Хотите верьте, хотите нет, но я создал свинью. Я только что создал своими руками самую настоящую что ни на есть настоящую свиноту!! Ха! Ха! Ха!

Не поросенка, а вполне сформированную взрослую свинью. Я заворожено молчал, с интересом уставившись на хрюнделя.

— Интересно, правда? — проговорил Йорик.

— Правда интересно! — ответил ему я, продолжая наблюдать за животным.

— Теперь мы можем ее взять, заколоть на мясо, и съесть, не пропадать же добру!

— Думаю, что можем, — ответил я ему, а затем добавил, — Йорик, неужели это самая обыкновенная свинья?!

— Да именно она самая, что ни на есть обыкновенная свинья.

— Давай ее выпустим!

— Давай!

Недолго думая мы открыли перед хавроньей двери, и она гордо хрюкая удалилась восвояси, оставив нам на память кучу дурно пахнущего навоза. Слуги уберут, пусть только попробуют не убрать!

— Надеюсь, она найдет выход!

— Несомненно, благодаря своему звериному чутью найдет, только бы ее не съели крысы! — проговорил Йорик.

— Да, крысы у нас знатные, как раз с нее размером!

— Я видал и больше, — ответил Йорик: — Вполне возможно, что они были настоящие. Я в этот момент выпил немного, но головы не потерял, вот она у меня на плечах! — проговорил он, зачем-то ощупывая голову руками.

— Моли бога, что тебя не сожрали!

— Какого именно? — спросил меня Йорик.

— Который тебя спас!

— Ты прав, как никогда, ну что, отпразднуем твое волшебство?

— Отпразднуем.

Мы чокнулись стаканами так сильно, что часть пойла пролилась на пол. Пол мгновенно воспользовался столь редкостной удачей, не долго думая, он раззявил свой широкий рот и выпил все пролитое спиртное, или нам показалось. Кто знает? Мы не знаем. А ты знаешь? Остальную, то есть непролитую часть зверски ядреной отравы мы выпили и закусили это великолепие мозгами. Потом последовала четвертая чарка, мы осилили и ее. После пятой, я в какой-то краткий миг быстро осознал, что неимоверно пьян, потому что стоял на четвереньках и пытался подняться с них на две ноги. У меня ничего не выходило. Сейчас окружающее меня пространство представляло собой моего противника, швыряющего меня направо и налево и опять на пол, как только я пытался подняться на ноги. Скорее всего, предметы окружающие меня со всех сторон, ставили мне подножки, поэтому я падал. Весьма и весьма странное ощущение, но я решил не зацикливаться на мелочах и попросил у Йорика, чудом державшегося на ногах, новой порции столь бодрящего напитка, что он валил с ног, и от него троилось в глазах.

Йорик сказал. Что пойло кончилось. Я сразу послал его толи на три толи на четыре буквы и посоветовал обратиться за помощью к слугам, после чего смачно обрыгался на свой камзол, богато украшенный драгоценными камнями. Вот такой бабл гам, чтоб его. В нос ударил резкий запах желудочного сока. Между тем, Йорик решил таки внять моим советам, и жутко матерясь на чем свет стоит, громко звал слуг.

А слуги тут как тут. Не менее дюжины их стояло за дверью, вслушиваясь в наши пьяные речи, ожидая очередного приказания.

Не прошло и полминуты, как на столе оказалась новая бутылка и даже не одна. По-моему их было три, хотя нет, одна. Точно три, вру одна.

— И снеди нам побольше, снеди, закуски там всякой! — запоздало проорал Йорик, но слуги услышали его.

На сей раз, они несли перед собой набитые доверху подносы с разнообразной снедью и большие запотевшие бутылки с вином.

Слуги накрыли на стол. Теперь на нем красовались несколько бутылок разнообразного спиртного, жареные поросята, вареная курица, краюха свежего хлеба и большой поднос с драконьей печенью.

Смачно мы сегодня гульнем!

Затем слуги усадили нас на кресла и молча стояли.

Наверняка сейчас я был особенно красив. Йорик сидел на втором кресле, а слуги притаились рядом, ожидая приказов, стоя на цыпочках, готовые сорваться в любой момент, за чем нибудь еще. Слуги были у меня вышколены до крайности, спасибо светскому воспитанию и моему брату!

Вместо того, чтобы усиленно изготавливать разнообразных созданий, предназначенных для борьбы с врагом, мы продолжали нажираться. Нажирались мы до упора.

Наварх нервничал. Очень сильно нервничал. Это можно с успехом заметить по тем ужасным казням, которые были исполнены, благодаря его приказу, мгновение назад. Несколько тысяч обезглавленных гоблинов валялись в лужах собственной крови на огромном пространстве центральной площади, в неслыханном беспорядке, где кучами, где порознь. Что и говорить, гоблины не оправдали надежд своего правителя, поэтому поплатились за это.

Количество убитых было огромно. От них исходил тлетворный запах такой силы, что очутившись рядом с этими прогнившими телами, можно мгновенно потерять сознание. Наварх находился в ужасно расстроенных чувствах. Его дерзкие и ужасные мечты не находили проникновения в существующую реальность, оставаясь в мире грез. Ужасающие стремления осколками льда разбивались об крепчайшую стену… Об ту силу, об те войска, которые были выставлены наперекор ему правителями Светлого Королевства, единственному уцелевшему из всех царств, которое успешно противостояло армии тьмы.

Наварха очень бесило, что он не может совладать с набирающей силу империей. То, что Светлое Королевство набирает силу, крепчает день ото дня, и расширяет владения, было видно, как на ладони, а Наварху не хотелось делить господство в мирах с кем-нибудь еще. Он хотел быть единственным правителем — ИМПЕРАТОРОМ ВСЕГО СУЩЕГО.

Кто знает, может быть, когда он одолеет то единственное препятствие, вставшее у него на пути, и поднакопит достаточно сил, то чем бес не шутит, он пойдет войной на светлых Богов, и тогда во всех мирах воцарится всеобщий хаос, чего Наварх так добивался.

А сейчас он не мог разрушить небольшую империю! Стыд и позор! Если бы это видел его ужасный папочка, то, наверное, раз бы по сто перевернулся в гробу! Непорядок, подумал Наварх, и взбесился пуще прежнего. Он приказал привести к нему своего любимца вурдалака.

Его быстро привели. Перед Навархом стоял грозный исполин.

— Ты, наверное, проголодался бедненький! — обратился Наварх к вурдалаку, на что тот утвердительно заурчал.

— Сейчас я тебя покормлю! — проговорил Наварх и что-то шепнул на ухо слуге.

Спустя пару минут к Наварху привели грязное, извивающееся и унизительно скулящее существо. Это была одна из разновидностей человека. Человек не хотел умирать и просил о пощаде, но его никто не слушал. Наварх подошел к человеку, и, не колеблясь ни мгновения, бросил его на растерзание гиганту-вурдалаку. Вурдалак быстро принялся отрывать от человека куски пожирней, не обращая никакого внимания на душераздирающие вопли. В итоге все, что осталось от человека, он разом отправил себе в пасть. Ужасные вопли прекратились. Одно существо пожрало другое, и я бы не сказал, что оно насытилось. Наоборот. Вурдалак требовал добавки. Ему дали еще одну возможность подкрепиться. На этот раз вурдулаку преподнесли парочку гоблинов. Гоблины также не хотели умирать и пытались сопротивляться. Их попытки выжить выглядели достаточно смешно. Шансы были не равны. Вурдулак быстренько сожрал гоблинов и был таков! Теперь вурдулак не требовал добавки. Он стоял и мурлыкал, словно налакавшийся сметаны кот.

Убедившись в том, что тварь окончательно нажралась, Наварх быстро забрался вурдалаку на голову, и сильно стеганув по уродливой башке золотыми шпорами, погнал монстра вдаль. Вурдалак заурчал гулко и громко, затем взвыл неподобающе резко, и быстро помчался, давя тяжелыми лапищами более мелких монстров, копошащихся внизу.

Вурдалак продолжал бежать все быстрее и быстрее. Наварх гнал его в темный лес, ведь именно там он хотел излить свою злобу.

В темном лесу находился старинный алтарь. Именно туда и направлялся Наварх. Когда он там очутился все уже было готово. Несколько сотен связанных гоблинов, дезертировавших с поля боя, были пойманы и отправлены на убой. Прямо сейчас их принесут в жертву. Верховные Демоны требовали плоти, душ и страданий. Наварх внял их просьбам.