— Ты настоящий мудак. — Однако она не могла отрицать, что запах его крови манит, и ей хотелось провести языком по рубиновой жемчужине. — И отвратительный.

— О, ты еще не видела меня в худшем виде. — Он усмехнулся, скривив губы и окинув ее взглядом. — Твои колебания по поводу последнего говорят о многом. Так что, когда ты будешь готова узнать, насколько я отвратителен, я буду готов. — Он бросил нож рядом с ее вещами на пол, а затем указал на них. — А теперь играй со своими безделушками. У меня есть важные дела.

Эйра проклинала его, когда он закрывал дверь. Но по какой-то причине он не всадил кинжал в ее собственное сердце за предательство. Размышляя об этом и не понимая, почему он затягивает ее смерть, она села на пол и разложила в аккуратные кучки все, что ей дали. Если она не сможет заманить короля в ловушку, например в ледяную глыбу, то, возможно, единственное, что она сможет сделать ради безопасности Сарен и отца, — это позволить ему принести ее в жертву. Нет. Она не могла пока сдаться.

Отложив последнюю кисточку, Эйра взяла деревянный брусок и прислонила его к плинтусу кровати, когда в дверь постучали, прежде чем она открылась. Вошла Ульва, неся стакан воды и корзину с фруктами и булочками, ее волосы были заплетены в низкий пучок.

— Король сказал, что тебе может понадобиться вода.

Теперь он даст ей что-нибудь попить… Она не задумывалась, почему накануне он принес ей только булочки, и только после того, как она выпила его вина.

— Спасибо за это и за принадлежности, — сказала Эйра, взяв бокал. Она сделала несколько глотков и поставила его рядом с собой. — Вчера вечером он подмешал мне в вино кровь. Ты знала об этом?

Ульва смотрела на свои руки, не встречаясь с Эйрой взглядом.

— Его Величество склонен так поступать в поисках ответов, но тебе это не навредит.

Эйра нахмурилась.

— Я всего лишь мастер по изготовлению игрушек из Винти. Какие ответы он может найти у меня?

Ульва покачала головой.

— Я не уверена.

— Король сказал мне, что он привязан к земле. Это правда? — Эйра провела ножом по деревянному бруску, отрезая тонкие щепки.

— Это так, но я не буду говорить об этом больше.

— А как насчет жертвоприношений? Почему король решил заставлять Винти совершать их каждый год, когда мы и так испытываем трудности с животными?

— У него есть веская причина, которая выгодна всем, и это все, что я скажу. — Ульва вздохнула, затем сменила тему. — Что ты делаешь?

Если причина столь веская, то почему никто не говорит о том, почему это нужно сделать?

— Куклу, — наконец ответила Эйра.

— Ты должна будешь показать мне, когда закончишь. — Ульва встала, ее колени подкосились. — Если тебе что-нибудь понадобится, Кусав отведет тебя куда нужно.

Эйра кивнула. Она не хотела никуда идти в замке, а просто остаться в этой комнате, наедине со своими инструментами — инструментами, которые она не сможет использовать против короля, а только для изготовления вещей. Если она не могла увидеться с отцом или Сарен, то это был следующий лучший вариант.

В течение нескольких часов Эйра резала по дереву, вырезая куски, формируя голову и шар. Пока она работала над другими частями тела, в животе снова заурчало, и она выпила еще несколько глотков воды, надеясь, что тошнота снова исчезнет.

За стеклянной дверью послышался звон, и Эйра вскинула голову, в груди зашевелилось волнение. Выйдя на улицу, она увидела Адаира, который сидел на перилах балкона и держал в клюве веточку с ягодами.

— Еще один подарок? — Она усмехнулась и взяла у него веточку. — Ты слишком добр.

Он наклонил голову, изучая ее своими оранжевыми глазами. Странное чувство пульсировало в ней, не сердце и не кровь, а что-то другое, что-то скрытое, когда она смотрела на него в ответ. Прежде чем она успела понять, что происходит, он взмыл в воздух, хлопая снежно-белыми крыльями по голубому небу.

— Странно, — прошептала она и пожала плечами.

Эйра вернулась в комнату и села на пол, продолжая работать над куклой и пытаясь придумать, как заманить Короля Мороза в ловушку. В данный момент она была слишком слаба, чтобы одолеть его, и даже если бы ей удалось повалить его на спину, Кусав все еще находился за дверью.

Пока она занималась куклой, она съела одно из яблок и выпила еще немного воды. Затем она стала резать, вырезать и скоблить, пока маленькая фигурка не была готова к покраске.

Взяв длинную кисть с тонким кончиком, она обмакнула ее в синюю краску, когда дверь открылась. Ей не нужно было поднимать голову, чтобы понять, что это король неторопливо входит в ее комнату.

— Да, Ваше Величество? — Эйра нарисовала голубой глаз на лице куклы.

— Я принес тебе мирное подношение, — проворчал он. — Похоже, ты не хочешь спускаться вниз, чтобы поесть.

— Еще крови? — спросила она, подняв голову и заметив в одной руке бокал, а в другой — дымящуюся миску с супом. Морозко был одет в простую белую тунику в сочетании с узкими черными брюками, которые слишком хорошо подчеркивали его худобу и мускулистость.

— Мы закончили с этим, птичка. — Он хихикнул, опускаясь на колени рядом с ней. — С чем ты возишься?

Эйра взглянула на него краем глаза, не понимая, почему он сидит рядом с ней и наблюдает за ее действиями.

— Я делаю еще одну куклу Морозко. — Ее губы наклонились вверх, когда она обмакнула кисть в черную краску.

— Еще одну? — проворчал он. — Ну, я полагаю, что я прекрасный экземпляр. Покажи мне другую.

Ее взгляд встретился с его ярко-голубыми глазами, и она проигнорировала тот факт, что они были самыми красивыми, потусторонними из всех, что она когда-либо видела. Как и все остальные его черты.

— Я сделала ее еще в деревне, а потом сожгла, когда только прибыла сюда, так как не смогла сделать это у костра. — Она усмехнулась, обнажив все зубы.

Он моргнул, долго изучая ее, потом усмехнулся и придвинулся к ней ближе, его пряный аромат коснулся ее носа. Прекрасный и пьянящий. Но теплый запах и скульптурное лицо не могли скрыть темное и жестокое сердце.

Морозко взял куклу из ее рук, его пальцы намеренно коснулись ее, и она сузила глаза.

— Ты не можешь просто так отбирать у меня вещи, — проворчала она. — Разве ты не сделал этого достаточно?

Не обращая на нее внимания, он хмыкнул, переворачивая ее.

— Она совсем не похожа на меня.

— Я еще не закончила. — Эйра вырвала у него из рук кисть и взяла другую, чтобы покрасить волосы куклы в белый цвет. Но ее рука замерла, когда она почувствовала, что он снова наблюдает за ней. — Да? — сказала она, не глядя на него.

— Зачем ты делаешь эти… игрушки?

Эйра остановила свои движения и повернулась к нему лицом, когда он расслабленно опустился на кровать, положив руку на колено, а другую ногу выпрямив.

— Почему мы что-то делаем? — начала она. — Мой отец — мастер по изготовлению игрушек, и с тех пор, как я была маленькой, я помогала ему делать вещи не только для нашей деревни, но и для деревень морозных демонов. Я специализируюсь на музыкальных шкатулках, но мне нравится создавать темных кукол для себя, когда я не выполняю задания для клиентов.

Морозко наклонил голову, похоже, что-то обдумывая.

— Ты тот самый мастер, о котором говорят? Тот, кто делает музыкальные шкатулки?

— Ты слышал о них?

— Одна дева, которую я взял к себе в постель, принесла такую в подарок. Она играла прекраснейшую мелодию, пока мы наслаждались друг другом всю ночь. — Его хищный взгляд не отрывался от нее, даже когда на губах заиграла медленная, злая улыбка.

— Тьфу! — Она помахала рукой в воздухе. — Я не хочу слышать о твоих похождениях.

— Завидуешь? — ворковал он.

— Я лучше поцелую овечку. — Она тоже предпочла бы сохранить девственность до самой смерти, но ему не нужно было знать, что она никогда не брала любовника, иначе она никогда бы не услышала от него ни слова.

— А сейчас? — Морозко придвинулся ближе, и она устояла на ногах, не отступая. — У тебя красивая шея, — прошептал он ей на ухо.