до воя и стенаний, до истерики, которая трепала её, будто лихорадка. А потом стало легче, словно болезнь покинула тело. В самом деле, что с того? Родик, как всегда, прав, в её ситуации много смягчающих обстоятельств. Она ничего не чувствовала, мало что помнит, её не били. Нужно сбросить с себя эту грязь и начать с того, на чём остановилась.

Ей нужно вернуться в… Ригорон или Алесцию?

Аяна взволнованно осмотрелась по сторонам. Что она знает о Гралиции? Очень многое, учитывая, что дома об этом говорят и отец, и братья. Ридалаг знает об этом так подробно, что удивил бы, пожалуй, короля Гралиции. Который там сейчас? Генрад из рода Северных Гераллов.

Море течений разделяет Гралицию от Алесции и Ригорона. Сухопутной границы между странами нет, на северном побережье царствуют кочевники, племена Татхи. С ними у обоих государств разные договоренности, князья Татхи часто меняются, и каждый ставит свои условия соседства. С кочевниками приходится договариваться, поскольку через Северную степь и земли Татхи пролегают караванные пути в северное царство Агарон.

Пирлен – небольшой городок на севере Гралиции. В Ригороне есть такой же городок – Северная Навадна. Оба являются отправными точками торговых караванов, сюда стекается товар, здесь тысячи лошадей, волов, телег и наемников всех мастей, чтобы сопровождать караваны. Безопасность в Степи лишней никогда не будет, кочевые племена часто враждуют меж собой и готовы срывать любые договоренности. Ригорон везёт на север дерево, материи, специи, фрукты. Гралиция – хлеб, вино, масло.

Агарону требуется много, северное Царство терпит лишения из-за частых и продолжительных зим, порой весна запаздывает настолько, что приходит вместо лета и сразу переходит в осень. Там не вызревает хлеб, масло по цене золота, дерево – выше золота, потому что это топливо, веками истребляемое ради обогрева жилищ.

Агарон – древнее царство и прародитель всех нынешних государств. Во времена Великого Переселения Агарон выпустил на просторы Северной степи свои войска, а с ними сотни тысяч переселенцев, чтобы покорять новые земли. И эта орда хлынула на юг, в благодатные места. В том числе сюда, в восточные земли, где образовалось королевство Гралиция.

Это большая и богатая страна, но она долго оставалась зависимой от поддержки своего северного покровителя. Земли осваивались тяжело, коренное население оказывало сопротивление, они не желали принимать новую власть, новый уклад жизни, новых богов и новый язык. Государство формировалось кровью и противостоянием и от того надолго задержалось в развитии.

Прямая противоположность Ригорону. После Великого переселения Империя поднялась быстро, тому способствовало лояльное население. После Битвы Битв здесь не сменились ни язык, ни вера, ни традиции. Все княжества объединились под одной крепкой рукой государя.

Аяна брезгливо перешагнула через тело старика и села за руль. Пирлен – дрянной городишка. Отсюда уходят караваны в Северную степь, здесь торгуют рабами, продают их кочевникам. В основном это женщины и дети, Ридалаг рассказывал откуда, куда и как вывозят сотни бесправных рабов.

Если развернуть лодку на юг, по течению можно дойти до Гарзата. Это большой гралийский порт на берегу Моря течений и устья реки с трудным названием Гордьюдта. Река связывает главный порт страны с её столицей Титоном и находится приблизительно напротив Гредена. Там Море течений сужается, там соприкасаются интересы обоих государств, там ригоронский и гралийский флот ходят бок о бок, случаются стычки, но пока не было большой войны.