Маг перестал улыбаться, налил в кружку вино и в полной тишине выпил.

– Забавно получилось, ты не находишь, почтенный Мекха? – повернулся он к лекарю.

Но почтенный лекарь, бледный как мел сидел в полной прострации с закатившимися зрачками и только мелко дрожал.

–Да, похоже, получилось не совсем забавно.

Маг поискал взглядом второго слугу, ожидая увидеть и его в обмороке на полу, но тот стоял, плотно прижавшись к стене, и огромными темными глазищами с ужасом и восторгом смотрел на Мага. «Этого еще мне не хватало» – подумал Маг и на всякий случай одернул простыню, обернутую вокруг его торса.

А в дверь, выставив короткие пики, один за другим уже вваливались четверо гвардейцев.

– Никому не двигаться! Стоять на месте! Оружие на пол!

Двое тут же уперли наконечники пик в неподвижные тела нападавших, а двое других настороженно замерли напротив Мага, зафиксировав острия пик в локте от его лица. Следом за гвардейцами в парную зашел начальник стражи Ашер, на ходу вытирая платком заляпанную кровью ладонь.

– Пики в пол! – тут же заорал он на гвардейцев – Проверьте парную!

Гвардейцы опустили пики, пинком распахнули двери горячей парной и исчезли в клубах пара. Ашер подошел к телам убитых, сдернул с лиц маски, внимательно осмотрел раны, вытер руки и с отвращением швырнул платок на пол. Из парной вместе с клубами пара вывалились распаренные гвардейцы:

– Там пусто, господин Ашер, никого нет.

– Почтенный Маг, – раздраженно процедил Ашер, отвернувшись от гвардейцев, – неужели нельзя было хоть кого-то оставить в живых? Зачем же было убивать всех?

– Почтенный Ашер, – Маг, ощипывая пышную гроздь, лакомился виноградом, – а причем тут я? Я никого не убивал, я мирно кушал виноград. Пришли странные вооруженные люди, махали острым оружием, что-то дико кричали, зачем-то жестоко поубивали друг друга, до обморока испугали слуг, и вконец испортили мне банное удовольствие.

Маг встал и махнул стоящему у стены слуге:

– Эй ты, забери этот поднос и неси его в мои покои. Может хоть там можно будет в спокойствии вкушать виноград.

Слуга оторвался от стены, подошел к Магу, подхватил поднос и замер, низко наклонив голову. Маг с сожалением поднялся с теплого мраморного сиденья.

– Ну, не буду утруждать вас своим присутствием, и мешать вам исполнять ваши не простые обязанности. И, Ашер, пригласи к лекарю лекаря, что-то почтенному Мекха сегодня баня не пошла на пользу.

Маг накинул на шею полотенце и, не торопясь, прошел в одевальную, из которой уже убрали тела, оставив на полу длинные потеки крови. Слуга, шедший сзади, при виде крови начал подозрительно шумно дышать. Маг злорадно ухмыльнулся и, сняв с себя полотенце, накинул его слуге на склоненную голову. Так в этом полотенце он и провел слугу из банного комплекса во дворец мимо мельтешащих слуг и торопливо спешащих куда-то, с выпученными от усердия глазами, караулов гвардейцев. Возле покоев принцессы Маг забрал у слуги поднос, поставил его на ближайший столик, развернул слугу по направлению коридора, ведущего к покоям принцессы, снял с лица слуги полотенце, слегка скрутил его в жгут, и с мстительным удовольствием шлепнул полотенцем слугу пониже спины. Слуга возмущенно пискнул и стремительно исчез в глубине коридора.

Глава 4

Длинный день заканчивался. Солнце село за дальними горами и сразу наступила ночь. Поднявшийся ветер нагнал темные облака, заполонившие небо и принес в сад из степи горький привкус полыни. Но как только ветер потерял силу и затих, сладковатый аромат цветущих роз заглушил степные запахи и за окном зазвенели цикады.

Маг недовольно посмотрел на тусклое пятно луны, с трудом пробивающееся через плотные облака и швырнул в сад через открытое окно косточку от персика. Косточка стукнулась о ствол магнолии, отлетела в сторону и, словно выпущенная из пращи, с шумом пробила подозрительно густой кустарник, подняв в воздух ворох сбитых листьев. Маг разочарованно посмотрел на медленно опускающиеся в темноту кустарника листья и отвернулся от окна. Надеяться на повторное нападение было совершенно напрасно, просто Маг срывал собственную досаду на ни в чем не повинных кустах. Желание выйти на реального противника, так и осталось только желанием, противник почти ничем себя не проявлял и только смутно угадывался в происходящих событиях. В момент атаки наемных убийц у Мага затеплилась было надежда, что вместе с ними появится и таинственный противник, но, увы, нападавшие, судя по всему даже не знаменитые ассасины, а обычные наемники, атаковали без поддержки мантика, и целью их заказа был не опасный и безжалостный магрибец Маг, а лекарь, безобидный и беззащитный хиндиец Мекха. Брошенные убийцей ножи предназначались именно для него. Разочарованный в своих надеждах Маг решил хотя бы спокойно побеседовать с вожаком наемников, и тот при попытке убежать был так неловок, что запнулся на ровном месте и, ударившись о косяк двери, сломал себе руку. Нож из его сломанной руки обязан был выпасть, но почему-то не выпал, а остался зажатым в кулаке так, что при падении убийца непременно распорол бы себе горло. Маг успел изменить его судьбу, исключив возможность его гибели, и рука убийцы случайно дернулась, отводя нож в сторону, но, тем не менее, нож каким-то образом попал убийце прямо в сердце, а Маг почувствовал короткий и мощный выплеск волшебной силы, еще раз изменяющей событие, со стороны города. Плохо было еще и то, что этот всплеск почувствовал даже Мекха, и, если раньше, он просто опасался внезапно появившегося волшебника Магриба, то теперь он был перепуган до невменяемости, и впредь гарантированно будет молчать. Маг пока так и не понял, что же интересного Мекха ему сообщил или мог сообщить, и имело ли это хоть какое-нибудь значение. Хорошо было хотя бы то, что Маг, действуя в своей привычной для него манере идти напролом, все ж таки заставил проявить себя противника – несомненно, боевого мантика высокого уровня. Маг отошел от окна и, присев на стул, начал было входить в сосредоточение, чтобы проанализировать события дня, но в дверь тихо поскреблись, затем она приоткрылась и в комнату проскользнула царевна Будур в длинном до пят темном халате.

– Ой, как у тебя темно, тебе не страшно тут одному?

– Зажечь лампу? – Маг встал со стула и потянулся к светильнику.

– Не надо, так интереснее, да и луна светит, и вообще мне теперь с тобой рядом ничего не страшно. Как они ножами махали, как махали, я думала все, они и тебя убьют и меня и вообще всех. Где у тебя виноград, ага, вот он. – Будур с хрустом раскусила виноградину. – Ты зачем меня отшлепал, ты знаешь, что меня нельзя наказывать. За это у нас в Аграбаре нарушителю полагается страшная смертная казнь!

Принцесса нахмурила тонкие брови, прищурила глаза, выпятила губы, пытаясь произвести грозное впечатление. Получилось смешно, и Маг улыбнулся.

– Но я тебя, так и быть, прощаю, ведь ты теперь мой учитель и защитник. Но все равно,

Нехорошо с твоей стороны меня шлепать, я и так натерпелась и так переживала, что вся похудела и сейчас просто умру с голода.

– От голода так не умирают.

– Много ты понимаешь в девушках, померяй мне талию, пожалуйста, вдруг я уже на грани жизни.

«Ну, уж нет», – подумал Маг, – «Пора заканчивать эти обмеры и поскорее выпроваживать отсюда настырную девицу».

Но пока он думал, ладони сами собой обхватили талию у стоящей к нему боком девушки. – Ты чего через халат, он же толстый, ты неправильно измеряешь, – недовольно забурчала Будур, не переставая поедать виноград. Принцесса положила виноградную гроздь на блюдо, повернулась спиной к Магу и, ухватив руки Мага, переместила их на свою талию.

Маг осторожно обхватил ладонями тонкий стан принцессы и внезапно севшим голосом доложил:

– Все без изменений.

Будур плавно крутнулась, разворачиваясь к Магу, и распахнутый халат неожиданно для Мага слетел с ее обнаженного тела. Маг ошеломленно замер и сердце его тоже вроде остановилось.